Особые отношения - Джоди Пиколт

— Сложно сказать. Некоторые станут доказывать, что приведенные данные говорят о биологической природе гомосексуализма. Однако на растущих вместе близнецов оказывается одинаковое влияние. Чтобы получить достоверные результаты, следовало бы изучить близнецов, воспитанных раздельно, — однояйцовых близнецов, которые бы выросли в разных семьях и никак не контактировали. Другими словами: на одном основании, что один из близнецов гомосексуален, нельзя утверждать, что его однояйцовый близнец тоже гомосексуален. Более того, если сексуальная ориентация наследуется, как в таком случае объяснить, почему остальные сорок восемь процентов однояйцовых близнецов-мальчиков и пятьдесят два процента однояйцовых близнецов-девочек оказались не гомосексуальными?

— Секундочку, — прерывает ее Уэйд. — Вы утверждаете, что однояйцовые близнецы — близнецы, рожденные из абсолютно одинакового генетического материала, — вырастают, и один становится гомосексуалистом, а второй нет?

— Почти половина, — соглашается Ньюкирк. — Это достоверно говорит о том, что гомосексуальность не является генетической детерминацией. Можно говорить о генетической предрасположенности, но это при ближайшем рассмотрении не одно и то же. Многие люди рождаются с генетической предрасположенностью к депрессиям или злоупотреблению спиртным и наркотиками, тем не менее не потакают своим слабостям. Или другими словами: окружение, в котором растет ребенок, оказывает огромное влияние на то, станет он гомосексуалистом или нет.

— Благодарю вас, доктор. А как насчет исследований Саймона Левея?

— Доктор Левей, нейробиолог из Института биологических исследований Солка, решил подвести психологическую основу под гомосексуальность, изучив мозг сорока одного человека: девятнадцати гомосексуалистов, шестнадцати гетеросексуальных мужчин и шести гетеросексуальных женщин. Он выяснил, что небольшая кучка нейронов в гипоталамусе — нейронов, которые призваны контролировать сексуальное поведение, — у гомосексуальных мужчин меньше, чем у гетеросексуальных. Более того, он установил, что эта кучка по размеру сравнима с гипоталамусом гетеросексуальной женщины, который, как показали предыдущие исследования, был наполовину меньше размера гетеросексуального мужчины.

— И это доказывает биологическую основу гомосексуальности? — спрашивает Уэйд.

— Нет. Во-первых, область гипоталамуса демонстрирует значительные различия — у некоторых гомосексуальных мужчин эта область такая же, как у гетеросексуальных мужчин; у некоторых гетеросексуалов эта область меньше, чем у гомосексуалов. Более того, контрольная группа была крайне немногочисленна, и исследования не проводились повторно. В конце концов приходится задаваться вопросом: структура ли мозга определяет сексуальную ориентацию или изменяется благодаря ей? Например, исследования, проведенные Национальным институтом здоровья, показывают, что у людей, которые читают после потери зрения шрифт Брайля, область мозга, контролирующая палец, которым человек читает, как это ни удивительно, увеличивается в размере.

— А что вы скажете об исследованиях, которые провел Дин Хамер в девяносто третьем году? — ведет свое Уэйд. — Он обнаружил гомо-ген?

— Не совсем, — отвечает доктор Ньюкирк. — Он выяснил, что у братьев-гомосексуалов одна и та же Х-хромосома — Xq28 — встречается намного чаще, чем у братьев традиционной ориентации. Но опять-таки, это исследование не повторялось.

— Следовательно, ни один из этих многоуважаемых ученых не смог решительно доказать, что человек рождается гомосексуалом?

— Нет, — отвечает психолог. — Это совершенно не похоже на цвет кожи, например. Нельзя изменить цвет кожи — несмотря на Майкла Джексона. Сексуальная ориентация — не только природа. Но и от нее человеку дано немало.

— Поэтому я возвращаюсь к вашей последней статье: «По ту сторону любви: почему однополые браки негативно влияют на детей». Расскажите нам, что подтолкнуло вас к ее написанию.

— Существует огромное количество доказательств, что это в интересах ребенка — расти в полной гетеросексуальной семье, — говорит доктор Ньюкирк. — Лесбиянки могут быть великолепными матерями, но они просто не могут быть отцами.

— Расскажите подробнее.

Доктор Ньюкирк кивает.

— Существуют четыре основные причины, почему для ребенка важна как материнская, так и отцовская любовь. Во-первых, привязанность каждого из разнополых родителей к своему ребенку хотя и одинаково важна, но по-своему уникальна. Безоговорочная материнская любовь и обусловленная отцовская компенсируют друг друга и оказывают влияние на то, кем вырастет ребенок. Отношения с представителями обоих полов в годы, когда формируется личность, позволят ребенку в дальнейшем легче взаимодействовать с миром. Во-вторых, общеизвестно, что в развитии ребенка, с точки зрения психологии, существует несколько стадий. Например, несмотря на то что младенцы обоих полов сперва живее реагируют на материнскую заботу, в определенный момент, дабы отточить свою мужественность, мальчик должен оторваться от матери и идентифицировать себя с отцом, чтобы научиться обуздывать агрессию и контролировать эмоции. Отношения с отцом так же важны и для подрастающей девушки — в этих отношениях она может с уверенностью удостовериться в своей женственности. Без фигуры отца девушка, вероятнее всего, будет в жизни утолять свой голод по мужскому вниманию таким образом, что станет сексуально активна в не свойственной женщине манере.

— А третья причина? — подсказывает Уэйд.

— Научно доказано, что однополые отношения вызывают у детей сексуальное замешательство и, как следствие, сексуальную распущенность. Дети получают следующий посыл: любой выбор одинаково приемлем, и неважно, кто твой супруг. По этой причине молодые люди, воспитанные в однополых семьях, склонны к тому, чтобы быть одновременно сексуально активными и неразборчивыми в сексуальных связях.

— Вы имеете в виду, что они, скорее всего, сами будут заводить гомосексуальные связи?

— Именно. Вспомните, например, Древнюю Грецию. Гомосексуализм процветал, но не из-за гомосексуального гена, а потому что общество попустительствовало ему. Потворство подобного рода поведению ведет к дальнейшему распространению такого поведения.

— А последняя причина, по которой однополые браки пагубно сказываются на детях?

— Это первые шаги к еще более социально неприемлемому поведению. Полигамные связи, например. Можете себе представить, какие эмоциональные последствия переживает ребенок, у которого один отец и несколько мам? С кем этот ребенок себя отождествляет? А если копнуть глубже… Представьте, что происходит, если эти браки разрушаются, а потом создаются новые семьи, — вероятно, появятся дети, у которых будет два отца и шесть мам… — Она качает головой. — Это уже не семья, мистер Престон. Это уже коммуна.

— Позвольте вас спросить, доктор Ньюкирк, ваш протест основан на том, что однополые пары не могут окружить ребенка любовью?

— Нет, конечно. Разумеется, гомосексуальные пары могут так же окружить ребенка любовью, как и гетеросексуальные. Но детям нужна не только любовь. Им нужен дополнительный опыт, мужская и женская роль для подражания, наставления для психологического развития.