Граничные хроники. В преддверии бури - Ирина Мартыненко

Ветерок не просто не ожидал подобного расклада, но и совсем не понимал, с чего эолфка так резво принялась вначале наседать на киборга, а потом и вовсе решила третировать его самого. Она, недолго думая, возвысившись над сонным путником щуплым изваянием, едва ли давала ему дорогу к отступлению. В ее глазах истинный отметил совершенно нездоровый блеск. Такой яростный, что он даже удивился, с чего это проводка здесь еще не оплавилась, а они сами не взлетели в пылу огня и взрыва к своим праотцам.

– Я жду, стервец!

– Э-э… – нетвердо протянул путник, совершенно не понимая, к чему была обращена фраза грозы и молнии летного крыла.

– Так, – хмыкнула она. – Ты что, совсем идиот?

– Чего?

– Понятно. Форменный, значит. Тогда слушай меня сюда, красавчик. Куда своих товарищей-остолопов дел?

– Э-э… Не понял.

– Ты реально крут, конечно, в своем кретинизме, Ветерок. Я бы дала тебе возможность посражаться за место первого дурня наперегонки с моим заместителем, но, думаю, у тебя все-таки ни духа не хватит, ни порядочности, а уж тем более, ноги, сам понимаешь, в твоем случае, с руками спутали, да и проблема у тебя есть одна занозистая – пониманием называемая. Нынче без него никуда, красавчик, так и знай. К дырявым покрышкам твою смекалку и глупые закидоны. Ты знаешь, что в старые времена за глупость в наших краях едва ли не сажали? Нет? И не в нынешние славные казематы, в которых у тебя и так уже отдельные хоромы, а на кол, дуралей. На кол! Понял?

– К чему вы клоните, госпожа Шиско? – подчеркнуто вежливо поинтересовался путник.

– Идиотизм в тебе пустил глубокие корни, красавчик, – обреченно заявила она и, вновь ловко остановив путника от намечающегося ретирования, не менее вдохновенно, продолжила: – Тогда я тебе по слогам повторю и разжую жвачкой, как для юного барашка: где, твоего ж троеросового демона побери, этот дремучий идолопоклонник Катарины? – И, видя, что едва ли Ветерок понимает, о чем ведет речь Соша, та рассерженно выкаркивает: – Серкулус, я тебя спрашиваю, где?

– Э-э… Так ты о Дэзмунде Смитте говоришь, – видимо, процесс расшифровки данных в голове путника наконец завершился успешно.

– Твоего ж крылатика, да! Да! Я тебе о нем толкую, идиот!

Ветерок едва не отшатнулся от грозного выкрика, огласившего личные покои Железной Башки Брая. Вот только они никак не подействовали на основного здешнего обитателя. Тот как стоял столбом, так и остался стоять.

– Но, госпожа Шиско, – попытался как можно дружелюбнее ответить истинный на яростные речи главного механика: – Честно говоря, понятия ни малейшего не имею.

– Так, – уж совсем недружелюбно зашипела эолфка, – а давай-ка теперь поподробнее. Мне так интересно узнать как ты «не имеешь ни малейшего понятия».

– Эй, полегче, – постарался урезонить ни с того ни с сего взбесившуюся эолфку Ветерок.

– Слушай сюда, красавчик, – едва не перебив путника, шикнула на него Сохиши Шиско, – я тебе такого «полегче» могу устроить, что пепельная земля тебе землей обетованной покажется. Уяснил, стервец?

– Госпожа Шиско, вам не кажется, что вы уж слишком…

– …перегибаю палку, да? – она наградила свою жертву пристальным, совсем уж недобрым, взглядом. – Знаешь, что, красавчик, прикуси-ка ты язычок, а то я тебе его собственноручно выдеру. Мне-то нетрудно, но ты ведь такой здесь рев устроишь. Маму-папу позовешь или жену свою. Она ж у тебя миротворец. Спрячешься за ее широкой спиной и ткнешь в тетю Сошу пальчиком. Что нет? А то я твою породу не знаю. Стервец ты, Ветерок, а не путник. Истинный – и не поспоришь. И вот еще что – прекрати мне мозги запудривать. Знаю я о ваших шашнях все вдоль и поперек, и твои увертки припрячь для правительницы нашей или, если уж так неймется, – бутылки, а мне, будь добр, начисто все выложи. Недосуг мне твои размазанные бредни слушать, так и знай.

На этом Сохиши Шиско, гордо вскинув подбородок, наградила путника испытывающим взглядом, от которого у того мурашки по спине пробежали. Ну, не любил он, когда женщины на него так смотрят.

– Серкулус… он…

– В Резервации, чтоб тебя. Неужто сообразительность заработала? Не поверю! А теперь-то мне понятно поясни, почему твой господин, великий начальник, делает там кульбиты, а твоя пухлая задница елозит чужой диван?

– Софу…

– Чего?

– Я сижу на софе.

– Да разорви тебя мотором на ошметки, какая, к демонам, разница! Главное, он – там, а ты – здесь! Почему? К катакомбным задохликам твое занудство! Ты объясни мне понятно, почему все так!

– Нас э-э… – начал быстро соображать Ветерок, – накрыло…

– Чего? – зловеще прошипела эолфка.

– Разделились мы, госпожа Шиско…

– И?..

– Мы вернулись обратно… Я и Андрейко… – говорил он негромко и, стараясь заставить ее поверить в собственные слова, малодушно прибавил: – Можете у него спросить…

– Ах, как же ты складно врешь мне, красавчик. Ничего умнее придумать не смог, да? Спросить у этого дубины. Да он мне чистосердечно признается во всем, чем угодно. Так что не юли! Я должна знать, чего ты здесь забыл, сморчок несчастный!

– Э-э… я…

– Госпожа Сохиши Шиско? – отвлек главного механика от близкой расправы над Ветерком сиплый голос киборга. – Чем обязан?

– Как же ты вовремя, Башка! – и уже на повышенных тонах, обращаясь к Браю, продолжила: – Только попробуй мне в свой невидимый мир уйти, я тебе по щепкам всю лабораторию разнесу и плевать мне на твоих защитничков. Я тебя до ржавчины доведу раньше, чем до морального износа! Так что будь добр и выслушай меня внимательно, а твой дружок нам как раз в разговоре одном поможет. Подсобит, так сказать. Он у нас сейчас особенный, верно, красавчик? Всепонимающий. Да?

Быстрым движением руки она пригвоздила на место пытающегося подняться Ветерка и, обращаясь уже к обоим, задушевно заметила:

– А после сей краткой и цельной исповеди, красавчик, я тоже сочту важным потолковать с вами. Обоими! Так что будем слушать друг друга внимательно и продуктивно, стервецы!

Ветерок жалобно глянул на непроницаемого киборга, но не найдя поддержки у него, внутренне выругался. Выбраться из цепких коготков Сохиши Шиско – нереальная затея, обреченная на провал в самом своем зарождении. Ему следовало все-таки пожаловать к Ванаге и напиться. Вусмерть. Как он вначале и хотел…

20:00

– Думаете, здесь все-таки что-то есть? – негромко спрашивает Крыса. – Мы ведь все обшарили и так ничего не нашли.

– Не беспокойся, парень, – отвечает в тон ему серкулус. – Я думаю, мы уже недалеко от цели. Так что не бойся. Скоро мы отсюда выберемся.

– Но ведь…

– Не беспокойся о нем. Он сильный. Не из таких передряг выбирался… Да и ты присядь. Передохни.

– Я не должен…