Давайте напишем что-нибудь - Евгений Клюев

Прочие маньяки, время от времени посягавшие на Окружность в других странах, были менее колоритными – и истории их поимки и обезвреживания обычно не заслуживали внимания радиожурналистов. В радиосводках лаконично сообщалось, что там-то и там-то на месте преступления был задержан очередной вредитель. Судьба каждого из вредителей была ясна международной общественности: в соответствии с заключенным между странами-участницами проекта договором вредителя направляли в одну из многочисленных тюрем Малайзии, где кормили одним рисовым хлебом и поили одним рисовым отваром до тех пор, пока у него не случался атонический или спастический запор. После любого из таких запоров вредители выходили из тюрьмы совершенно другими людьми и, как правило, заканчивали свои дни в том или ином отделении связи сортировщиками почты.

Неудивительно, что при таком раскладе от Личности требовались незамедлительные действия – причем не в пределах Франции, чье население благодаря усилиям женщины-врага было совершенно деморализовано стихами о голых бабах, но в пределах – увы! – всего восточного полушария. Впрочем, план действий давно уже созрел в преступном мозгу Личности. Когда пришла пора снимать плоды, Личность позвал Служителя Культа Личности в городской парк на побережье Сены и, снимая с себя плоды, напомнил ему о давно уже напечатанном объявлении в провинциальной французской газете:

«ВСЕ, КОМУ ДОРОГА СУДЬБА ПРАВИЛЬНОЙ ОКРУЖНОСТИ ИЗ СПИЧЕК, ВСТРЕЧАЮТСЯ В ПАРИЖЕ».

Поедая противные на вкус плоды и время от времени смачно сплевывая, Служитель Культа Личности, наконец, сильно хлопнул себя по лбу (от чего лоб провалился настолько глубоко в череп, что его еле достали) и сказал:

– Ну, конечно, – было объявление!

– Так вот, – значительно продолжал Личность в усы. – По объявлению этому в Париж скоро прибудет основная масса идеологов и строителей Окружности. Тут-то им и конец.

– Это с чего же им конец? – незаметно выбрасывая последний плод в Сену, не понял Служитель Культа Личности.

Личность рассмеялся, потирая жирные руки о жирные ноги:

– Ясное дело, с чего! Отсюда они отправятся прямиком к Ядрене Фене.

– Сможет ли Ядреня Феня принять так много идеологов и строителей Окружности? – озаботился Служитель Культа Личности.

– Ядреня-то Феня? – с победоносной улыбкой переспросил Личность. – А вот мы сейчас у нее и поинтересуемся.

Личность взялся за небольшой рог – один из двух, которые произрастали у него на висках, – и затрубил в него как положено.

На звук рога из Сены вышла небольшая Ядреня Феня, покрытая чешуей речных рыб. Очистившись от чешуи, она сказала:

– Ну, здравствуйте.

– Здравствуй, коли не шутишь! – сказал Личность.

– Шучу! – обиженно сказала Ядреня Феня и начала снова исчезать в темных водах реки.

– Постой! – крикнул Личность. – Я не хотел тебя обидеть.

– А выглядело так, будто хотел! – укорила Ядреня Феня и нехотя вернулась на берег.

– Ядреня Феня, – без обиняков спросил ее Личность. – Ты сколько там у себя сможешь принять?

– Да сколько хошь, – буркнула Ядреня Феня. – No limits.

– Порядка нескольких тысяч – сможешь?

– Да говорю же: no limits! Непонятно, что ли?

– А условия там какие? – сдуру спросил Служитель Культа Личности.

– Условия? – Ядреня Феня хмыкнула. – Хорошие условия… спартанские. Живым не всякий раз вернешься.

– Что нам и требуется! – опять запотирала жирные руки о жирные ноги Личность.

– Я пойду тогда, – сказала вдруг Ядреня Феня. – А то мне пора.

– Может… в кафе зайдем – тут поблизости, кофеечку выпьем? – ни к селу ни к городу сказал Служитель Культа Личности.

Личность взглянул на вассала глазами вареного рака и, отведя его в сторону, поинтересовался:

– Ты сбрендил, что ли, Служитель Моего Культа? Раньше за тобой такого не замечалось.

– Понравилась она мне, – потупившись, признался Служитель Культа Личности. – Ядреная такая… А что плохого в том, чтобы кофеечку выпить?

– Сначала кофеечек, потом телефончик, потом номерочек… а там, глядишь, и пропала Ядреня Феня!

– Что Вы имеете в виду, Личность? – спросил Служитель.

– А то, что…

– Я не против, – издалека сказала Ядреня Феня. – Если кафе действительно поблизости.

– Действительно поблизости! – засуетился Служитель.

В кафе все смотрели только на Ядреню Феню: ее хорошо знали. Кое-кто бывал у нее – счастливчики, которым удалось вернуться, другие посылали к ней своих друзей и знакомых, третьи были просто наслышаны о ней.

– Смотри-ка, – сказала одна полнокровная мадам своему малокровному месье, – кто сидит за столиком у стойки!

– Кто? – с ужасом спросил он, разглядывая небольшую плотно сбитую с толку особу в несвежей футболке «Adidas».

– «Кто»! – передразнила мадам. – Вот сходишь к ней разок – узнаешь кто!

– Я не пойду! – предупредил малокровный месье. – Она… она больно уж ядреная!

– В том-то и привлекательность ее, – уже мягче отозвалась мадам. – Только боюсь, что тебе все равно скоро к ней придется… устала я.

Посетители один за другим покидали кафе.

– Ишь, засобирались! – удовлетворенно отметила Ядреня Феня.

– А Вы популярны! – с вообще не скрываемым восторгом прошептал Служитель Культа Личности.

– Еще бы! – ухмыльнулась Ядреня Феня. – Раньше я была просто номер один.

– А кто теперь номер один? – спросил Личность.

– Да вы что – не в Париже, что ли, живете? – обалдела Ядреня Феня. – Теперь только эта выскочка у всех на устах – со странным таким именем, Galya Ili Valya.

– Не слыхал, – признался Личность. – Правда, мне в последнее время ни до чего было. Сводки тревожили. А кто такая эта Valya Ili Galya?

– Да говорю же: выскочка! Топ-модель. Под контрактом с ней сам Жан-Плод Труда кровью подписался.

– Красивая? – полюбопытствовал Личность.

– Я бы не сказала… – вздохнула Ядреня Феня. – Но своеобразная – очень. Вся фигура какая-то перекореженная, черты лица асимметричные… декадентская такая! Напоминает картины Пикассо периода кубизма. Фэнов у нее – миллионы. – Тут Ядреня Феня опять вздохнула, причем так глубоко, что чуть не вывернулась наизнанку, и почти выкрикнула: – Вот бы походить на нее!

– Она не в моем вкусе, – зачем-то сказал Служитель Культа Личности.

– Вам я и не предлагаю на нее походить! – ответила Ядреня Феня почти с презрением и повторила: – Фэнов у нее – миллионы. Я и сама… – Ядреня Феня зарделась, – подумываю, не присоединиться ли. Тогда я могла бы называть себя Ядреня Фэня.

– Еще не хватало! – сказала Личность. – У Вас и так красивое имя. И работа хорошая.