Строго между нами - Кэти Келли

— Я думал об этом, — сказал Глен. — Боюсь, что она меня забудет. Я пытаюсь поддерживать отношения, но ты же знаешь, у меня никогда не получалось устраивать ей дни рождения и прочее.

— Я не забыла об этом, — решительно ответила тогда Стелла. — Ты не волнуйся, я и организую, и напомню тебе. Все это ради Эмилии.

Этот давний разговор молнией пронесся сейчас в голове Стеллы.

— Ну пока, мама, я скучаю по тебе, — закончила свой рассказ Эмилия. Впервые за весь разговор в ее голосе проскочили жалобные нотки.

— Я тоже по тебе скучаю. Скоро ты приедешь домой, и мы вместе займемся чем-нибудь интересным.

Как много Стелле сейчас хотелось рассказать дочери, но все это были невеселые вещи, и расстраивать Эмилию ей не хотелось.

— Хорошо, — попрощалась Эмилия. — Пока!

Стелла повесила трубку и пошла на кухню. Она запекала себе на ужин бутерброды с сыром. Дочь была далеко, Ник отдалился от нее, так что у нее не было ни желания, ни причин заботиться о правильном питании.

С тех пор как она поругалась с Ником, прошла неделя. «Мы не виделись целую неделю», — вдруг подумала Стелла. Первые дни она всячески сдерживалась, чтобы не позвонить ему. «Он мужчина, пусть сам сделает первый шаг», — решила она тогда. Ник позвонил в пятницу утром. Позвонил с дороги только для того, чтобы сказать, что его мать в больнице и что он едет ее навестить.

— Она была слаба — болела гриппом — и, когда пыталась встать с постели, упала. В итоге сломала бедро и все время лежит.

Ник казался утомленным и несчастным.

— У нее всегда были слабые легкие, и, если она получит пневмонию, дело будет совсем плохо, — продолжил он. — Это была ужасная неделя. У Дженны опять были неприятности в школе. Она стала очень грубить матери. Я пытался поговорить с ней, но она твердит свое: «А какое тебе дело?» Уэнди сходит с ума, ругает меня, говорит, что я ничего не делаю для того, чтобы решить проблему. Ты не можешь себе представить, что здесь творится.

Но Стелла вполне могла себе это представить. Пытаясь сохранить мир в бывшей семье, Ник взял на себя слишком много и подвел всех — и Дженну, и Уэнди, которые ждали от него, что он снова будет с ними. Но они разошлись, и Дженна один на один с матерью. Со стороны решить проблему Ник уже не мог. «Какими бы ни были условия развода, — была уверена Стелла, — Уэнди не имеет права возлагать ответственность за все свои проблемы на Ника». Таким образом она разрушала его нормальные отношения с Дженной.

Прежде Стелла пообещала себе, что не заикнется об отношениях между Дженной и Уэнди, но тут промолчать было нельзя.

— Ник, не позволяй Уэнди манипулировать собой. Она втравливает тебя в ситуацию, когда тебе одному приходится решать с Дженной, по сути, ее проблемы.

— Но я не решаю проблем Уэнди, — сказал Ник.

— Да, не решаешь и не можешь решить, — ответила Стелла. — Но тебя приглашают «забалтывать» их, или, как бы ты сам выразился, успокаивать Дженну.

Услышав в трубке протестующие звуки, Стелла с нажимом сказала:

— Я знаю. Да, Дженна ужасно ведет себя в школе и страшно груба с Уэнди, но, пойми, это две разные проблемы. Никакими уговорами ты не можешь заставить ее ладить с матерью, которая постоянно давит на нее. Девочка растет, расширяются и границы ее пространства.

Стелла горько улыбнулась. «Надо же, теперь я поддерживаю Дженну, пытаюсь ее понять», — думала она.

Ответом ей стала тишина на другом конце провода.

— Ты права, Стелла, — наконец произнес Ник. — Мне искренне жаль, что тебе приходится иметь дело со всем этим наследием. Мне нужно было бы позвонить тебе раньше, но я не решался. А этим утром я понял, что проблемы не удастся решить быстро, и захотел просто заскочить к тебе на ужин. Но тут такое…

— Все в порядке, — прервала его Стелла. — Мы можем поговорить, когда ты вернешься.

Стелла не знала точно, будет ли в это время дома, но это не имело значения. Она должна была поговорить с Ником.

В следующий раз он позвонил только в воскресенье под вечер. Его голос был хриплым от усталости.

— Врачи говорят, ситуация уже не критическая, — сказал он. — Сегодня мать уже ворчала на меня, что является несомненным признаком выздоровления.

— Это замечательно, — заметила Стелла. Ей действительно нравилась строгая и требовательная мать Ника. Она была совсем не такой, как иногда описывал ее Ник.

— Все в порядке, я вернусь в Дублин во вторник, — пообещал Ник и, немного подумав, добавил: — Я могу пригласить тебя на обед?

Тут задумалась Стелла. Если она хочет решить с Ником все разногласия, то без откровенного разговора не обойтись. А в переполненном ресторане, знала она, свободно поговорить не удастся.

— Лучше приезжай ко мне на ужин, — сказала она. — Я все приготовлю.

Начинался понедельник. Впервые за неделю Стелла почувствовала себя счастливой. «И все же, несмотря ни на что, я ждала встречи с Ником», — думала она. Словно на крыльях она летела в этот день на работу.

— Как дела? Идешь на обед? — ближе к полудню спросила Стеллу Вики.

Та пожала плечами.

— Дела хорошо.

— Наверное, даже слишком, — заметила Вики. — Ты выглядишь так, словно у тебя сегодня свидание.

Всю прошлую неделю Стелла была словно в воду опущенная, на ленч не выходила, в дружеских беседах не участвовала. А сегодня Вики просто не могла узнать подругу.

— Ты почти угадала. А что, уже время ленча? Я не откажусь, — ответила Стелла. — Крейг идет?

Все эти дни Крейг частенько составлял подругам компанию за обедом. Стелла видела, как у них с Вики укрепляются отношения, и любила намекать им на свадебные колокольчики.

— Крейг теперь стал серьезным, — ворчливо заметила Вики.

Когда подруги расположились за столиком ресторанчика, внезапно почувствовавшая волчий аппетит Стелла сделала большой заказ. Вики начала выспрашивать:

— Рассказывай, что случилось?

— Представляешь, он приезжает завтра на ужин, и у нас будет решающий разговор. Обо всем, — ответила Стелла.

— Будь честна с ним, — посоветовала Вики. — Расскажи ему все, что ты чувствовала это время. А если он не сможет понять, насколько расстроил тебя своей выходкой, то смело расставайся с ним.

Ник очень нравился Вики, но теперь она была на стороне своей подруги. Вики поклялась, что сама поговорит с ним, если он снова причинит Стелле боль.

— Хорошо, — согласилась та, принимая неожиданную помощь. — Если завтра вечером он окончательно разобьет мое сердце, могу я позвонить и пригласить тебя к себе?

— Конечно, — ответила Вики. — Обещаю, что приду.

Когда Стелла вернулась в офис, то обнаружила новое сообщение голосовой почты, адресованное, как ни странно, лично ей по прямому номеру.