Библиотека в Париже - Джанет Скеслин Чарльз

– Уверена, что справлюсь.

– Жалованье весьма скромное. Это для вас проблема?

– Ничуть.

– И еще одно. Служащие по очереди работают в выходные дни.

Мне не придется ходить на мессу или обедать с женихами?

– Я хочу работать по воскресеньям!

– Значит, место за вами! – торжественно произнесла мисс Ридер.

Я подпрыгнула на месте:

– Правда?

– Правда.

– Спасибо, я вас не подведу!

Она хитро подмигнула:

– И не лупить по башке читателей!

Я расхохоталась:

– Я не даю обещаний, которые не могу сдержать.

– Начинаете завтра, – сообщила она и вернулась к бюджету.

Я умчалась, надеясь застать Реми до того, как он уйдет на какое-нибудь политическое собрание, и наткнулась на него прямо у входа в библиотеку.

– Ты пришел!

– Каков приговор? – спросил брат. – Ты там целую вечность пропадала.

– Всего двадцать минут.

– Разницы никакой, – проворчал он.

– Я получила работу!

– А я что говорил?

– Я думала, ты пойдешь на собрание.

– Есть дела и поважнее.

– Но ты там председатель! Ты им нужен.

– А мне нужна ты. – Он легонько наступил мне на ногу. – Без тебя нет и меня.

Дома я сразу прошла в гостиную, где маман вязала шарф для меня.

– Ну? – Она отложила спицы.

– Я – библиотекарь!

Я рывком подняла ее с кресла и заставила провальсировать по комнате.

Раз-два-три… раз-два-три…

Книги-независимость-счастье!..

– Поздравляю, ma fille, – сказала она. – Обещаю убедить папа́.

С намерением подготовиться к работе я ушла в свою комнату, чтобы еще раз просмотреть заметки по десятичной классификации Дьюи. Вчера в Люксембургском саду я видела нескольких 598 («Птицы»). Когда-нибудь я начну учить 469 («Португальский язык»). А для любви есть номер? А если бы я имела собственный номер, каким бы он был?

Я подумала о тете Каро, ведь именно она первая познакомила меня с десятичной классификацией Дьюи. Как мне нравилось в детстве сидеть у нее на коленях в Час чтения! Годы спустя, когда мне было уже девять, тетя показала мне каталог карточек – необычный деревянный предмет, состоявший из множества крошечных ящичков с табличками на каждом из них.

– Здесь ты найдешь все тайны Вселенной! – Тетя Каро открыла ящичек с буквой «Н», в нем лежали десятки и десятки карточек. – На каждой записана информация, открывающая другие миры. Почему бы тебе не заглянуть? Могу поспорить, тебе понравится!

Я сунула нос в ящичек. Перебрав несколько карточек, я наткнулась на некую сладость:

– Нуга!

Тетя научила меня находить следующую подсказку, шифр, который привел нас к конкретной секции, полке и к нужной книге. Настоящий поиск сокровищ!

Тетя Каро обладала тончайшей талией и величайшим мозгом. У нее были голубые, как у маман, глаза, но если глаза моей матери поблекли, как одна из старых военно-морских рубашек папа́, то глаза тети Каро светились жизнью. Как читатель, она была всеядна, глотала научную литературу, книги по математике, истории, читала пьесы и стихи… Ее книжные полки были битком набиты, а туалетный столик представлял собой свалку из румян и Дороти Паркер, туши для ресниц и Монтегю. В ее гардеробе лежали Гораций и туфли на высоком каблуке, чулки и Стейнбек. Ее любовь к книгам и любовь ко мне окутывали мою жизнь, как аромат ее любимых духов «Шалимар».

Воспоминания о тете Каро напомнили мне о том, почему мне была так необходима эта работа.

В свой первый рабочий день я нервничала куда сильнее, чем на собеседовании. А вдруг я разочарую мисс Ридер? Или кто-нибудь задаст мне вопрос, на который я не смогу ответить? Если бы только тетя Каро все еще была с нами! Я бы ей запретила приходить сюда в мой первый день, но она все равно пришла бы. Нагруженная томиками Шелли и Блейка, она бы подмигнула мне, и все мои волнения тут же растаяли бы, стоило только припомнить ее слова: «Все ответы здесь, нужно только поискать».

– Знакомьтесь, – оживленно сказала директриса, представляя мне Бориса Нечаеффа, учтивого франко-русского главного библиотекаря, как всегда в безупречном синем костюме и при галстуке.

У стола абонемента читатели выстраивались перед ним в ряд, как перед приходским священником, чтобы приобщиться, обменяться словечком. Свет в его зеленых глазах никогда не угасал, даже когда он выслушивал бесконечные истории читателей. Он знал, где найти наилучшую одежду – «Мой человек в универмаге „Базар де ль’Отель де Виль“ не посоветует вам плохого», – знал, на что нужно обращать внимание, покупая лошадь… Строгая миссис Тернбулл говорила, что он из семьи аристократов, владевших целой конюшней чистокровок. Мистер Прайс-Джонс утверждал, что Борис служил в русской армии. Слухов в библиотеке было столько же, сколько и книг.

Борис был известен также своей библиотерапией. Он знал, какие книги исцелят разбитое сердце, что читать в летний день, какой именно роман следует выбрать для путешествия. Когда я впервые пришла в библиотеку без тети Каро, уже десять лет назад, высокие стеллажи будто надвинулись на меня. Названия, отпечатанные на переплетах, не разговаривали со мной, как прежде. Я вдруг заметила, что книги расплываются передо мной из-за слез.

Борис с озабоченным видом подошел ко мне.

– Вас разве не ваша тетушка привела? – спросил он. – Мы уже давно ее не видели.

– Она больше не придет.

Он нашел на полках одну книгу:

– Это о семье и о потере. И о том, что у нас могут случаться моменты радости даже тогда, когда нам плохо.

Я не боюсь штормов, потому что учусь управлять своим кораблем.

«Маленькие женщины» Луизы Мэй Олкотт до сих пор остаются одной из моих любимых книг.

– Борис начинал здесь как мальчик на побегушках, что-то вроде библиотечного подмастерья, – сказала мне мисс Ридер. – И он знает абсолютно все об Американской библиотеке.

Он пожал мне руку:

– Вы из наших читателей.

Я кивнула, мне польстило то, что он узнал меня. Но прежде, чем я успела ответить, мисс Ридер стремительно увлекла меня в читальный зал, где мы подошли к женщине, которая что-то писала у окна. Ее лицо обрамляли седые волосы, темные очки висели на самом кончике носа. Перед ней на столе лежали книги о елизаветинской Англии. Мисс Ридер представила меня члену правления графине Кларе де Шамбре. Мне было знакомо это имя. Я недавно дочитала «Игру с сердцами», один из ее романов. Графиня – и настоящий писатель!

– Изучаете очередную книгу о менестрелях? – спросила директриса. – Почему бы вам не устроиться в моем кабинете?