Собрание сочинений в 9 тт. Том 1 - Уильям Фолкнер

— Вы мне советуете выйти замуж? — спросила Нарцисса.

— Я никому не советую выходить замуж. Счастливы вы не будете, но ведь женщины еще не дошли до такой степени цивилизованности, чтобы чувствовать себя счастливыми не выходя замуж, и потому вы можете с таким же успехом попробовать. В сущности, мы способны выдержать все, что угодно. А всякая перемена полезна. Так, по крайней мере, считается.

Но Нарцисса этому не верила. «Я никогда не выйду замуж, — говорила она себе. — Мужчины… Позволить мужчинам войти в твою жизнь — это и есть источник всех бед. И если я не могла удержать Хореса, при всей моей любви к нему…» Баярд спал. Она взяла книгу и стала читать про себя о нелепых людях в нелепом мире, где все происходит так, как тому следует быть. Тени вытянулись к востоку. Она все читала и читала, забыв об изменчивости всего на свете.

Потом Баярд проснулся, и она подала ему папиросу и спичку.

— Вам недолго осталось это делать, — сказал он. — Я думаю, вы об этом жалеете.

Он хотел сказать, что завтра ему снимут гипс, и он лежал, курил папиросу и говорил о том, чем займется, когда встанет. Прежде всего отдаст в ремонт автомобиль — наверное, придется отправить его в Мемфис. А пока автомобиль будет в мастерской, они втроем — мисс Дженни, Нарцисса и он — поедут путешествовать.

— Это займет примерно неделю, — добавил он. — Автомобиль, наверное, в плачевном состоянии. Надеюсь, хоть внутри все цело.

— Но теперь вы больше не будете ездить с такой скоростью, — напомнила Нарцисса. Он лежал молча, с зажженной папиросой в руке. — Вы ведь обещали.

— Когда я это обещал?

— Разве вы не помните? Тогда… в тот вечер, когда они были…

— Когда я вас напугал?

Она сидела, с тревогой глядя на него своими серьезными грустными глазами.

— Подите сюда, — сказал он.

Она встала, подошла к кровати, и он взял ее за руку.

— Вы больше не будете ездить с такой скоростью? — настаивала она.

— Не буду, — отвечал он. — Обещаю вам.

Они молчали, и рука Нарциссы лежала в его руке. Легкий ветерок раздувал занавески, и листья на ветке за окном поблескивали, трепетали и что-то шептали друг другу. Солнце клонилось к закату. Когда оно зайдет, ветерок утихнет. Баярд пошевелился.

— Нарцисса, — сказал он. Она взглянула на него. — Наклонитесь ко мне.

Она отвела глаза, и некоторое время оба не шевелились и не говорили ни слова.

— Мне пора, — спокойно сказала она наконец и высвободила свою руку.

Гипс сняли, и Баярд снова встал на ноги, но хотя он двигался еще с некоторой опаской, мисс Дженни уже начала с тревогой на него поглядывать.

— Как бы это нам устроить, чтоб он каждый месяц ломал себе какую-нибудь второстепенную кость и сидел по этому случаю дома…

— В этом нет надобности. Он теперь будет вести себя иначе, — сказала Нарцисса.

— А вы почем знаете? С чего вы это взяли? — полюбопытствовала мисс Дженни.

— Он обещал.

— Он обещает что угодно, пока не может встать, — возразила мисс Дженни. — Все они обещают и всегда обещали. Но почему вы решили, что он сдержит слово?

— Он мне обещал, — безмятежно отозвалась Нарцисса.

Первым делом он занялся автомобилем. Автомобиль притащили на буксире в город, кое-как залатали, и теперь он мог идти своим ходом, но нужно было отправить его в Мемфис, чтобы выпрямить раму и отремонтировать кузов. Баярд — хотя ребра у него только-только успели срастись — твердил, что поедет сам, но мисс Дженни решительно этому воспротивилась, и после получасовой бури он сдался. Автомобиль отвел в Мемфис молодой парень, работавший в одном из городских гаражей.

— Если тебе надо туда съездить, Нарцисса отвезет тебя в своем автомобиле, — сказала Баярду мисс Дженни.

— В этой консервной банке? — с презрением заявил Баярд. — Да ведь она больше двадцати одной мили в час не ходит.

— Слава богу, что не ходит, — отвечала мисс Дженни. — Я уже написала в Мемфис — пусть сделают так, чтобы и твой быстрей не ходил.

Баярд мрачно, без тени юмора на нее посмотрел.

— Неужели ты сделала такую пакость?

— Ах, увезите его, Нарцисса! — воскликнула мисс Дженни. — Уберите его с глаз моих Мне так надоело на тебя смотреть!

Вначале Баярд ни за что не хотел ездить в автомобиле Нарциссы. Он не упускал случая отозваться о нем с шутливым пренебрежением и упорно отказывался в него сесть. Доктор Олфорд наложил, ему на грудь плотную эластичную повязку, чтобы он мог кататься верхом, но у него появилась поразительная склонность к домоседству, когда в дом приезжала Нарцисса. А Нарцисса приезжала довольно часто. Мисс Дженни реши-? ла, что она бывает у них ради Баярда, и однажды без обиняков ее об этом спросила. В ответ Нарцисса рассказала ей про Хореса и Белл.

— Бедняжка! — сказала мисс Дженни, сидя, как всегда, прямо на жестком стуле возле рояля — Нет, что за идиоты эти мужчины! Вы правы, я бы тоже ни за кого из них замуж не вышла.

— Я и не собираюсь, — отозвалась Нарцисса. — Я бы предпочла, чтоб их вообще не было на свете.

— Хм, — сказала мисс Дженни.

А потом, однажды под вечер, они ехали в автомобиле, и хотя Нарцисса вначале протестовала, Баярд сидел за рулем. Впрочем, вел он себя вполне благоразумно, и в конце концов она успокоилась. Они проехали долину, свернули в холмы, и она спросила, куда он едет, но он ничего определенного не ответил. Она спокойно сидела рядом с ним, глядя на дорогу, которая длинными виражами поднималась вверх между сосен, вырисовывавшихся темными силуэтами в косых лучах заходящего солнца.

Дорога продолжала идти вверх, и за каждым поворотом открывались то солнечные просторы долины, то холмы, и повсюду стояли мрачные сосны и веяло тонким бодрящим запахом смолы. Вскоре они въехали па вершину холма, и Баярд замедлил ход. Отсюда дорога резко спускалась вниз, потом шла ровно к полосе ивняка, пересекала каменный мостик и снова поднималась, рыжеватой дугою исчезая среди темных сосен.

— Вот это место, — сказал он.

— Это место? — рассеянно повторила Нарцисса, но тут автомобиль покатился вниз, набирая скорость, она пришла в себя и поняла, что он хотел сказать.

— Вы же обещали! — воскликнула она, но Баярд дал полный газ, и она, схватив его за руку, хотела крикнуть, но не могла издать ни звука, не могла даже закрыть глаза, чтобы не видеть, как узкий мостик стремительно