Верный муж - Мария Метлицкая

Муж Гриша достал импортную кроватку, а Колька сколотил люльку из ящика.

Надю ждали отдельная квартира, газовая плита и финский холодильник.

Наде не надо было думать, во что одеть дочь и чем ее накормить.

И она, Надя, завидует Галке? Ну уж нет! Смешно просто! А Колька этот – дурак и болван, правильно говорит Нина. Лучше бы деньги заработал и коляску купил, чем под окнами орать и стишки пописывать.

Кстати, муж этой Нины, главный инженер по холодильным установкам, в роддоме не появлялся – некогда. Приходила свекровь – важная, в кримпленовом ярком костюме и с залаченной укладкой. Передавала фрукты, рыночный творог и писала на трех страницах советы, что есть, что пить и «как ходить по нужде» – это уже придумала смешливая Галка.

Нина про свою жизнь много не рассказывала – говорила, что живут «достойно».

– А это как? – искренне не понимала Галка.

Нина злилась и грубила:

– Не так, как ты со своим Колькой.

И Галка опять отворачивалась обиженно к стенке. И снова – на пять минут.

Из роддома Надю встречали мама и подружки – Гриша уехал в командировку. А может, не было никакой командировки? Может, уехал он тогда к этой самой Минц? Господи, кошмар какой-то! Какие мысли лезут в голову!

Она стала припоминать его приезд. Вернулся через два дня, замученный, небритый и какой-то… Виноватый, что ли? Привез букет тюльпанов и коробку шоколадных конфет. Она тогда еще смеялась, что шоколад ей нельзя. А конфеты были вкусные, с миндальными орешками и розовой помадкой. И ела она их потихоньку, не могла удержаться – такая сластена. Ела и боялась, что у дочки появится диатез.

Дура! Ну какая же она дура! Идиотка подозрительная, маразматичка!

Он ездил во Львов! И конфеты были львовские! Знаменитые львовские конфеты! Какая Минц, господи!

Слава богу, уф! Можно выдохнуть! Спасибо конфетам и хорошей, оказывается, памяти! А то… Совсем можно чокнуться от всего этого!

Надя в волнении выпила валокордин и померила давление. Ого! Вот до чего довели дурацкие размышления! Пей таблетки от гипертонии и спи спокойно, дорогой товарищ!

Муж твой хоть и враль, но не подонок. Вот так! Успокоились и спатеньки, бай-бай! Отдыхайте, Надежда Алексеевна! Завтра новый день и новая «писча» для размышлений и ваших скорбей!

Выбросить! Выбросить, выбросить. К чертовой матери! Отнести на улицу, бросить в мусорный контейнер.

Или сжечь. Сжечь и забыть.

Забыть? А как это можно – забыть? Забыть, что у твоего мужа, единственного мужчины в твоей жизни, отца твоей дочери, была всю жизнь двойная жизнь?

Вот интересно, кто бы из женщин мог такое запросто выкинуть из головы?

Но кому предъявлять претензии? Пойти на могилу и укорить – как же ты, Гриша, мог?

Надя опять достала пакет с верблюдом. Любопытство сгубило не только кошку, но и множество женщин, живущих на этой планете.

Твои стенания по поводу «нерожденных детей». Вот уж правда смешно. Ну, просто вечер юмора! Вспоминай – ты ведь ни разу! – ни разу не задумывалась о том, чтобы сохранить беременность.

Как только возникала эта «неудобная» проблема, тебя беспокоило только одно – скорее бы ее решить. Потому что неудобно. Курить противно, есть не хочется, тошнит и хочется спать. И самое главное – нет настроения! Это тебя убивало больше всего.

Вспомни, как уговаривал тебя Б. оставить ребенка! Как умолял и ползал на коленях! А ты и тогда не задумалась. Или задумалась? Вряд ли. Помню, как ты возмущалась – девять месяцев лишений! Лишений! Растяжки, одышка, потеря волос, зубов и испорченная кожа. А потом и вовсе ад – бессонные ночи, мокрые пеленки, болезни и «прочая гадость» – это твои слова.

Согласен, есть женщины, неспособные к деторождению. И не их вина. Но! При этом надо понимать, что твой добровольный отказ от тягот материнства подразумевает как минимум одинокую старость. Впрочем, думаю, тебе это не грозит – даже в весьма преклонном возрасте у такой женщины, как ты, всегда найдется поклонник и даже обожатель, готовый на все – ухаживать, ублажать, преклоняться. Да и ты пишешь про этого мальчика, твоего соседа.

Не ломай ему жизнь, не ломай. Хотя к твоим грехам еще и этот… Не так уж и страшно. При подсчете все равно все собьются. Даже там, наверху!

И еще – слава богу, что «твой мальчик» не родился! Был бы еще один несчастный ребенок! Еще один исковерканный мужик.

В этом тебе равных нет. Пей витамины, побольше гуляй, поменьше кури и береги Наташу. Уйдет она – пропадешь. Деньги вышлю на неделю позже – уезжаем с семьей в отпуск.

Г.

Да он презирает ее, это же очевидно! И еще – по-прежнему восхищается. Разве так бывает? Разве можно презирать человека и любить его? Вот именно – любить! Ведь будь эта женщина ему безразлична, разве бы он держал с ней связь столько лет? Дело ведь совсем не в деньгах – можно отсылать деньги и не писать подробных писем. Помощь – да. Это понять можно. Любил женщину, разошлись. Она одинока, он может ей помочь и помогает, как родственнице.

А писать письма – это вкладывать душу. Предательство не в почтовых переводах – предательство в этих письмах.

А может, не так? Может, любил когда-то, а потом всю жизнь поддерживал, помогал, как мог. Не бросил, не оставил. Значит, приличный человек.

Милая Эва! Поздравляю тебя с днем рождения! Желаю тебе здоровья и хорошего настроения! Временное одиночество советую тебе воспринимать как благо. Передохни после бурных отношений с В., приди в себя! Отоспись, отваляйся. Почитай! Книги, которые я тебе выслал в сентябре, – чудо! Особенно Трифонов. Все про нашу грешную жизнь. И про нас, грешных. Хорош Ирвинг Шоу в последней «Иностранке». Там же Моруа – любопытно о любви. Перечитай Веру Панову – так просто и так емко, без выкрутасов и очень человечно. А стихи Юны Мориц и Коржавина! И Давид Самойлов – прекрасен, как всегда! Жду твоих впечатлений! И твоего мнения! Уверен, что ты со мной согласишься и тоже получишь огромное удовольствие!

Да! Обязательно посмотри «Зеркало». Там сложновато для многих – но не для тебя. Ты поймешь сразу, уверен. И много, кстати, аналогий – арест твоего отца и отъезд матери в Калугу, к Люше. Ты говорила, что помнила ее страхи. Смотреть тяжело, но надо, поверь.

И еще – был на Таганке, смотрел Гамлета… Хороши все без преувеличения. Особенно Высоцкий и Демидова. Ах, как жаль, что ты этого лишена! Получал удовольствие за нас обоих.

Ссора с Наташей – увы! – предсказуема. Я этого разрыва ждал давно. Терпение у нее нечеловеческое, правда. Столько лет выносить твои капризы и выслушивать претензии! Ей давно полагается орден – не медаль. Что ж, твое право. Может быть, наконец поймешь и осознаешь, как она облегчала твою жизнь, и призовешь ее к себе обратно. Хотя, думаю, даже при ее одиночестве и нищете она не вернется. Слишком много обид. Да и человек она гордый – из тех, кто терпит долго, а уж если рвет, то навсегда.