Солнце, сердце и любовь - Дмитрий Вощинин

Какое-то шестое чувство влекло Романа Григорьевича к именно этому фараону. Он не понимал до конца, почему судьба Эхнатона стала ему так близка, и пытался использовать все свои накопленные знания, чтобы понять этого малоизвестного миру правителя.

Роман Григорьевич отдыхал в номере отеля Луксора после утреннего похода в Долину царей на Западном берегу Нила. Его поразило божественное олицетворение царских персон древнего Египта. Порой он с трепетом представлял себя в этой неповторимой эпохе.

«Мы все подвластны времени… Кем бы я мог быть там?… простолюдином, придворным, воином… слугой?»

– Нет, не воином, – улыбнулся он вслух, – Скорее придворным.

В его глазах еще стояли величественные картины выжженной солнцем песчаной дороги в святилище царских захоронений. С противоположной к городу стороны от Нила она была обрамлена возвышающимися вдали обветренными остатками гор. Сами по себе они походили на громадные статуи и пилоны, как будто завлекали сюда своими сказочными монументами богов, фараонов и цариц. Из кажущегося хаотичного рисунка горного массива в воображении легко представлялись образы полубожественных личностей того времени. Они являлись и над строгим пантеоном ячеек комплекса храма Дейр-Эль-Бахри, построенного когда-то правящей Египтом царицы Хатшепсут. Реальные захоронения были разбросаны вблизи этого места в неожиданных местах и глубоко под землей.

После спуска по лестницам в глубокие пещеры открывались и сами гробницы с их красивыми саркофагами, которые подчеркивали необъяснимое великое значение загадочной песчаной местности, способной на тысячелетия сохранить остатки плоти.

Роман Григорьевич явственно почувствовал, что совсем не случайно у него когда-то вызвали неподдельный интерес труды Блаватской, которая рассматривала развитие цивилизации в неразрывной связи с мировой историей, религией и философией. И теперь глядя на мир через призму зарождения цивилизации, ему практически без искажений являлась историческая и метафизическая картина истоков древнеегипетской жизни и культуры.

Психоаналитик Зигмунд Фрейд в своей работе «Моисей и монотеизм» утверждал, что Моисей был адептом монотеистической религии фараона-еретика Эхнатона, а иудаизм – явился результатом атонизма, который впоследствии стал и основой христианства. Молва приписывает Эхнатону авторство молитвы «Отче Наш», использование 12 знаков зодиака, а также придание числу 7 сакрального значения, в том числе разбивку семи нот музыкального звукоряда.

Одним из священнописателем Книги Бытия считают Моисея, который был воспитан при дворе фараона и естественно на египетских традициях.

С большой долей достоверности установлено, что автор «Пролога» жил во время вавилонского плена. Тогда же была написана Тора, но не исключено, что и другим автором. В этих манускриптах ощущается существенное влияние шумерской мифологии, египетской философии и метафизики.

Аллегории Книги Бытия найдены на вавилонских глиняных табличках за много веков до Рождества Христова, а египетские саркофаги принесли доказательства происхождения религиозных доктрин, заимствованных в дальнейшем евреями. Казалось, что последние этим как бы себя возвеличили и одновременно поставили в упрек всем языческим народам.

Каббалистические доктрины пришли к евреям от халдеев. Моисей знал первоначальный и всеобщий язык посвященных, который понимал каждый египетский жрец. «Пятикнижие» – не является подлинными записями Моисея, так как они были лишь копиями или перефразировкой догм и норм поведения египтян задолго до времен Моисея и Аарона, а закон Моисея был лишь копией с египетских источников.

Первоисточник «Кабалы» находится в халдейской «Книге Чисел», ныне находящейся во владении нескольких персидских суфиев.

Еврейский язык считают очень древним, но нигде на памятниках древности о нем нет и следа. Не упоминается о нем даже в Халдее.

Еврейский народ, рассматриваемый как старейший в порядке описания библии, в тот период не знал ничего об арифметике и десятичной системе, которая уже существовала, и следы ее уходят в Индию.

Цифры римские на самом деле исходят от таинственного и загадочного народа этрусков, которые растворились в «туманном» прошлом.

Знание арифметики и алгебры было изначально заимствовано арабами от индусов или арийцев. Арийская цивилизация старше любого другого народа в мире.

Евангелие эбионитов на еврейском языке было навсегда сокрыто от мирского любопытного взора. Известно, что это Евангелие в течение четырех веков признавали еврейские христиане, назареи и эбиониты, которые, впрочем, не признавали божественности Христа. Для них он был обычным Посвященным, и его слова воспринимались лишь как праведные.

Первые полубожественные чистые и духовные Расы человечества обладали «Божьими истинами» и жили по их идеалам. Но эволюция и постепенное погружение в материальность заставила проявлять личный эгоизм. Именно пришедший эгоизм подтолкнул человека злоупотреблять своими знаниями и властью. Он то и открыл дверь в душу человека для проникновения в нее оправдания несправедливости.

Потом уже возникла необходимость постепенно отбирать у человека божественные знания и силы, которые оставались всегда опасным оружием.

Величайшее преступление, которое когда-либо совершено против человечества, произошло в тот день, когда первый жрец придумал милостливую молитву, имея в виду эгоистическую цель. Бога теперь можно было просить в молитвах, благословлять оружие… Именно такое представление о Боге воспитало в человеке себялюбие и лишило его уверенности в своих собственных силах.

Молитва облагораживает только тогда, когда она свободна от какой-либо эгоистичной личной цели.

Современное светское воспитание отстраняет человека от религии. Но с возрастом появляется определенный интерес к библии. Ее черный строгий силуэт стоял и в книжном шкафу у Романа Григорьевича. Всю до конца он ее не осилил, но важные главы первые в свое время его заинтересовали.

«Кто мог первый понять необходимость записать древнюю информацию Книги Бытия о человеке и тем самым прославить себя?» – подумал он.

– Некий первый пиар, – вырвалось у него, – …Хотя истина в молчании… Природа молчит… Бог молчит… Мудрые… много не говорят…

«Загадочны и первые упоминания и поклонения Сатане», – продолжал размышлять Роман Григорьевич.

«Тайная доктрина» Блаватской упоминает о том, что ромбы Гекаты и колеса Люцифера, найденные археологами в Вавилонии, не могли быть использованы в качестве явных доказательств поклонения Сатане.

Халдеи никогда не поклонялись Сатане или идолам, также как и зороастрийцы. Но Блаватская явно подчеркивает, что двойная экзотерическая философия этих символов стала наследием евреев.

Поражают своей правдой жизни стихи халдейского оракула:

«Нет истины в полете вольном птиц,

Как нет ее внутри невинной жертвы,

Все лишь игра воображения,

Основы для корыстного обмана.