Седьмая функция языка - Лоран Бине

Лоран Бине родился в 1972 году в Париже в семье историка. Изучал литературу в Сорбонне. Преподавал в средней школе Сен-Сен-Дени, в университетах Париж VIII (Венсен), Париж III (Новая Сорбонна) и Париж VII имени Дени Дидро. До того как занять место лектора, обучал французскому студентов Высшей военной авиационной школы в Кошице (Словакия).

Как писатель дебютировал в 2000 году: под впечатлением от сюрреалистов он сочинил рассказ «Forces et Faiblesses de nos muqueuses» («Сильные и слабые стороны наших слизистых оболочек»). Четыре года спустя вышла книга «La vie professionnelle de Laurent B.» («Профессиональная жизнь Лорана Б.») – творческое осмысление опыта преподавания в средней школе; дневник, в котором без прикрас говорилось о буднях учителя из пригорода, его восторгах, надеждах и разочарованиях. Книга получила положительные отзывы, однако один из старших коллег обвинил Бине в клевете и пригрозил иском, из-за чего писателя перевели в другую школу. «Я пытался быть по-настоящему честным, – рассказывал Бине, – но столкнулся с тем, что люди, которые были свидетелями происходящего, открещивались, уверяли, что это ложь, хотя я знал, всё – чистая правда! Конечно, я всегда понимал, что проблема истинности существует, но впервые оказался с ней один на один в реальной жизни». Именно с этой ситуацией он однажды связал свой интерес к соотношению правды и вымысла, что, по мнению критиков и литературоведов, является главной чертой творчества Бине.

Известность писателю принес вышедший в 2010 году роман «HHhH» о военной операции «Антропоид», в результате которой был убит Рейнхард Гейдрих, по-литический деятель нацистской Германии, один из инициаторов массового уничтожения евреев в Европе, подчиненный и помощник Генриха Гиммлера. В названии книги зашифрована шутливая фраза, приписываемая Герману Герингу: «Himmlers Hirn heißt Heydrich» – «Голову Гиммлера зовут Гейдрих». Традиционное романическое повествование в «HHhH» прерывается отчетами автора об исследовании темы и процессе написания книги, его комментариями по поводу существующих в культуре оценок военной операции, размышлениями о том, насколько свободен в действиях может быть писатель, когда берется за исторический роман. В 2010 году произведение было удостоено Гонкуровской премии как лучший дебютный роман, а через два года переведенный на английский «HHhH» был назван «The New York Times» лучшей книгой года, а также получил похвалы Марио Варгаса Льосы, Брета Истона Эллиса и Дэвида Лоджа. В 2017 году роман был экранизирован. Существует около сорока его переводов, изданных по всему миру.

В 2015 году был опубликован второй роман Лорана Бине – «Седьмая функция языка» («La Septième Fonction du langage»), в оригинальной форме отображающий культурную, академическую и политическую среду Франции на рубеже 1970–1980-х годов. Он построен вокруг предположения о том, что смерть известного литературоведа и философа Ролана Барта, попавшего под машину в 1980 году, не была случайной. Расследовать происшествие поручают детективу Жаку Байяру. Так как в странном деле в той или иной степени оказываются замешаны многие европейские и американские интеллектуалы, ему приходится найти себе верного помощника, проводника по миру структуралистских и постструктуралистских теорий – молодого преподавателя и специалиста по семиологии Симона Херцога. Роман был отмечен французскими литературными премиями «Prix du roman Fnac» и «Prix Interallié» и перенесен на сцену Théâtre de Sartrouville et des Yvelines.

Не все оценили смелость Бине в обращении с персонажами. «Соллерс был очень зол, – говорил писатель. – Его приятели вели себя агрессивно». Скандал вышел за рамки узкого круга парижских издательств, когда Филипп Соллерс, по слухам, начал угрожать судебным разбирательством, а его сторонники назвали роман Бине женоненавистническим. Но издатель обезопасил себя, проконсультировавшись по поводу рисков с двумя адвокатами еще до выхода книги.

В одном из интервью, отвечая на вопрос о французских интеллектуалах, которые стали персонажами книги, Бине сказал: «Я восхищаюсь большинством из этих людей, но в то же время нахожу их комичными. Многие были шокированы тем, как я показал Фуко, однако почти все сцены с ним правдивые – это о нем рассказывали в мемуарах его старые друзья: так Фуко вел себя на вечеринках, он употреблял наркотики и забывал, как говорить по-английски, если напивался».