Том 2. Дьяволиада. Роковые яйца. Собачье сердце. Рассказы. Фельетоны - Михаил Афанасьевич Булгаков

11

...подал заявление об утверждении моей новой фамилии — Соцвосский. — От аббревиатуры «соцвос» (социалистическое воспитание).

12

...Генриетта Потаповна Персимфанс. — Использована устойчивая аббревиатура «персимфанс» (первый симфонический ансамбль без дирижера; существовал с 1922 по 1923 г.).

13

Прекрасную атласную мебель Луи Каторз... — Обыгрывается диссонансность современного учрежденческого быта (лифты, пишущие машинки, сам небоскреб с коридорами-лабиринтами) образу стиля мебели зрелого барокко (Людовика XIV) с его роскошью, избыточностью декорировки, изысканной бело-золотой гаммой обивки.

14

Может быть, я Гогенцоллерн. — Герой саркастически сообщает, что он — принц, живущий инкогнито (некоторые представители немецкого княжеского рода Гогенцоллернов, отказавшись от владений, удалились в частную жизнь).

15

...учредил в эмеритурной кассе... — Эмеритура (от лат. emeritus — заслуженный) — в дореволюционной России денежное пособие, выдававшееся уволенным в отставку государственным служащим из сумм кассы, средства которой составлялись из обязательных отчислений от их жалованья.

16

Парфорсное кино — от фр. parforce — силой. Буквально — колючий ошейник для охотничьих и служебных собак. Парфорсная охота — это охота с гончими на зверя. В контексте повести — «гон» Короткова, оканчивающийся гибелью героя.

17

Куррикулюм витэ профессора Персикова. — Curriculum vitae (лат.) — жизненный путь.

18

...профессор зоологии... Персиков... — В. Катаев в книге «Святой колодец. Трава забвенья» рассказывает об эпизоде, которому он был свидетелем. Булгаков обратился к Маяковскому с вопросом, какую «явно профессорскую» фамилию дать персонажу сатирической повести. Маяковский мгновенно ответил: «Тимерзяев». Булгаков поблагодарил, но фамилию профессору «Роковых яиц» дал иную. Возможна параллель между фамилиями Персиков — и Абрикосов (наблюдение Б. С. Мягкова). А. И. Абрикосов, профессор-патологоанатом, работал в клинике МГУ в здании Зоологического музея.

Л. Е. Белозерская-Булгакова в книге «О, мед воспоминаний» сообщает, что, «описывая наружность и некоторые повадки профессора Персикова, М. А. отталкивался от образа живого человека, родственника моего, Евгения Никитича Тарновского» (профессора-статистика. — В. Г.). М. О. Чудакова, опираясь на воспоминания Н. А. Северцовой, дочери крупного профессора-зоолога А. Н. Северцева, полагает, что прототипом был именно он (см. подробнее о прототипической основе повести в кн.: Чудакова М. Жизнеописание Михаила Булгакова. С. 309–310).

Дать писателю материал для претворения в художественный образ могли и два, и более реально существовавших людей, но представляется, что наиболее ярко и полно общие характерологические черты круга естественнонаучной профессуры, сформировавшейся до революции, воплотил в себе академик И. П. Павлов. Будучи вхож в профессорские круги, Булгаков не мог не знать об этой популярнейшей личности.

19

Джиакомо Бартоломео Беккари. — Использовано имя итальянского физика и медика XVII–XVIII вв. Булгаков переносит его в XX в., делая «коллегой» московского ученого.

20

...рядом с темной и грузной шапкой храма Христа... — Пятиглавый собор с позолоченным куполом был построен в память Отечественной войны 1812 г. в 1838–1883 гг. (проект архитектора К. А. Тона). Снесен в 1931 г.

21

«Альказар» — ресторан на Остоженке.

22

Глава III. Персиков поймал. — Фабульный скелет повести явственно перекликается с уэллсовской «Пищей богов» (что отмечалось еще В. Шкловским: Закрытие сезона. Михаил Булгаков. — Наша газета. 1926. 30 мая). Резкое увеличение живых организмов под воздействием «пищи» (у Уэллса) и «луча жизни» (у Булгакова); появление громадных кур, уничтожение гигантскими новыми организмами жертв, среди которых есть и человеческие, и проч. Предвидя возможные параллели, Булгаков вводит упоминание об уэллсовской повести в текст «Роковых яиц» («Вы помните его «Пищу богов»?»). В. Шкловскому будто ответил рецензент «Нового мира» Л-в (1925. № 6): «Булгаков стоит особняком в нашей сегодняшней литературе, его не с кем сравнить. Разложить его творчество на составные элементы — фантастика, фельетон, сюжетность — нетрудно. Нетрудно проследить и его генеалогию. Но ведь от упоминания имени его прародителя Уэллса, как склонны сейчас делать многие, литературное лицо Булгакова нисколько не проясняется. И какой же это, в самом деле, Уэллс, когда здесь та же смелость вымысла сопровождается совершенно иными атрибутами? Сходство чисто внешнее...»

23

«Альфред Аркадьевич Бронский. Сотрудник московских журналов...» — Одним из прототипов Бронского (по-видимому, в момент создания повести — легко узнаваемым), очевидно, послужил брат В. Катаева Евг. Петров. В «Роковых яйцах» описан «молодой человек с гладко выбритым маслянистым лицом», «вечно поднятыми бровями и агатовыми глазками», одетый «совершенно безукоризненно и модно», в котором есть даже «что-то американское», «сотрудник многочисленных сатирических изданий, включая «Красный ворон», издания ГПУ». Убедительные биографические и физиономические параллели отыскиваются в мемуарной прозе В. Катаева (см. «Алмазный мой венец»), напр.: «У него (брата. — В. Г.) были... китайские глазки. Будучи еще почти совсем мальчишкой, он служил в уездном уголовном розыске... Остался один, не успев окончить даже гимназии». (И в повести Бронский сообщает, что ошибки ему «Валентин Петрович исправляет», отсылка к В. П. Катаеву прозрачна). Далее, приехав к старшему брату в Москву и располагая «отличными рекомендациями» уездного уголовного розыска, он «устроился на службу надзирателем в Бутырской тюрьме». Катаев продолжает: «Брат оказался мальчиком сообразительным и старательным, так что месяца через два, облазив редакции всех юмористических журналов Москвы, веселый, общительный и обаятельный, он стал очень прилично зарабатывать, не отказываясь ни от каких жанров... наведывался в «Гудок», отлично оделся... брился и стригся в парикмахерской...»

24

...«Красный огонек», «Красный перец», «Красный журнал», «Красный прожектор»... «Красный ворон», издания ГПУ. — Названия журналов (и одной газеты) воспроизводят существовавшие издания. «Красный огонек» — еженедельный литературно-художественный журнал для чтения (Пг.: Светоч, 1918); «Красный перец» — журнал сатиры и юмора (М.: Московский рабочий, 1922–1926); двухнедельный иллюстрированный «Красный журнал» выходил в Москве в 1924–1925 гг.; издания «Красный прожектор» в действительности не было — выходил «Прожектор», иллюстративный литературно-художественный и сатирический журнал» (М.: Правда, 1923–1925, под ред. Н. Бухарина и А. Воронского); был и «Красный ворон», но издавал его, в 1922–1924 гг., Петросовет рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, это было еженедельное сатирическое приложение к «Красной газете», выходившей в Ленинграде в 1922–1924 гг.