Зимний дом - Джудит Леннокс

— Возьмите мой шарф. Прошу прощения, милая. Я не повез бы вас в Лондон, если бы знал, что из этого выйдет.

Майя покачала головой и улыбнулась: Вернон впервые назвал ее «милой».

— Ничего страшного, — сказала она. — Просто я немного устала.

— Выпейте еще бренди. А потом закройте глаза и подремлите.

Майя сделала все, что ей велели. Вернон опять оказался прав: она уснула, а когда проснулась, поняла, что вот-вот наступит рассвет.

— Уже близко, — сказал Мерчант.

Он не выглядел усталым и вел машину быстро и уверенно. Майя восхищалась искусством Вернона: ловкостью, с которой он поворачивал руль; его способностью сохранять внимание даже после бессонной ночи. Майя уважала точность и выдержку. Она и сама обладала этими качествами — в отличие от отца.

Мерчант затормозил и свернул на подъездную аллею, усыпанную гравием. Машина пошла юзом, но Вернон тут же выровнял ее. Вдоль аллеи стояли лавры с листьями, отяжелевшими от снега. Их длинные ветки смыкались наверху. Внезапно Майя широко открыла глаза. Это был его дом. Вернон Мерчант привез ее к себе домой.

Автомобиль остановился у огромного викторианского особняка, сложенного из красного кирпича. Вычурные башенки, каминные трубы и шпили лепились к его стенам и крыше, как ракушки к скале.

— Я построил его несколько лет назад, — сказал Вернон. — Надеюсь, вы не станете возражать, если мы зайдем на минутку. Я сделаю несколько звонков, а вы погреетесь. Милая, похоже, вы совсем замерзли.

Он опять сказал «милая», с удовольствием отметила Майя. Слуга придержал дверцу машины, и она выбралась наружу. Снег все еще шел. Когда они очутились в холле, Вернон подошел к телефонному аппарату.

Пол в холле был мраморный, стены отделаны деревянными панелями. На стенах висели написанные маслом картины, изображавшие вазы с цветами и то ли мертвых, то ли умирающих животных. Наверх вела широкая изогнутая лестница с балясинами в виде орлиных голов.

Майю провели в изысканно обставленный большой зал. На столе стоял поднос с горячим шоколадом и печеньем, в камине потрескивали дрова. Она протянула к огню озябшие пальцы.

Когда она пила шоколад, послышались шаги и стук закрывшейся двери. Майя повернула голову и увидела Вернона.

— Простите, маленькая неувязка с одним болваном и бездельником. Но теперь все позади.

— И что вы сделали с этим человеком?

— Уволил, конечно.

Вернон подошел к ней.

— Неужели вы никогда не отдыхаете?

Мерчант улыбнулся, но его глаза остались темными и мрачными.

— Нет. Именно поэтому у меня есть все. Именно поэтому я богат, живу в чудесном доме и могу позволить себе купить все, что мне захочется.

Хотя Майя уже согрелась, она снова вздрогнула. Вернон повторял слова, которые она говорила ему в автомобиле.

— Вы все еще мерзнете, Майя, — добавил он. — Позвольте согреть вас. — Мерчант снял с нее шубу. А потом поцеловал.

На этот раз поцелуй не был целомудренным. Вернон раздвинул ей губы и проник в них языком. Потом прижал девушку к себе; руки Мерчанта изучали ее тело сквозь тонкое шелковое платье. Майя ощутила возбуждение и страх. Вернон касался ее тела так, словно это тело принадлежало ему, а не ей. И тут она снова услышала внутренний голос: «Он не хочет покупать кота в мешке…»

Внезапно Майя вывернулась и попыталась оттолкнуть его.

— Нет, — хрипло сказала она. — Нет.

Как ни странно, Вернон отпустил ее.

— Почему нет?

Запыхавшаяся Майя только покачала головой.

— Майя, вы девушка?

Майя почувствовала неимоверную усталость и поняла, что сейчас расплачется. «Это единственное, что у меня есть, — подумала она. — Иначе я стоила бы намного меньше». Она кивнула.

Ей стало страшно: показалось, что Вернон вот-вот засмеется. Но он сказал:

— Хорошо. Потому что не будь вы девушкой, я бы на вас не женился.

И тут Майя ощутила облегчение, смешанное с ликованием.