29 - Адена Хэлперн

Как бы обходительна и мила она ни была, она пожалела меня из-за возраста, и это меня уязвило. Я ушла из салона и больше там не появлялась. Какое-то время я даже по улице, на которой он находится, избегала ходить. Меня преследовала мысль, что они, наверное, смеялись надо мной после моего ухода. С какой стати старая вешалка, вся в морщинах (ну да, старая вешалка, делавшая подтяжку лица и коловшая ботокс и рестилайн), вдруг решится на кислородную терапию? А еще мне было жаль. Терапия мне понравилась.

С тех пор я ходила только к своему косметологу в пригороде. У них там очень мило. Удобные диваны, нежно-розовые стены, а Шейлу, косметолога, я уже много лет знаю. Я даже другого парикмахера не пыталась найти. На моей улице есть пара салонов, но, на мой взгляд, какие-то они слишком навороченные. Как-то раз я заглянула в окно одного из них – думала, может, хоть укладку сделаю. Так они даже не сажают клиентов в нормальные кресла. Все сидят на табуретках! Можете себе представить? Разумеется, никто старше пятидесяти туда не ходит. Чья спина выдержит, если так долго сидеть на стуле без спинки?

– Думаю, тебя нужно постричь каскадом, в несколько слоев, – сказала Люси, когда мы вышли из дома.

– Ох, Люси, я не хочу ничего чересчур экстравагантного.

С этими словами я достала из сумки свой складной зонтик: солнце-то вовсю светило.

– Ба. – Люси засмеялась и уставилась на зонт. – Зачем тебе сегодня старушечий зонт? Ты же в платье «Элли Джером»! Никто тебя и не увидит, если спрячешься за этой уродливой штуковиной.

– Ты права, дорогая моя воображуля. – И я со смехом протянула зонтик ей. – Мне он сегодня не понадобится, а вот тебе – да! Пора тебе уже начать заботиться о своей коже. Поверь, Люси, ты еще спасибо мне скажешь в старости. Кстати, если уж на то пошло, раз это всего на один день, я не прочь позагорать – я этого уже столько лет не делала. Люси, добавь это в наш список на сегодня.

Люси вынула список, который мы с ней составили.

– И куда же ты хочешь впихнуть солнечные ванны: перед эпиляцией зоны бикини или после примерки стрингов?

– После стрингов. Мой зад уже пятьдесят лет солнца не видел, так что как знать? – Я легонько поддела ее локтем и засмеялась, но она не поддержала.

– Может, ты еще хочешь, чтобы тебя арестовали? Этого с тобой тоже никогда не случалось.

– Зануда. – Я улыбнулась Люси, а она взяла меня под руку.

И тут мы увидели, как к нам направляется Гершель Нил.

– О черт, а вот и Гершель, – прошептала я Люси.

– Здравствуйте, Люси, – поздоровался он и протянул руку.

– Здравствуйте, мистер Нил. Как ваше здоровье? – Она протянула руку в ответ, и он мягко ее пожал.

– Отлично. Как прошел день рождения вашей бабушки?

– Было очень мило. – Она повернулась ко мне. – Гершель, это моя сестра Элли, э-э, Мишель, э-э, Элли-Мишель, из Чикаго.

– О да, разумеется! – Он с улыбкой пожал мне руку. – Вы практически близнецы. Очень рад познакомиться. Элли-Мишель – какое интересное имя. Полагаю, вас назвали в честь бабушки?

– Да. – Я улыбнулась, но больше ничего не сказала.

Я и в старости-то выносить его не могла, а теперь, когда ко мне вернулась молодость, Гершель был последним человеком, с которым я бы хотела разговаривать.

– Кстати, очень славное платье у вас, Элли-Мишель.

Я опустила глаза и поправила платье.

– Спасибо, – сказала я, едва улыбаясь.

– Передавайте бабушке от меня горячий привет, – повернулся он к Люси.

– Обязательно.

Когда мы оставили его позади, Люси шепнула:

– Гершель Нил передает привет.

– Спасибо, – хмыкнула я.

– Не понимаю, что тебя в нем не устраивает. Он симпатичный.

– Я тебя умоляю. – Я обернулась и посмотрела в спину Гершелю. – На улице сорокаградусная жара, а он в пиджаке. И не помню, чтобы я вообще когда-либо видела его без пиджака.

– Уж кто бы говорил – ты-то сама чопорность!

– Я только хочу сказать, что было бы мило, если бы он одевался попроще. Он такой надутый.

– Он тебе нравится, – поддразнила меня Люси.

– Да ладно тебе. – Я махнула рукой.

– Правда-правда, нравится. – Она все подзадоривала меня.

– Мне нравятся его знаки внимания, но я тебе уже говорила, мне не нужен еще один старик, который будет указывать, что мне делать.

– С чего ты взяла, что он будет тебе указывать?

– Поверь мне, уж я-то знаю. Все мужчины моего поколения такие. Ты ведь знаешь, кто ему подошел бы гораздо больше?

– Кто?

– Фрида. Они оба такие закрытые, такие застегнутые на все пуговицы, что им, может, не повредило бы немного распоясаться, ну, ты понимаешь, о чем я. – Я расхохоталась. – Боже мой, вот была бы сказка, если бы Фрида начала с кем-то встречаться. Нет, я ни за что не соглашусь пойти на свидание с этим человеком, никогда.

– Ты все новое воспринимаешь в штыки.

– Тема закрыта. И я права.

– Отлично, – вздохнула Люси.

– О, и еще одно – давай наконец определимся, как же меня зовут. Элли или Мишель? Элли-Мишель звучит дико.

– Ну, думаю, если мы еще раз столкнемся с Фридой, твое имя будет Мишель. Но нам придется звать тебя Элли, вдруг тебе надо будет расплатиться кредиткой. А что, если они попросят удостоверение личности?

– Здраво мыслишь, – поддержала я. – В кого ты такая умная?

– Это у меня наследственное, – улыбнулась Люси, и мы пошли дальше рука об руку.

Будь я в своем настоящем возрасте, я бы в жизни не сунулась в тот салон, куда привела меня Люси. Сегодня, однако, совсем другое дело: именно таких, как я, они и желали видеть в своей лавочке. Мы прошли прямиком к стойке администратора, похожей на космический корабль (не хочу показаться грубой, но, судя по прическе девушки-администратора, она тоже прилетела из космоса; я лишь понадеялась, что со мной ничего такого не сотворят).

– Вот, значит, что мне нужно, – сказала я стилисту Люси по имени Сычуань (Сычуань! Только у стилиста может быть такое имя, и только в подобном салоне. Сегодня, впрочем, я все принимала как есть).

– Ей нужно что-нибудь сексуальное, – перебила меня Люси.

– Мне нужно женственно-сексуальное, – поправила я.

– Ей нужно, чтобы было стильно, – уточнила Люси.

– Да-да. – Я воодушевилась. – Хочу выглядеть самой сексуальной, самой женственной и самой стильной женщиной, которая когда-либо выходила из дверей этого салона.

– Понял, – кивнул Сычуань. – Так и сделаем. Сначала затемним ваш натуральный цвет, слишком уж он неинтересный. Потом высветлим отдельные пряди. Потом подрежем. Совсем коротко стричь не хочу, но у вас великолепные, правильные черты лица, совсем как у вашей сестры, так что небольшая «лесенка» у лба вам пойдет.