Вангелия - Владимир Сотников

– Ничего, – ответил тот. – Идите. Я потом к вам приду.

Димитр вернулся в Дом. Проходя по коридору, он задержался было возле музыкального класса: вдруг Ванга играет на пианино? – с радостью бы послушал. Но тихо было за дверью, и, вздохнув, он пошел дальше.

Ванга тем временем сидела на своей кровати в спальне девочек, вышивала на пяльцах и слушала, как Ольга читает вслух. Читала она по-болгарски, но книга, Ванга знала, была русская, ее просто перевели на все-все языки на свете, потому что писатель, который ее сочинил, был великий – так Ольга говорит, а значит, так оно и есть.

– «Едва князь Андрей обнял этот тонкий, подвижный, трепещущий стан, – читала Ольга, – вино ее прелести ударило ему в голову, он почувствовал себя ожившим и помолодевшим. Он особенно нежно и бережно обращался и говорил с нею».

– Ольга… – сказала Ванга.

– Что?

Та подняла глаза от книги.

– Так правда бывает?

– Как, Ванга? – не поняла Ольга.

– Вот так… Чтобы мужчина так полюбил?

– Бывает, милая, – кивнула Ольга. – Я сама это видела. Мой папа так любил мою маму. Правда, – грустно добавила она, – с тех пор, как они умерли, я не видела такого больше никогда…

На лице у Вангелии появилось мечтательное и счастливое выражение.

– О чем ты думаешь? – спросила Ольга.

– Так…

Видно было, что она колеблется: рассказать, не рассказать? Но не рассказала – снова принялась вышивать. Вид у нее был смущенный.

Ольга отложила книгу, подошла к окну. На крыльце стоял Димитр, рядом с ним был ящик со столярными инструментами. Он на ощупь пытался выбрать нужный, но, кажется, ничего у него не получалось.

– Димитр, – сказала Ольга.

– Где? – встрепенулась Вангелия.

– Крыльцо хочет починить.

– Но как же? – Вангелия вскочила, бросила пяльцы. – Он же не может сам!

Она пошла к двери.

– Ванга, не ходи, – сказала Ольга. – Не надо вмешиваться. Он должен сделать это сам, раз взялся.

Не обращая внимания на ее слова, Вангелия открыла дверь.

– Ведь он мужчина! – крикнула Ольга ей вслед.

Дверь спальни захлопнулась за нею.

Димитр в досаде бросил молоток на крыльцо. Сколько ни старайся, а кроме отбитого пальца никакого толку! Планка прибита к перилам косо.

– Димитр, что ты делаешь? – услышал он.

Если бы Ванга появилась рядом в любую другую минуту, он обрадовался бы: при каждом появлении этой девушки его охватывало счастье. Но сейчас он испытывал такой сильный стыд, что счастье не могло уместиться у него внутри.

– Перила сломал. Чиню, – хмуро ответил он.

– Получается?

Ему показалось, что в голосе Ванги прозвучало то ли сочувствие, то ли усмешка.

– Получится!

А вот в его голосе точно прозвучало раздражение. Но Ванга, кажется, не обратила на это ни малейшего внимания. Она взяла из его руки молоток, гвозди…

У нее любая работа получалась гораздо лучше, чем у него. Она давно жила в Доме слепых, а значит, ее многому научили. Да и в родной семье, наверное, не проявляли такую заботу о ней, как в семье Димитра, и некому было ей помогать – наоборот, все ожидали, что она приладится к своей слепоте и начнет помогать им.

– Вот и все! – радостно произнесла Ванга. – Все получилось.

Димитр провел ладонью по перилам. Планка лежала на балясинах ровно. Его охватила такая досада на себя, что он едва сдержал постыдные для мужчины слезы.

– Это у тебя получилось! – бросил он. – Не у меня!

С этими словами Димитр сбежал с крыльца и бросился прочь по аллее.

– Димитр, подожди! Ну что же ты?.. – слышал он голос Ванги.

Но не остановился. Стыд гнал его прочь.

Если бы кто-нибудь углубился вечером в парк, то, наверное, решил бы, что по аллеям бродят призраки. Да, на призрак была похожа девушка, силуэт которой мелькал между деревьями.

– Димитр! Димитр! – слышался ее голос.

И такая тоска звучала в нем, что он вполне мог принадлежать не человеку, а призрачной душе.

И вдруг… тоска в голосе девушки сменилась ужасом.

– Снежана?! – почему-то вскрикнула она. – Ты зачем пришла?!

И с криком: «Димитр, где ты?!» – девушка бросилась напролом через густые заросли.

Конечно, Димитр слышал, что Вангелия зовет его. Слышал, но не откликался. Он сидел под высоким одиноким деревом – дуб это, кажется? – да, точно дуб, и лицо у него было сердитое. Зачем она сделала работу, которую он должен был сделать сам, зачем унизила его?

Вдруг он услышал какой-то совсем другой ее вскрик. Это был голос боли!

– Помоги мне… – донеслось издалека.

Может быть, она обращалась к Богу? Но Димитр вскочил и крикнул в ответ:

– Ванга! Я сейчас!

Кусты хлестали его по лицу. Он не разбирал, куда бежит, но при этом почему-то знал, что все делает правильно. Впервые с тех пор как он ослеп, им руководила такая поразительная уверенность.

И все-таки он немного ошибся – налетел на Вангу, когда наконец добежал до нее. Она вскрикнула. Он опустился на колени рядом с нею, быстро провел ладонью по ее лицу. Ладонь сразу стала мокрой. Да он и так знал, что она плачет.

– Ты… живой?.. – всхлипнула она.

– Ты упала, да? – с тревогой спросил он. – Сильно ушиблась?

– Н-ничего… – пробормотала Ванга. – Ногу немножко подвернула. Сейчас пройдет. Ты живой? – снова зачем-то спросила она.

– Ну конечно! Ты что, Ванга?

– Я думала… думала… ты умер!..

– С чего ты взяла, глупенькая? – улыбнулся Димитр. – Я просто так… Прогуляться пошел. Перед сном.

– Я видела… – с ужасом произнесла она.

– Да как ты могла видеть? – снова улыбнулся он. – Ну-ну, успокойся.

– Я… не тебя. Не знаю, как, – сбивчиво проговорила Ванга. – Я видела… Снежану. Помнишь, рассказывала тебе?

Димитр кивнул. Они много разговаривали с Вангелией, чаще всего здесь, вот в этом парке, гуляя по аллее. И про подругу, которая повесилась, потому что не верила, что может быть счастлива в своей слепоте, они разговаривали тоже.

Но как она могла видеть эту свою подругу?

– Не бойся, Ванга, – сказал Димитр. – Никого ты не видела. Тебе просто померещилось. Ты испугалась, вот и померещилось.

– Правда? – с надеждой спросила она.

Конечно, ей не хочется быть сумасшедшей, которой мерещатся призраки!

– Правда, правда, – сказал Димитр. – Ничего не бойся.