Лабиринт призраков - Карлос Руис Сафон

– Ты уверен, что он мертв?

– Не знаю. Я выстрелил в него два или три раза из револьвера капитана Варгаса. Он находился метрах в двух от меня, не более. Там было так темно…

Алисия накрыла своей ладонью руку Фернандито и мягко улыбнулась.

– Я в порядке, – солгал он.

– Оружие при тебе?

Фернандито покачал головой.

– Я выронил его, когда убегал. Что нам делать теперь?

Алисия помолчала немного, рассеянно созерцая оконное стекло. Она чувствовала боль в бедре, которая пульсировала в унисон с биением сердца.

– Не пора ли вам принять одну из своих таблеток? – произнес Фернандито.

– После.

– После чего?

Алисия посмотрела ему в лицо:

– Мне нужно, чтобы ты сделал для меня кое-что еще.

Фернандито кивнул:

– Все, что угодно.

Она порылась в карманах и протянула ему ключ:

– Ключ от моей квартиры. Возьми.

– Зачем?

– Я хочу, чтобы ты поднялся ко мне. Прежде чем войти, убедись, что в квартире никого нет. Если дверь будет открыта или на замке обнаружатся признаки взлома, беги оттуда со всех ног и не останавливайся, пока не очутишься дома.

– Вы со мной не пойдете?

– В столовой загляни под диван. Там ты найдешь коробку с документами и разными бумагами. Также в коробке находится конверт со вложенной в него тетрадью. На конверте написано «Исабелла». Ты понял?

– Да.

– Я хочу, чтобы ты забрал коробку с собой. Спрячь ее в надежном месте, где никто не найдет. Ты можешь это сделать для меня?

– Да. Не волнуйтесь. Но…

– Никаких «но». Если со мной что-нибудь случится…

– Не надо так говорить.

– Если со мной что-нибудь произойдет, – настойчиво повторила Алисия, – не вздумай обращаться в полицию. Если я не вернусь за коробкой, выжди несколько дней и отнеси документы в книжный магазин «Семпере и сыновья» на улице Санта-Ана. Ты знаешь, где это?

– Знаю…

– Прежде всего ты должен удостовериться, что за магазином нет слежки. Если хоть какая-то мелочь покажется тебе подозрительной, пройди мимо и подожди более удобного момента. В магазине спроси Фермина Ромеро де Торреса. Запомни имя.

– Фермин Ромеро де Торрес.

– Ты можешь довериться только ему. Больше никому.

– Вы меня пугаете, сеньорита Алисия.

– Если со мной что-нибудь случится, передай ему документы. Скажи, что пришел от меня. Сообщи обо всем, что произошло. Объясни, что среди бумаг лежит дневник Исабеллы Хисперт, матери Даниэля.

– Кто такой Даниэль?

– Скажи Фермину, что он должен прочитать дневник и решить, нужно отдавать его Даниэлю или нет. Пусть он сам рассудит.

Фернандито снова кивнул. Алисия печально улыбнулась, взяла его за руку и крепко пожала ее. Он поднес ее руку к губам и поцеловал.

– Сожалею, что втянула тебя в скверную историю, Фернандито. И взваливаю на тебя новую ответственность… Я не имела права.

– Рад, что вы это сделали. Я не подведу.

– Знаю… И последнее. Если я не вернусь…

– Вернетесь.

– Если не вернусь, не расспрашивай обо мне в больницах, комиссариатах, вообще нигде. Представь, будто мы не были знакомы. Забудь обо мне.

– Я никогда вас не забуду, сеньорита Алисия. Считайте меня дураком…

Алисия встала. Не вызывало сомнений, что ее терзала сильная боль, но она улыбнулась Фернандито, словно речь шла о легком недомогании.

– Вы отправляетесь искать того типа?

Алисия не ответила.

– Кто он? – спросил Фернандито.

Алисия мысленно нарисовала портрет убийцы Варгаса по описанию, которое дал Фернандито.

– Он называет себя Ровирой, – пояснила она. – Но кто он в действительности, я не знаю.

– Кем бы ни был, он очень опасен, если до сих пор жив.

Фернандито встал, приготовившись сопровождать ее. Алисия его остановила, покачав головой.

– Мне необходимо, чтобы ты отправился ко мне домой и сделал то, о чем я попросила.

– Однако…

– Не спорь со мной. И поклянись, что выполнишь в точности то, что я сказала.

Фернандито вздохнул:

– Клянусь.

Алисия одарила его одной из умопомрачительных улыбок из своего арсенала, заставлявшей юношу уже не раз терять остатки рассудка, которым наградил его Господь, и, прихрамывая, направилась к выходу. Фернандито с щемящим сердцем наблюдал, как ее фигурка, казавшаяся в тот момент особенно хрупкой и уязвимой, удаляется под дождем. Он смотрел вслед, пока она не исчезла из виду в начале квартала. Потом, оставив на столе деньги, покинул ресторан и перешел дорогу, очутившись у подъезда Алисии. В вестибюле Фернандито встретил консьержку, свою родную тетю Хесусу. Дождевая вода, просачиваясь в холл, собиралась на полу лужами, и Хесуса боролась с потопом, орудуя тряпкой, намотанной на швабру. Заметив племянника, прошмыгнувшего мимо с ключом в руке, она нахмурилась. Фернандито сообразил, что консьержка, имевшая отменный нюх на интрижки и с зоркостью орла примечавшая все, что ее не касалось, наверняка стала свидетельницей сценки, разыгравшейся в «Гран-кафе» на противоположной стороне улицы, включая целование рук.

– Мы неисправимы, да, Фернандито?

– Это не то, что ты думаешь, тетя.

– Я лучше промолчу о том, что думаю, но как твоя родная тетя, пожалуй, единственная, кто наделен здравым смыслом в семье, вынуждена повторить то, что говорила тебе уже много раз.

– Что сеньорита Алисия мне не пара, – заученно выдал Фернандито.

– И однажды она разобьет твое сердце, как говорят по радио, – закончила Хесуса.

Катастрофа уже случилась много лет назад, однако Фернандито предпочел не углубляться в детали. Хесуса подошла к нему и ущипнула за щеку, словно ему по-прежнему было десять лет.

– Не хочу, чтобы ты страдал. А сеньорита Алисия – притом что я люблю ее как родную – это бомба. В самый неожиданный момент она может взорваться и разнести все, что ее окружает. Пусть Господь простит меня за такие слова.

– Я знаю, тетя. Знаю. Не беспокойтесь, я хорошо понимаю, что делаю.

– Именно так сказал твой дядя в тот день, когда утонул.

Нагнувшись, Фернандито поцеловал тетку в лоб и начал подниматься по лестнице. Он вошел в квартиру Алисии, оставив дверь приоткрытой, и принялся выполнять наказ Алисии. Под диваном в гостиной нашел коробку, о какой она говорила. Открыв ее, бегло просмотрел кипу бумаг, среди которых лежал и конверт, надписанный «Исабелла».