Хрустальное озеро - Мейв Бинчи

Он с трудом выдавил, что люди могут ходить куда им хочется, покраснел и двинулся дальше. Патси Хэнли посмотрела на Филипа, пожала плечами и пошла следом за Эмметом, не догадываясь, что совершила очередную ошибку.

— Ну вот, я пришел, — проворчал Эммет, когда они оказались у аптеки.

— А разве ты не проводишь меня до дома? Это же ты пригласил меня в кино…

Эммет уже открыл дверь, но вовремя сообразил, что нельзя давать волю досаде и плохому настроению. Конечно, нужно проводить Патси до магазина готового платья.

— Извини, — буркнул он.

Они шли по тихому городку. Бар Фоули в это время уже закрывался. Так же, как пивная Лапчатого.

Миссис Хэнли ждала у дверей.

— Я слышала, как пришел автобус, — сказала она. Миссис Хэнли не могла позволить, чтобы ее младшая дочь пошла по стопам Дейдры и стала для кого-то легкой добычей. — Входи, Эммет. Я сварю какао.

— Спасибо, миссис Хэнли. Я лучше пойду.

— Да не стесняйся. У меня есть шоколадное печенье.

Эммет поднялся на второй этаж. Дома все равно никого нет. Отец и Мора были в гольф-клубе, а ему не хотелось сидеть одному и думать об Анне. На людях было легче.

Кит убедилась, что Стиви прекрасно танцует. Интересно, где он этому научился? Сама Кит посещала факультатив, который по пятницам проходил в монастыре матери Бернард. Тогда они посмеивались над учительницей, но теперь вспоминали ее с благодарностью.

А Стиви? Он всю жизнь возился с машинами, облаченный в промасленный комбинезон. Жил с вечно ноющей матерью и хулиганистым младшим братом. Как ему удалось стать таким искусным в танцах? Когда они танцевали под «Дым в глазах», Стиви прижался щекой к ее щеке. Кит слегка отстранилась, но только слегка, чтобы он мог последовать за ней.

— Слышишь?

— Что? — игриво спросила Кит. Кажется, ее чары на него действовали.

— Слова в этой песне дурацкие. О каком-то парне, над которым смеются друзья. Послушай сама… — Она прислушалась. Стиви был прав. — Что же это за друзья такие?

Кит охотно согласилась. Она хотела сказать что-то еще, но вспомнила свою роль. Нужно его соблазнять. Если так, то лучше держать свое мнение при себе и говорить только о нем.

— А у тебя есть друзья? — спросила она, глядя на Стиви снизу вверх.

— Черт побери, тебе хорошо известно, что никаких друзей у меня нет. Ты же знаешь меня всю жизнь. Откуда у меня время на друзей? Где я их возьму? — В его голосе звучала горечь.

— Я знаю тебя вовсе не всю жизнь, — с жаром ответила она. — Я тебя вообще почти не знаю. Сегодня ты совсем другой. Этакий незнакомец. У такого человека могут быть друзья в Голливуде или на юге Франции, — добавила она.

Стиви это понравилось.

— Спасибо.

Кит хотелось поговорить с ним еще, но танец кончился.

— А у тебя много друзей? — спросил Стиви.

Они не стали возвращаться к столу с вином и закусками, так как знали, что будут танцевать еще.

— Не так уж, — задумчиво ответила Кит.

— Вы с Клио по-прежнему неразлучны, как сиамские близнецы.

— Ничего подобного. Разве ты не заметил, что сегодня ее нет?

— Анна говорит, что вы с ней одна шайка.

— Анна! — Нужно показать ему, что эта девчонка — набитая дура. — Анна ничего не знает, — презрительно сказала она.

— Эта малышка умнее, чем ты думаешь. У нее есть мозги, — вступился за девочку Стиви.

Кит знала, что он прав. Анна обладала умом и воображением. Она доказала это, когда сидела с больным Эмметом. Протестовать слишком решительно не стоило.

— Да, она хорошенькая, — сказала Кит с несвойственным ей кокетством. — Ее можно считать привлекательной, но умной?.. Сильно сомневаюсь.

— Для школьницы она очень хорошенькая, — сказал Стиви.

Тут оркестр заиграл «Ну и дурак же я». Он привлек Кит к себе и стал медленно покачиваться в такт музыке. Потом слегка отстранился и посмотрел в ее разрумянившееся лицо и искрящиеся глаза:

— А вот ты, Кит Макмагон, настоящая красавица.

В этот момент Кит поняла, почему люди считают его сексуальным и притягательным, почему даже замужние женщины теряют голову и смертельно рискуют ради того, чтобы переспать с ним. Но влюбляться в такого человека абсурдно. Слава богу, она делает это только ради младшего брата. Когда начался новый танец и Кит снова очутилась в объятиях Стиви, ей пришлось для большей уверенности мысленно повторить эти слова еще раз.

* * *

— Ты вела себя как последняя тварь! Можешь не сомневаться, я не прощу тебе этого до конца жизни!

— Я нарушила твои планы? — спросила Анна.

— Ты проявила вопиющую бестактность по отношению к человеку, который по доброте душевной вез меня от самого Дублина.

— И довез бы даже до кровати, если бы младшая сестра не была на страже твоей репутации.

— Не смей говорить такие вещи! — Клио побелела от гнева.

— Теперь мы квиты, — спокойно ответила Анна. — Ты не говоришь о моих плохих манерах, а я не говорю о твоих намерениях. — Она снова уткнулась в книгу.

Клио увидела название: «Выжженные вершины».

— Кривляка! Притворщица! Делаешь вид, что читаешь такие книги для собственного удовольствия!

— Так и есть, — ответила Анна. — В этой книге есть настоящая страсть, а не траханье в автомобилях. Кстати говоря, это ведь ты у нас пишешь диплом по английской литературе. Я думала, ты читаешь по классическому роману в день, причем исключительно для собственного удовольствия.

— Я могу пырнуть тебя хлебным ножом и сказать, что это сделал грабитель, — пригрозила Клио.

— Можешь. Но дело того не стоит, — ответила Анна и снова погрузилась в чтение.

* * *

Придя домой, Мартин Макмагон расстроился, увидев, что дверь открыта.

— Эммет очень беспечен, — проворчал он. — Входная дверь настежь.

— Наверное, он наверху, — ответила Мора, стараясь найти какое-нибудь оправдание.

— Я проверю аптеку.

Мартин вечно боялся, что кто-нибудь вломится в его святая святых за микстурами и таблетками.

Мора поднялась по лестнице без него. Эммета в комнатах не было, однако на кухне горел свет, и Мора пошла туда.

Но там был не Эммет. На стуле развалился человек в рваном пальто, мокром насквозь. Его ботинки выглядели так, словно неделю пролежали в луже. Он был небрит и страшен на вид, несмотря на то что дремал, склонив голову набок.

Мора схватилась за горло.

— О боже! — не успев подумать, воскликнула она.

Бродяга тут же проснулся и вскочил. Мора увидела его безумные глаза и сжалась от страха.