Электропрохладительный кислотный тест - Том Вулф

Кизи арестован за три преступления: самое первое хранение марихуаны в округе Сан-Матео, за что он был осужден, но наказания не отбывал: хранение марихуаны, связанное с арестом в Сан-Франциско, после которого он сбежал в Мексику; а также по федеральному обвинению в незаконном побеге с целью уклонения от судебного преследования. Преступник и беглец... который; да; намеревался вдобавок утереть нос ФБР... и при всем при том погряз в наркотиках... и пытался выбросить целый килограмм травы... Три дня Кизи возят взад и вперед, из окружного суда в федеральный, из тюрьмы Редвуд-сити в тюрьму Сан-Франциско и обратно. Вытащить его из тюрьмы можно только чудом, даже под залог, тут нужно наитие свыше, озарение::::: гм! озарение::::: что ж, попробуем::::: На адвокатов Кизи - Пата Халлинэна, Брайена Роэна и Пола Робертсона - находит озарение. На следующее утро они сидят в зале суда в Редвуд-сити на слушании дела о поручительстве. Судейский зальчик отделан в новомодном стиле "Судейский модерн" сплошь голые плиты светлого дерева - и тесен, как... б а н к о б щ е с т в а в з а и м о п о м о щ и в пригороде. Ярким солнцем светят люминесцентные лампы. Кизи в синей арестантской робе сидит за столом защиты. Робертсон стоя толкует судье о некоем озарении, посетившем мистера Кизи, о выходе за Пределы Кислоты, наитии свыше, чуде, свете, который тот узрел, - не касаясь, правда, подробностей истории на пляже в Мансанильо, нет-нет... совсем другой свет... Как бы там ни было... мистер Кизи, движимый заботой об интересах общества, разработал план... Он добровольно покинул свое надежное убежище и вернулся из эмиграции, сознательно пошел на заведомый арест, на заведомое тюремное заключение, с тем чтобы созвать массовый митинг всех элэсдэшников, бывших, нынешних и потенциальных, и объявить им о том, что пора выбираться за пределы вредной привычки к ЛСД... Робертсон произносит вдохновенную речь. Кизи сидит выпрямившись за столом и взглядом мечет молнии в судью. Однако слов Робертсона он почти не разбирает. Кизи исчезает в их густом тумане, вновь возникает в легкой дымке, подвергаясь этой метаморфозе прямо у всех на глазах. Он обрел веру, путь к раскаянию и искуплению грехов своих, и теперь намерен предостеречь Молодежь на своем горьком примере... Среди публики - Фэй с детьми. А также многие из старых перри-лейнских друзей: Джим и Доротея Фейдиман, Эд Маккланахэн, Джим Уолтмэн и другие... Некоторые из них под обеспечение залога, 35000 долларов, поставят на карту свои дома... Раскаяние и искупление парят над залом судебных заседаний, как херувимы. Мы, репортеры, лихорадочно строчим в своих блокнотах... Кизи уже стоит лицом к судье, скрестив руки на груди, а судья читает ему нотацию... Для определенной части обманутой молодежи это, может, литературная знаменитость и романтическая фигура, но на взгляд данного судьи, он - инфантильный осел, так и не повзрослевший самовлюбленный тип и... Судья безостановочно гнет свое, вливая свои слова Кизи в глотку, точно рыбий жир, однако всем уже ясно, что это всего лишь психологическая подготовка к объявлению о своем согласии на поручительство... И все же Кизи приходит в волнение... Видно, как он стискивает челюсти и готовится пошевелить губами... Бог свидетель, это видят и Халлинэн с Робертсоном. Они подобрались к нему, как разбойники. Стоит ему только пикнуть, и они вцепятся ему в горло... Д е р ж и я з ы к з а з у б а м и, ч е р т п о д е р и! Н е ч е г о т у т т р е п а т ь с я. Э т о в с е г о л и ш ь р ы б и й ж и р... Но судья уже умолк, и дело сделано. В округе Сан-Матео Кизи выпущен под залог.

После этого плотину прорывает окончательно. ФБР отказывается от федерального обвинения в незаконном побеге с целью уклонения от судебного преследования. Вдруг выясняется, что они не очень заинтересованы в этом деле, несмотря на "соль на раны Дж. Эдгара Гувера" и все прочее. Потом вновь в Сан-Франциско, и Кизи стоит перед судьей, облаченный в выцветшую спортивную рубаху, рабочие брюки и башмаки. У судьи наготове потрясающая речь о том, что дело это несоразмерно раздуто в прессе, а ведь это, насколько он понимает, всего лишь обычное дело о наркотиках, и Кизи никакой не дьявол, попросту заурядный оболтус... и тут Кизи начинает что-то говорить, а Халлинэн с Роэном сидят подобравшись, готовые к удушению, но вновь дело сделано, и в Сан-Франциско Кизи тоже выпущен под залог. Отсидев всего пять дней, он выходит на свободу.

В сан-францисской той темнице, Прежде чем освободиться. Кизи повстречал парнишку с заколдованной десницей. "Кто лизнет мой ноготок?" Устоять никто не смог. Ногти все ему лизнули, и - шары под потолок. И порхали, словно Ника, Двадцать семь счастливых психов Под бетонным небосводом, По-тюремному отмытым. Заколдованные ногти были ЛСД покрыты.

Вот... Что Кизи рассказал В день процесса о залоге, сразу после приговора, Всей толпе пришедших в зал Сан-францисских репортеров, Сделав это в знак протеста Против массовых арестов: Ни полиции, ни тюрем Наркоман не убоится. Разве остановишь парня с заколдованной десницей! А газеты подхватили: ЛСД У ЗАКЛЮЧЕННЫХ! ВАКХАНАЛИЯ В ТЕМНИЦЕ!

Ага!.. Кто-то из местных торчков завопил: Иуда! Такую заначку копам открыл, Иуда! А сам отвертеться при этом смог Вышел, хитрец, из тюрьмы под залог. Продал заначку, козел, и скостил себе срок!

А по правде говоря... Эти нежные сердца в страхе трепетали. Их флюиды шутовские насмерть запугали, Что возникнут на прикольном Выпускном Кислотном Бале. План Проказников такой, что конец легенде: Цветной светящийся сходняк в "Уинтерленде"!

Я, значит, Что говорю-то, Это добром не кончится: Десять тысяч детей цветов, травы и кислоты, винт и мак, желтые пчелки, амил-нитрит. Десять тысяч торчков, битников, хиппарей и хиппарих спускаются с вершины Хейт-стрит, Звон-позвон - колокольцы. перестук - побрякушки, вонючий дым трава, шарканье ног - сапоги скороходы, вся толпища ничком лежит Перед сошедшим вновь Пророком в недрах "Уинтерленда". Психедельфийские стоны под полифонический гул монотонный - оркестр Проказников на всех инструментах!

Легко все устроит этот газетно-болтливый супергерой, Граф Калиостро, Элмер Гэнтри, Нерон пылающий и цветной...

На верхнем этаже Русского посольства, в темной и невероятно грязной комнате... С виду она кажется легко воспламеняющейся, а то и способной к самовозгоранию, - стоит лишь кашлянуть, и все здесь взлетит на воздух. Везунчик Джек сидит на кровати, точнее - на брошенном на пол матрасе, прислонясь спиной к стене... из всей одежды на нем лишь фуражка таксиста да седина на лице и седина на напоминающей камамбер груди... до пояса он прикрыт коричневым одеялом... Полюбуйся-ка вот на это!.. если хочешь что-то узнать о Кизи. На стене висит большое послание на листе ватмана: