Счастливые сестры Тосканы - Лори Спилман

Когда десять лет назад я описывала Мэтту фамильное проклятие семейства Фонтана, то сравнила его с черной полосой, которая наступила у бейсбольной команды. Фанаты понятия не имеют, когда она закончится, если вообще закончится, но не перестают с азартом следить за игрой.

Точно так же и с проклятием. Кто-то из моих родственников, подобно тете Кэрол, воспринимает его как вызов и намерен сражаться. Другие, вроде бабушки Розы, смиренно принимают его. Попадаются скептики – я, например, – которые готовы поклясться, что все это простое совпадение. Но есть в нашей семье одна нить, которая связывает все лоскуты фамильного одеяла Фонтана. Всем родителям хочется, чтобы именно их младшая дочь вышла замуж и разрушила злые чары. И ведь были попытки, которые почти удались. Так, сестра моей прапрабабушки – уж не помню, как ее звали, – заразилась оспой и умерла всего за три дня до венчания. Или, скажем, бедняжка Оливия: она ведь тоже готовилась к свадьбе, но потом оказалось, что ее жених – священник, давно женат и имеет шестерых детей. Теперь наступил черед нашего поколения. Мы должны победить проклятие. И здесь большие надежды возлагаются на Люси – молодую и красивую. Лучана, можно сказать, в этом деле фаворит: она ведь на целых восемь лет моложе меня.

Солнце клонится к закату, тени наползают на парикмахерскую дяди Дольфи. Я обхожу дом и поднимаюсь по знакомым ступенькам. Бабушкиного брата я навещаю каждый день, но к его сыну и моему дяде Винни, который живет в квартире по соседству, не заходила уже три недели. Стучу в металлическую дверь и надеюсь, что мой стук услышат сквозь грохот музыки: внутри звучит баллада в исполнении Эда Ширана.

– Люси! Тетя Кэрол! Кармелла! – кричу я сквозь сетку. – Есть кто дома?

Я уже готова постучать снова, и тут из-за угла появляется Люси. Она на ходу поправляет лямку бюстгальтера. Сколько ее ни вижу, у нее всегда другой цвет волос. Сегодня она платиновая блондинка. На губах Люси играет слабая улыбка, которую можно было бы назвать похотливой, но как только кузина меня замечает, сразу становится серьезной.

– Эмми? Ты что здесь делаешь? – Люси вытягивает шею, чтобы осмотреть улицу. – Кармеллы дома нет. Мама разносит заказы клиентам. Приходи завтра.

Моя тетя Кэрол занимается продажей косметики «Эйвон» и считает, что оставлять товар на крыльце непрофессионально. Даже один-единственный пузырек лака для ногтей она все равно предпочитает вручать лично. Ну и разумеется, благодарные покупательницы угощают ее чашечкой кофе, к которой прилагается печенье или кусок пирога. В результате с тех пор, как тетя начала распространять продукцию «Эйвон», она поправилась на тридцать фунтов, но зато собрала все слухи от Кони-Айленда до Бей-Риджа.

– Я пришла к тебе, Люси. Мы можем поговорить? Есть свободная минутка?

Лучана бросает взгляд на экран телефона, который держит в руке, и открывает дверь.

– Ну, одна минутка у меня найдется. – Я вхожу в дом, а она снова оглядывает улицу из конца в конец. – Но не больше. Вообще-то, я жду кое-кого на ужин.

Я с трудом сдерживаю улыбку. Моя кузина – в красном эластичном комбинезоне, с подведенными черной тушью глазами – точно настроилась на свидание.

Маленькая гостиная, которая годами служила местом для празднования крестин, первого причастия или окончания школы, как всегда, в идеальном порядке. Согласно правилу тети Кэрол, хуже неприбранного дома только женщина без губной помады. Из кухни выплывает аромат жареного цыпленка. У меня просто слюнки текут. В соседней комнате накрыт стол на двоих: в центре ваза с гортензиями, а по бокам две мерцающие свечи.

– Ты пришла по делу или просто поглазеть? Повторяю: у меня нет времени, – говорит Люси.

Я улыбаюсь. Были времена, когда моя острая на язычок кузина могла больно меня уколоть, но с годами я поняла, что ее иглы направлены на тех, кого она любит больше всех других.

– Исчезну, как только появится твой друг. Обещаю. Просто выслушай. У меня к тебе предложение. – Я делаю глубокий вдох и продолжаю: – Как ты смотришь на то, чтобы отправиться в Италию? По системе «Все включено».

Люси часто моргает:

– В Италию? С тобой?

– И с тетей Поппи. – (Люси давится от смеха.) – Что тебя так развеселило?

Кузина вертится вокруг своей оси и приподнимает рукой волосы:

– Как я тебе в образе платиновой блондинки?

– Потрясающе! – отвечаю я и отвожу глаза, чтобы не ослепнуть; для меня остается загадкой, почему Лучана так старательно скрывает свой натуральный черный цвет. – Мы полетим где-то в середине октября. – Я быстренько описываю нашу тетю и вкратце пересказываю ее историю жизни в Треспиано.

Люси демонстративно зевает, а потом изображает, будто храпит во сне.

– То есть ты предлагаешь мне полететь в Италию со скучной старушенцией, которая уже одной ногой в могиле?

Я мгновенно встаю на защиту тети:

– «Скучная» – это последнее слово, которое к ней подходит.

– Я говорю не про тетю Поппи.

Я трясу головой:

– Очень смешно. Ну же, Люси, соглашайся: это будет здо́рово. И Поппи тебе понравится. Мне показалось, что она… экстраординарная личность. Правда.

– Экстраординарная чокнутая. – Люси снова бросает взгляд на дисплей. – А Роза тебя отпустит?

– Бабушка не станет возражать. – Я поглаживаю шрам под губой и молю Бога, чтобы так оно и было. – Люси, неужели тебе не хочется побывать в Европе? Это же просто здорово!

Люси хмыкает, опять смотрит на телефон и плюхается на диван:

– По мне, так в Вегасе круче. Ладно, изложи подробнее. И сядь уже.

Я сажусь на диван, покрытый одним из покрывал, которое связала тетя Кэрол, – сегодня это плед оранжево-желтой расцветки – и пересказываю свой разговор с тетей Поппи.

– Она хочет, чтобы мы с тобой полетели с ней в Италию и все вместе отметили бы там ее восьмидесятилетие. Кроме нас, у нее никого нет. Поппи… она ведь тоже младшая дочь в семье.

Люси передергивает плечами. Обсуждать эту тему у Фонтана не принято. А потом заявляет:

– Вот именно. Если не хочешь повторить ее судьбу, то пора уже призадуматься. Ты только посмотри на это безобразие! – Она хмурится и тычет пальцем в мой свитер. – В каком секонд-хенде ты это откопала? Или снова совершила набег на шкаф бабушки? Я бы ни за какие коврижки такое убожество не нацепила. – Люси начинает напевать свою версию сингла «I’m Too Sexy» группы Right Said Fred. – Я слишком секси для такого кардигана, ведь это кардиган моей бабульки.