Застывшее время - Элизабет Говард

– После Северной Атлантики мне везде тепло. К тому же меня любовь греет…

Они сели на скамью, и он принялся ее целовать (на этот раз ей понравилось), в промежутках они разговаривали. Он не сообщил матери, что ему дали отпуск: если б он поехал домой, то не успел бы повидать Луизу.

– Так что, бога ради, не говори ей! – попросил он шутливо, однако было понятно, что он всерьез опасается обидеть мать.

Вокруг слышались привычные звуки: обитатели дома постепенно укладывались спать.

– Я переживаю, что тебе пришлось отдать мне свою комнату. В павильоне, наверное, ужасно холодно?

– Ничего страшного. В доме тоже порой не хуже, чем на Атлантике.

– Не хочешь подняться ко мне ненадолго?

– Придется ждать, пока все уснут.

– Ну давай подождем.

И они стали ждать.

– Я наверстываю упущенное, – заявил он через некоторое время. – Ты – потрясающая девушка! Кажется, я в тебя влюбляюсь все больше и больше. – И он снова поцеловал ее…

Было уже половина двенадцатого, когда все стихло. Они прокрались наверх по темной лестнице, держась за руки. Осторожно прикрыв за собой дверь, они легли на постель.

– Есть такой удобный лифчик, – пробормотал он, возясь с ее блузкой, – расстегивается спереди.

– Хочешь, чтобы я его сняла?

– Было бы неплохо.

Говорили почти шепотом. Луиза предложила выключить свет, но он сказал, что хочет ее видеть. Как это, оказывается, прекрасно: быть любимой и желанной! Вскоре он спросил, любит ли она его – хоть немного? Конечно, да, ответила она, ужасно люблю, и произнесенное стало казаться искренним, настоящим. Она нежилась в лучах его безусловного восхищения, хотя понимала, что не чувствует в ответ то же самое. Видимо, это еще одна непостижимая загадка отношений, о которой и не подозреваешь, пока не столкнешься лично. Мужчинам не полагается быть красивыми – скорее, суровыми, мужественными и все в таком духе. К ним не подходят эпитеты, которыми он ее сейчас награждал.

Наконец он тихо застонал и сказал, что ей пора, а то он за себя не отвечает.

– А это необходимо?

Она лежала на спине, голая по пояс. Он сел на кровати и подал ей блузку.

– Оденься, будь умницей.

Она молча оделась, небрежно сунув бюстгальтер в карман.

– Я провожу тебя до павильона.

– Не надо. Я знаю дорогу, а ты заблудишься на обратном пути. Я доберусь, не волнуйся, у меня же фонарик… Ты не сердишься?

– Ну что ты! Нет, конечно! Я просто пытаюсь держать ситуацию под контролем. Обычно в таких вещах я не силен, честно говоря. У тебя есть пальто?

– Я достану свитер. Майкл! Если хочешь… спать со мной, я не против. Не знаю, понравится мне или нет, но я бы… – Она застеснялась. – В общем, я бы скорее решилась попробовать с тобой, чем с другим.

– Как мило с твоей стороны! – Он положил ей руки на плечи и поцеловал в лоб. – А теперь беги!

В кромешной темноте, осторожно ступая на ощупь, она обогнула дом и миновала калитку в тисовой изгороди, ведущую в сад. Было ужасно холодно, в воздухе стояла легкая дымка, навевающая атмосферу романтики и приключений. У него чарующий голос, подумала она, даже когда шепчет. Как удивительно: у нее есть тот, кто о ней заботится, кому не все равно! Кажется, она начинает понимать смысл любви…

* * *

– Семнадцать дней до Рождества!

– Восемнадцать.

– А вот и нет! Эллен, какое сегодня число?

– Не знаю.

– Спросим Арчи.

Они побежали наверх.

– Седьмое. А какая, собственно, разница?

– Дольше ждать, – объяснила Лидия.

– Меньше времени раздобыть подарки, – добавил Невилл. Его сильно беспокоила эта тема: папы нет, Зоуи уехала, а тетки почти не ездят в Гастингс – откуда достать приличные подарки? В Баттле вряд ли найдется что-то подходящее.

Целое утро они собирали остролист, чтобы наделать рождественских украшений для своего магазина.

– Он как будто специально упрямится! – с досадой воскликнула Лидия, посасывая уколотый палец.

Целое утро в доме звучала музыка. Сибил, Хью и Вилли слушали, миссис Клаттерворт вязала кружевной воротник, не сводя глаз с мужа. Эдвард взял Майкла с собой пострелять, и Луиза нехотя поплелась с ними.

– В воскресенье полагается убивать только вредителей; к счастью, кролики считаются. А если случайно встретим фазана или еще какую птицу, тоже пригодятся в жаркое, – сказал Эдвард. Он был весьма впечатлен, когда Майкл подстрелил четырех кроликов, связку фазанов и единственную куропатку, поднявшуюся со жнивья.

– И что прикажете делать с одной куропаткой? – ворчала миссис Криппс.

Мисс Миллимент читала Бригу газету, прерываемая новостями по радио, к которому он пристрастился. Рейчел покорно провела два часа с Долли, затем позвонила Сид. Та не ответила. Ах да, у нее же дежурство на «скорой»! Ей стало грустно, но она напомнила себе, что Сид приедет на Рождество – она тоже считала дни.

Подошло время обеда: пироги с зайчатиной, фруктовые пироги с консервированной сливой. После обеда Вилли организовала поездку в замок Бодиам для Клаттервортов. Младшие дети тоже напросились; в итоге поездка получилось совсем не такая, какую она предвкушала (как оно обычно и бывает). Все остальные рассеялись по своим комнатам – читать, отдыхать, писать письма.

Клэри и Полли поссорились.

– Если бы я знала, что ты пойдешь гулять с Кристофером, я бы поехала в Бодиам! – возмущалась Клэри.

– Ты не говорила, что хочешь туда!

– Ну я же не знала, что ты собираешься на прогулку!

– Так пойдем с нами.

– Ты же знаешь, я ненавижу гулять! Я хотела, чтоб мы занялись подарками.

– Займемся ими после чая.

– Полли, иногда ты просто невыносима! У меня другие дела после чая!

– Какие?

– Заткнись! Сегодня обычное скучное воскресенье, я собираюсь вымыть голову – вот до чего мне скучно!

К тому времени, как Полли выбралась из дома, Кристофер уже исчез за поворотом вместе с Оливером. Она рассердилась, но тут же опомнилась: что за глупости, она легко может его догнать. Погода стояла чудесная, неяркое зимнее солнце серебрило ветви деревьев, молчаливые птицы шуршали в опавших дубовых листьях по обеим сторонам дороги.

Неожиданно из-за поворота появилось такси. Полли остановилась и стала ждать: из ряда вон выходящее событие, очень интересно…

Такси остановилось у дома, и из него вышел крошечный человечек. На нем была морская фуражка, а шинель доходила почти до пят. Наверное, друг Майкла, подумала она, а тот, как нарочно, куда-то ушел с Луизой. Человечек заплатил водителю, обернулся и уставился на дом. Водитель попытался дать ему сдачи, но тот ничего не замечал.