Исчезнувшие близнецы - Рональд Х. Бэлсон

– Наверное, стоит начать с самого начала и объяснить вам, откуда я знаю этих детей. Я урожденная Лена Шейнман из польского городка Хшанув. Это на юго-запад от Кракова, в провинции Силезия. Подростком…

Кэтрин подняла руку:

– Хшанув? Это недалеко от Замосца?

– Нет, там родился Бен. Chrzanów произносится как Хшанув. В другом конце Польши, на границе с Чехословакией.

Кэтрин взглянула на Лиама:

– Мне кажется, мы уже плыли в этой лодке. Это задание относит нас к тому, что случилось во время холокоста? Именно поэтому вы нас искали? Из-за Бена Соломона? То есть я имею в виду, что его дело относилось непосредственно к холокосту, но мы отнюдь не являемся экспертами по истории Польши времен Второй мировой войны.

Лена удивленно приподняла брови:

– Я обратилась к вам исключительно из-за ваших талантов и, должна признать, отчасти из-за Бена. Он был вашим самым преданным почитателем. А я – его. Возможно, потому, что мы оба пережили войну, возможно, потому, что мы оба прошли через настоящий ад во время оккупации Польши. Как я вам уже говорила, между нами много общего – у нас с Беном особая связь. И я разыскала вас, потому что должна выяснить, что случилось с двумя детьми. И верю, что вы именно те люди, которые могут мне помочь.

Кэтрин снова подняла руку:

– Прошу прощения за неудачно сформулированную фразу. Я просто хотела, чтобы вы понимали: если вам необходим специалист по Польше или Второй мировой войне – есть люди намного более сведущие, чем я и Лиам. Нам удалось помочь Бену и сделать так, что Отто Пиатек предстал перед судом, но всю информацию касательно войны мы получили от Бена.

– Я понимаю, но уверена, что обратилась по адресу. Молю вас, выслушайте меня!

– Разумеется. – Кэтрин взяла блокнот для записей. – Мне бы хотелось кое-какие подробности. Откуда нам начинать? Эти дети – ваши?

Лена покачала головой:

– Нет. Это дети Каролины. Они близнецы.

Лиам подался вперед:

– Как их зовут, Лена?

Она снова покачала головой:

– Сегодня? Не знаю. Много лет назад их звали Рахиль и Лия.

Кэтрин посмотрела на Лиама и перевела взгляд на Лену:

– Кто такая Каролина?

– Моя самая любимая и близкая подруга. Она спасла мне жизнь, но получилось так, что я не смогла спасти ее. – Пожилая дама смахнула слезинку и прошептала: – Прошу вас, помогите мне сдержать обещание найти дочерей Каролины.

Кэтрин взяла коробку с бумажными салфетками и поставила ее на стол.

– А где жила Каролина?

Лена прикрыла глаза:

– В Хшануве, недалеко от меня.

Кэтрин вновь взглянула на Лиама, но тот лишь пожал плечами.

– Рискну предположить, что дети родились во время войны. В Польше?

Лена кивнула.

– Но прошло уже семьдесят лет…

– Знаю. Я так долго ношу на душе этот груз. А скоро, как говорил мой муж, «срок моего абонемента на пребывание в живых истекает». Два года назад, за месяц и два дня до смерти Адель, рак забрал у меня мужа. За два месяца я потеряла двух самых близких людей. После их смерти жизнь утратила смысл. Меня держит на этом свете только обещание, данное Каролине. В последние годы у мужа дела шли очень хорошо. Перед смертью он сказал мне: «Лена, у нас есть деньги, выполни обещание, которое дала Каролине. Пусть твоя душа успокоится». После его смерти я начала активно действовать: разослала запросы, даже летала в Польшу. Но Хшанув изменился. Поиски ни к чему не привели, мне не удалось продвинуться ни на шаг. Откровенно говоря, я даже не знала, с чего начать, и в итоге пришла к выводу: если я хочу добиться успеха и найти этих девочек, мне просто необходима помощь профессионалов.

– Но к нам вы обратились из-за Бена?

– Как я уже говорила, мы с Беном и Адель были очень близки. Бен сказал, что, если я решусь на поиски этих детей, мне следует обратиться к вам с Лиамом. Он сказал, что вы отлично умеете слушать, и если кому и по плечу эта задача, то только вам. Он постоянно вспоминал вас, Кэтрин, какая вы терпеливая и понимающая…

– Я польщена, спасибо. Бен тоже занял особое место в моей жизни.

– Где вы в последний раз видели этих детей? – поинтересовался Лиам.

– К сожалению, не могу назвать вам точное место. И даже название городка. Я знаю только приблизительно район – по крайней мере каким он был в 1943 году. И то лишь в общих чертах. Возможно, если бы я вернулась на то место… Сомневаюсь, что даже тогда смогла бы точно указать местность.

Лиам покачал головой:

– Должен быть честен с вами, Лена. Не знаю, смогу ли вообще вам помочь. Я умею находить людей, но мне нужна отправная точка. – Он принялся загибать пальцы. – Во-первых, мы не знаем их имен. Во-вторых, мы не знаем, где они живут. Мы не знаем, где их видели в последний раз. Мы не знаем, как они сейчас выглядят. Нам неизвестно, живы ли они до сих пор. Боюсь, вы выбросите свои деньги на ветер.

Лена оставалась непреклонной. Решительно настроенной.

– Мы обязательно их найдем. Я точно знаю. С вашей помощью. – Она утвердительно кивнула. – Мы их найдем.

– Возможно, нам поможет, если вы расскажете о Каролине. И почему вы так хотите отыскать ее детей. Вполне вероятно, что по прошествии стольких лет у них все сложилось хорошо и они не нуждаются в вашей помощи.

– Дело не в помощи. Они должны кое-что узнать. Я обязана им рассказать.

Кэтрин подняла ручку:

– Что ж, в таком случае я тоже должна кое-что узнать, прежде чем согласиться заниматься этим делом. Я не возьму у вас деньги, если не буду уверена, что мы с Лиамом сможем хоть чем-то помочь.