Дом на Тара-Роуд - Мейв Бинчи

Энди написал на листе бумаги: «Пароль и адрес электронной почты». Через минуту информация была подготовлена и отправлена.

— Все у меня на экране. Не знаю, как вас благодарить. Кстати, кто читал вам лекцию? Вы поразительно быстро усвоили материал.

Рия вспомнила, что Хьюби был другом Дейла.

— Один мужчина… забыла его имя.

— Ладно, неважно. Этот человек буквально спас меня.

Рия положила трубку, и они с Энди посмотрели друг на друга. Одно препятствие было преодолено, причем почти случайно.

— Ну вот, теперь на Гавайях считают, что вы это умеете. Раз так, давайте поупражняемся, — сказал он.

Рия заметила, что он подсел к ней поближе.

— Сейчас я схожу за своими записями. — Она встала и принесла лист бумаги, который Хьюби дал всем в классе.

Энди посмотрел на листок.

— Боже мой, Хьюби Грин! Это один из мальчиков, с которыми Дейл был во время аварии.

Рия посмотрела ему в глаза.

— Почему вы не сказали мне, что Дейл погиб?

— Как, неужели вы этого не знали? — поразился он.

— Нет, не знала. Пока Хейди меня не просветила.

— Но ведь вы говорили про его комнату. Что там лежат его вещи.

— Я думала, он на Гавайях. Спросила вас, когда он вернется, а вы ответили, что осенью.

— О боже… Я думал, вы имеете в виду Грега.

Наступила тишина. Только сейчас они поняли, какое недоразумение произошло.

— Понимаете, они настолько убиты, что не могут заставить себя говорить об этом. Если бы вы сказали, что знаете Хьюби Грина, это стало бы для них шоком.

— Понимаю, — ответила Рия. — Именно поэтому я сделала вид, что не помню его имени.

— И у вас отлично получилось, — с восхищением сказал Энди.

— Знаете, здесь со мной происходят странные вещи. Дома я всем говорю то, что думаю, а тут постоянно притворяюсь и что-то скрываю, причем без всякой причины.

— Причина есть всегда, — возразил он.

— Наверное, это ложно понятая вежливость, — уныло сказала Рия.

— О’кей. Теперь нам придется притвориться, что вы умеете самостоятельно пользоваться Интернетом, а потом мы перестанем притворяться, о’кей?

— О’кей, — слегка тревожно ответила она.

Энди придвинулся к ней еще ближе.

— Ну, чей еще адрес электронной почты мы знаем?

— Хьюби! Он сказал, что мы можем послать ему сообщение в любое время.

— Хьюби. Да.

— Что-то не так? Он славный мальчик.

— Конечно.

— Расскажите мне. Я ничего не знаю о случившемся, абсолютно ничего. Я понимаю, что Мэрилин очень скрытная. Она не хотела бы, чтобы я задавала людям вопросы. Она рассказала мне только самое необходимое, а этого недостаточно.

— Вас это обидело?

— Думаю, она должна была сказать мне, что ее сын погиб. Я тоже не хочу, чтобы половина Дублина рассказывала ей о бедной старушке Рии, которую муж бросил ради какой-то девчонки. Я чувствовала, что она не станет расспрашивать моих подруг, и решила, что я не буду тоже… Но просто… просто…

— Что «просто», Мария? — Энди не пользовался ее уменьшительным именем, и Рии нравилось, что он называет ее по-другому. Это делало то, что происходило или могло произойти между ними, еще более интригующим.

— Просто тут какая-то тайна. В моем случае никакой тайны нет, это старо как мир. Мужчина женится, потом видит новую, более современную модель и говорит жене «прощай». Тайна здесь только в том, куда уходит прежнее чувство.

— Мария, пожалуйста, не надо так переживать.

— А что мне, прыгать от радости? Но, по крайней мере, со мной все ясно. А тут по-другому, совершенно по-другому. Как будто я столкнулась с заговором молчания. Эта комната, похожая на гробницу. И то, что никто не упоминает о несчастном случае.

— Понимаете… — начал Энди.

— Нет, честно говоря, не понимаю. Знаете, что я сказала вашему брату Грегу, когда позвонила ему на Гавайи? Сейчас повторю. Я спросила его, нравится ли там Дейлу. Теперь при воспоминании об этом у меня мурашки бегут по спине. Не знаю, что он обо мне подумал.

— Он все понял, — успокоил ее Энди. — Понял, что Мэрилин ничего вам не сказала.

— Знаете, я чувствую себя кругом виноватой. Я снова пошла в эту комнату и оплакала ребенка, который, по моим представлениям, занимался серфингом в Гонолулу. И всё же мы должны были говорить об этом. Не все время, как, по здешним представлениям, делают в Ирландии, но просто чтобы я была в курсе. Она оставила комнату в таком виде и ничего мне не сказала. Энди, это противоестественно. Даже вы окаменели, когда услышали имя Хьюби Грина. Боюсь, если больше никто не расскажет мне о случившемся, мне придется обратиться к самому Хьюби.

— Не делайте этого.

— Нет, конечно, не сделаю. Просто хочу подчеркнуть, насколько это странно.

— Думаете, мы сами не догадываемся?

— Что вы имеете в виду?

— Знаете, мы все считали, что на этом свете есть только одна по-настоящему счастливая пара: Грег и Мэрилин. Но после той катастрофы они больше не смогли общаться друг с другом как раньше.

— Они осуждают друг друга, да?

— Нет, у них не было для этого повода. Хьюби, два других мальчика и Дейл буквально бредили мотоциклами, но они еще не достигли нужного возраста. Кроме того, у них были родители, которые боялись мотоцикла на заднем дворе больше, чем героина в доме. На день рождения Хьюби мальчики устроили что-то вроде пикника. Я знаю, потому что сам был здесь в это время… — Он встал и начал расхаживать по кабинету. — Они выпили пива, потом нашли два мотоцикла и решили, что это подарок небес.

— Нашли?

— Да, на стоянке у ресторана. Хьюби и еще один мальчик, который погиб, Джонни, слегка перепили. Не сильно, но признаки имелись. Они были старше, хотя и не намного. Сами знаете, в этом возрасте имеют значение даже несколько месяцев.

— Знаю. — Внезапно Рия подумала о Китти, которая была старше Энни всего на год, но в некоторых отношениях опережала ее на несколько лет.

— Они устроили то, что потом следствие назвало пробным заездом. Свернули за угол, и один из мотоциклов врезался в грузовик В чем не было ничего удивительного, потому что мотоцикл, которым управлял Джонни, а Дейл был пассажиром, ехал по другой стороне улицы. Джонни погиб на месте. Дейл был подключен к аппарату шесть месяцев, а потом Грег и Мэрилин согласились его отпустить…

Они долго сидели молча и думали о трагедии, которая пришла в этот дом.

— И Мэрилин сказала, что не простит этих мальчишек до самой смерти. А Грег — что они с Мэрилин не найдут покоя, пока не научатся прощать.