Кирпичи 2.0 - Данияр Сугралинов

В воскресенье, закончив накачивать себя антитабачной пропагандой, затеял дома генеральную уборку. Начал с перебора старой одежды.

Нашел футболки, купленные еще в институте; рубашку без пуговиц – то ли бурная ночь, то ли пьяные разборки со мной в роли жертвы; а еще ремень без пряжки и плавки для уроков физкультуры в бассейне института.

Долго перебирал старые мужские журналы и журналы о компьютерных играх, потом плюнул и тоже добавил в груду мусора. Выкинуть старые диски с играми было еще проще.

Собрал барахло в большой полиэтиленовый мешок, найденный на балконе, взвалил на плечо и пошел выкидывать.

Критически оглядел обшарпанную входную дверь, отметил, что давно пора сделать ремонт, а то даже привести девушку стыдно. Подумав, подхватил древний дырявый входной коврик и закинул к остальному мусору.

В подъезде было грязно. Исписанные стены, потолок в черных пятнах с уродливо загнутыми прилипшими обгоревшими спичками, в углу стыдливо темнела лужа. Пахло мочой. Жильцы перестали следить за чистотой и порядком после неудавшейся акции с заменой подъездной двери на металлическую с кодовым замком.

Местные хулиганы успешно замок сломали, а на самой двери написали три буквы. Это значило: ставьте замки – не ставьте, убирайтесь в подъезде – не убирайтесь, все равно будет по-нашему. После этого даже Артур, первым ратовавший за независимость подъезда от вандалов, разочаровался и плюнул на идею привести все в порядок.

Мысль успешно воплощал в жизнь спавший на нижней площадке бомж. В прошлой жизни этот уважаемый человек точно был интеллигентом: лежал он так, чтобы никому не загораживать проход, а под головой у него темнела обложка томика Булгакова.

Спускаясь, встретил Васю. Я, вспомнив последний инцидент, напрягся было, но он сделал вид, что не заметил меня, и попытался прошмыгнуть мимо.

– Василий, тебя здороваться не учили? – психанул я на ровном месте. Уже хотелось курить.

– Ну, здорово, сосед, – недружелюбно ответил Вася. – Куда направляешься?

– Мусор выкидывать, – сказал я, зачем-то приоткрыв мешок, видимо, чтобы цель моего направления стала очевидной.

– Сосед, ты что, совсем? – удивленно спросил Вася, заглянув внутрь. – Вещи-то новые, а ты выкидывать. О, журналы еще, а это что? Диски? Музыка?

– Игры. Для компьютера.

– И ты все выкидывать собрался? – искренне удивился Вася.

– А что с ними делать? Старье, только на свалку.

– Мне отдай!

– Забирай, – с радостью согласился я.

До мусорки далековато, а предложение Васи упрощало задачу и экономило время.

– С обновкой, что ли, сосед? – не удержался я.

Вася перехватил мешок, как-то косо посмотрел на меня, хотел что-то ответить, но сдержался, сухо попрощался и пошел к себе. Даже спасибо не сказал.

Тут я вспомнил про старые плавки, и мне стало неприятно при мысли о том, что их увидит кто-то еще:

– Вась, постой!

– Чего еще? – остановился он.

– Забыл кое-что.

Я вытащил память об уроках физкультуры, положил в карман куртки и пошел вниз. Выйдя на улицу, спохватился, что спускаться-то нужды уже нет, но решил прогуляться.

У подъезда снова стоял чей-то мусорный пакет. Я хмыкнул, схватил пакет и понес к мусорным бакам. «И прогуляюсь, и доброе дело сделаю, заодно и плавки выкину», – подумал я.

По дороге решил позвонить Михе:

– Привет!

– Здорово, старик! Ты живой? Я звонил вчера…

– Да я весь день продрых, а потом так плохо себя чувствовал, что даже перезванивать не стал. Сегодня уже в норме, а ты как?

– Вчера очень хотелось выпить не пьянки ради. Затем и звонил, думал: может, посидим где-нибудь по бокалу чего-нибудь… А сегодня… Какие планы на вечер? Может, встретимся, Левона вытянем?

– Сегодня… – я задумался.

Мне очень захотелось снова встретиться с ребятами. А что? Посидим, выпьем немного пива, может, покурим, а с понедельника – все, новая жизнь!