Герой ее романа - Олег Рой

Телефон зазвонил в тот момент, когда Алина, поблагодарив сотрудников магазина и распрощавшись с Жанной, садилась в свою «Ауди». На экране высветилось имя «Георг». Сердце Алины сразу бешено застучало, а все мысли о прекрасном незнакомце, оказавшемся любителем малолеток, тут же вылетели из головы.

– Алло? – нежно пропела она в трубку.

– Алина, вы уже в Москве? – произнес голос, от звука которого сразу побежали мурашки по коже. – По моим расчетам, вы должны были вернуться сегодня, я ведь не ошибся?

– Не ошиблись, – уверила она. – Я прилетела сегодня и уже успела побывать на встрече с читателями.

– Вы освободились? Тогда, может быть, мы поужинаем вместе? Признаюсь, я собирался подождать с этим предложением до завтра, но так захотел вас увидеть, что не выдержал и позвонил сегодня…

Алина и сама не собиралась сегодня никуда ехать. Все-таки когда на один день приходятся перелет Токио – Москва, встреча с читателями и свидание – это многовато… Но разве можно отказать человеку с таким голосом?

– Я с удовольствием! – тут же воскликнула она. – Когда и где мы встречаемся?

* * *

При встрече Георг ничего не сказал о ее новом имидже, и теперь, сидя за столиком и глядя на него, Алина пыталась догадаться о реакции по его лицу, но это не получилось. Георг, как и в прошлый раз, лучезарно улыбался ей, и Алина просто таяла от его улыбки. Однако же засевший где-то внутри червячок любопытства никак не хотел успокаиваться, все точил и точил изнутри. И, в конце концов, когда им уже подали горячее, а первая волна рассказов о поездке в Японию поиссякла, она не выдержала.

– Кстати, как вам мой новый имидж? – поинтересовалась она совершенно нейтральным тоном, но внутри все неприятно похолодело от волнения. – Кроме всего прочего, я успела посетить в Токио местный салон красоты и…

Георг ответил не сразу.

– Очень… – он снова на некоторое время замолчал, явно подбирая слово. – Смело.

– Вам не нравится? – огорчилась Алина.

Георг ласково дотронулся до ее руки.

– Вы не можете мне не понравиться, как бы вы ни выглядели, – заверил он, и от этих слов Алина совсем сникла. Потому что хоть они и прозвучали как комплимент, но, по сути, означали негативную оценку.

Алине казалось, что она вообще не подала виду, что огорчилась. Однако Георг явно это почувствовал и тут же продолжил:

– Наверное, то, что я сейчас скажу, очень преждевременно… И может быть, я слишком спешу, но… Скажите, Алина у вас бывает так, что вы встречаете человека, видите его первый раз, но так чувствуете себя с ним, будто давно и хорошо его знаете? И даже не просто знаете, а как будто это очень близкий вам, очень родной человек… Случалось у вас такое?

– Да, – кивнула Алина, сразу ощутив, как запылали щеки.

– А у меня раньше никогда не бывало, – Георг, забыв о еде, выразительно глядел ей прямо в глаза. – И вдруг случилось. Тогда, на телевидении, едва я только вас увидел… Знаете, я сам до сих пор не могу понять, что меня привело на эти съемки. Директор канала мой друг, и он часто приглашает меня на что-то подобное, но раньше я всегда отказывался, мне не казалось это интересным. А в тот раз вдруг подумал: «Почему бы и нет?» И согласился. Как будто уже предчувствовал, что встречу там вас…

Алина слушала его слова, и ей казалось, что зал ресторана плывет вокруг нее, словно кружась в танце. Так иногда делают в фильмах – вращают камеру вокруг пары влюбленных, и зритель сразу понимает, что герои чувствуют себя так, словно одни в этом мире, и голова у них кружится от любви. Но, оказывается, такое бывает не только в кино.

– Должен признаться, что тогда, на банкете, я обманул вас, – продолжал Георг. – До встречи с вами я не прочел ни одной из ваших книг, хотя, конечно, много раз их видел: и на полках в книжных магазинах, и в руках у знакомых и незнакомых женщин. Но я их не читал. Не подумайте плохого, но просто женский роман – совсем не мой жанр, я предпочитаю зарубежную классику. Но наша встреча произвела на меня такое сильное впечатление, что, улетая домой, я купил в киоске аэропорта несколько ваших книг и за время поездки прочел их все.

– Неужели? – приятно удивилась Алина. Ей невольно вспомнились те томительные дни после их знакомства, когда она не могла думать ни о чем другом, кроме того, что позвонит ли ей Георг. А он в это время, оказывается, читал ее книги… Узнать такое ей было лестно – и как писателю, и как женщине. – И какое они произвели на вас впечатление?

– Книги мне понравились, – откликнулся Георг. – Но еще больше понравился их автор. Вам ведь наверняка много раз говорили, что вы сами, как личность, присутствуете в каждом своем романе? Даже несмотря на то, что никогда не пишете от первого лица, не даете никаких оценок событиям и персонажам. Но вы все равно постоянно находитесь рядом со своими героями, и читатель не может не почувствовать это. В каждом вашем произведении, помимо основных персонажей, есть еще один незримый герой – автор. И он пришелся мне по душе гораздо больше других героев и героинь. По вашим книгам легко представит себе вас как человека.

– И что я, по-вашему, за человек? – осведомилась Алина, отправляя в рот маслинку. Она очень постаралась, чтобы ее вопрос прозвучал шутливо и, может быть, слегка кокетливо. Однако лицо Георга было абсолютно серьезно.

– По-моему, вы удивительный человек, – отвечал он. – Вы умны и отлично образованны, но не кичитесь этим, как многие нынешние деятели искусства. Вы очень добрый человек, вы не просто искренне сопереживаете всем, кому тяжело, но и готовы помогать им, чем только можете. И еще вы очень женственны и немного несовременны – исключительно в хорошем смысле этого слова. Вы словно пришли в наш мир из другой эпохи. Прекрасной эпохи, когда женщины были не циничными, грубыми и независимыми, а скромными, добрыми, нежными и слабыми. И эта слабость вдохновляла мужчин на подвиги.

Чем больше он говорил, тем сильнее Алина розовела от смущения и удовольствия, так что к финалу монолога Георга она уже сделалась совершенно пунцовой.

– Вы всегда так красиво говорите… – пролепетала она. – Вам самому впору быть писателем или поэтом. Сочинять стихи или что-нибудь в этом духе…

– Я ничего не сочиняю, – Георг положил ладонь на ее лежащую на столе руку, и по всему телу Алины снова побежали мурашки. – Я все это чувствую, вижу в вас.

– Но вы же меня совсем не знаете, – в этот раз у Алины и в мыслях не было отвести руку. – Вы видите меня всего второй раз в жизни.

– Но я надеюсь, мы очень скоро это исправим, правда? – улыбнулся Георг и снова так выразительно взглянул ей в глаза, что Алина готова была забыть обо всем на свете.

После встречи с Георгом ее настолько переполняли эмоции, что она оказалась не в силах поехать домой. И, несмотря на поздний час, помчалась не к себе, а к Кире. Та не то что не возражала, а была только рада – Кира очень любила и часто повторяла фразу Михаила Светлова, уверявшего, что «дружба – понятие круглосуточное».