Миссис Ингланд - Стейси Холлс

– Нет, благодарю вас, сэр, – покачала головой я.

– Предпочитаете чай? – От улыбки кончики его усов загнулись вверх. – Да не волнуйтесь вы так, няня Мэй, еда не вычитается из жалованья. Сейчас я все устрою.

Я сидела с прямой спиной, не прислоняясь к спинке стула. Казалось, комнате передался мрак окружающего леса. С улицы доносился шум листвы на ветру. Хозяин вернулся и, усевшись за стол, положил на колени салфетку.

– Я бы не хотела мешать вашему завтраку, сэр, – произнесла я. – Я обращусь к экономке.

– Боюсь, у нас ее нет. Прошу прощения, очевидно, у нас гораздо более скромный быт, чем тот, к которому вы привыкли. Рассказывайте, как вам жилось в Лондоне?

Он громко хлебнул из чашки, и в следующее мгновение на пороге возникла служанка с серебряным подносом, прижатым к необъятной груди. Мы обменялись взглядами, и она расставила чайный сервиз перед хозяином.

– Это для няни Мэй. Спасибо, Блейз.

Она еще раз на меня посмотрела, на сей раз с негодованием. Блейз была на четыре-пять лет старше, пышные формы придавали ей сходство с почтенной матроной, а маленькие глазки напоминали ягоды черной смородины.

Я поблагодарила горничную, но она удалилась, не дождавшись позволения хозяина и не удостоив меня ответом, и с отчетливым стуком закрыла за собой дверь.

– Так где вы раньше работали? Ах да! В Лондоне. Он пришелся вам по душе? Полагаю, молодежи там нравится.

– Мне очень нравилось.

– И что же заставило вас двинуться на север?

– Эта должность, сэр.

Я боялась, что мистер Ингланд подумает, будто я насмехаюсь, однако мой ответ его заинтересовал.

– Очень хорошо. А сами вы откуда?

– Из Бирмингема, сэр.

– «Черная страна»^[27]. Хотя вернее называть ее Серой: столько там дымящих труб. Кстати, поэтому мы вынуждены красить стены в темные цвета.

Мистер Ингланд подошел к буфету и провел пальцами по стене.

– Даже при закрытых окнах эта дрянь все равно проникает. – Он показал мне пальцы и вытер ладонь о брюки.

Затем уселся за стол, налил мне чаю и поинтересовался, не надо ли сахару или молока. Я как будто свалилась в какой-то перевернутый мир, где хозяин дома исполнял обязанности хозяйки. Мне еще не приходилось бывать наедине с хозяином, да и вообще с мужчиной, и я надеялась, что мое волнение не очень заметно.

– Благодарю вас, – вежливо сказала я, отпив из чашки.

– Так что вы хотели узнать? – Он свернул газету и, поставив локти на стол, сцепил пальцы в замок.

– Мне не стоит беспокоить вас по бытовым вопросам, сэр. Я могу поговорить с хозяйкой.

– Вы можете поговорить со мной, – выжидательно улыбнулся мистер Ингланд.

– В таком случае я бы хотела спросить, есть ли в вашем доме привычный распорядок дня, которого мне следует придерживаться. Безусловно, я примусь за работу и обещаю, что все пойдет гладко, но если вы пожелаете оставить какие-то пункты в режиме неизменными, например, прием пищи и тому подобное…

Он задумчиво оперся подбородком о сложенные ладони.

– Няня, которая жила тут до вас, растила меня с малолетства. Помню, уже тогда она казалась очень старой. Страшно подумать, сколько же было няне, когда она скончалась. Я ее очень любил.

– Сожалею, сэр.

– О, не стоит. Дети в восторге, что новая няня намного ближе к ним по возрасту. Я всегда считал, что с детьми нужно и самому быть немного ребенком.

Я невольно улыбнулась в знак согласия.

– Няня Нэнгл была совсем не ребенком. Как-то раз я случайно услышал, что Саул прозвал ее «старой драконихой Нэнгл». Надеюсь, ваше появление положит конец любым попыткам плеваться огнем в детской. И все же ребята очень расстроились. Бедняжкам пришлось пережить страшное потрясение, когда они утром обнаружили рядом с собой бездыханное тело.

В комнате повисла тишина.

– Она скончалась здесь, сэр?

– К сожалению, да. Боже, надеюсь, я не напугал вас!

– Я не верю в призраков. – Я с содроганием вспомнила аромат нафталина, исходящий от стеганого одеяла.

– Весьма мудро. – Мистер Ингланд устало потер уголок правого глаза. – Вода в детскую. Я помню.

В следующее мгновение Блейз принесла подставку с тостами и тарелку с яичницей и копченой сельдью.

– Спасибо, Блейз. Няне Мэй нужна горячая вода для детей.

– Сейчас отнесу, сэр.

– Спасибо, Блейз.

Она удалилась, а мистер Ингланд щедро посыпал рыбу перцем и приступил к трапезе.

– Итак, каков ваш распорядок дня? – спросил он.

Я разгладила руками фартук и стала рассказывать:

– Я просыпаюсь в шесть часов, отскребаю и черню каминную решетку^[28], полирую медь на газовых рожках, подметаю и мою детскую. Раз в неделю вручную чищу ковер. После этого бужу детей на завтрак, затем они умываются, я чиню им одежду, и мы идем гулять перед ланчем. А после настает тихий час. Вечером я обычно привожу детей вниз или могу делать это после чаепития. Я не знаю, во сколько няня Нэнгл укладывала их спать, но, вероятно, будет лучше придерживаться того же времени.

– Часов в семь, – жуя, ответил мистер Ингланд. – Малыша чуть пораньше. Ваш распорядок дня вполне приемлем.

– Следует ли мне обсудить его и с миссис Ингланд?

– В этом нет нужды.

Я изумленно кивнула.

– К Саулу четыре раза в неделю приходит учитель, мистер Бут. Они занимаются с девяти до часу в столовой.

Я снова кивнула и быстро сверилась с часами на поясе.

– Домой я возвращаюсь в десять минут шестого. Полагаю, вы могли бы приводить детей к этому времени.

– Да, сэр. А девочки учатся?

– Нет.

– Даже с гувернанткой?

– Тогда в детской было бы не протолкнуться, согласитесь. – Мистер Ингланд обмакнул кусок тоста в желток, и у меня в животе громко заурчало. – Девочкам не нужен учитель. Они умеют читать, знают основы арифметики. Я сам обучил их игре на пианино.

Я будто собственную матушку слушала. Однако няни не вмешиваются в образование своих подопечных, поэтому я не стала спорить.

– Сэр, – заговорила я, – прошлой ночью мне показалось, что для миссис Ингланд…