100 дней счастья - Фаусто Брицци

Я жду, когда проявятся побочные эффекты химиотерапии, как ждут опоздавшего гостя. Гостя, видеть которого не слишком-то хочется. Стол давно накрыт, ризотто стоит на плите, горят свечи, но гость все не идет и на звонки не отвечает. Ты уже думаешь, что он никогда не придет. И вот, когда рис уже подгорел и погасли свечи, а ты облил вином белую рубашку и обнаружил, что молоко, которое ты добавил в ризотто, давно прокисло, наконец-то раздается долгожданный звонок.

– Прости, дружище, понимаю, что я непростительно задержался, никак не мог припарковаться!

Кажется, я отвлекся чуть больше, чем позволительно. Перейдем к перечислению побочных эффектов. Я помню их наизусть, как стихотворение, выученное в начальной школе.

«Усталость, проблемы с пищеварением, рвота, утрата аппетита и изменение вкуса, температура, кашель, боль в горле, головная боль, тяжесть во всем теле, раздражительность, ослабление волосяных луковиц и утрата интереса к сексу».

Медленно и постепенно, маленькими дозами, все они дают о себе знать.

Утрата аппетита.

Только сегодня я понимаю, что со вчерашнего дня ничего не ел. А ведь я никогда не пропускаю встречи с обеденным столом.

Первый симптом – есть!

Изменение вкуса.

Я с трудом заставляю себя съесть яблоко. Оно кажется горьким. Нет – это мой рот его не распознает.

Второй симптом – есть!

Кашель не в счет. Я и до этого кашлял. Но в любом случае, симптом налицо!

Проблемы с пищеварением.

Яблоко уже просится обратно.

Есть!

Боль в горле.

Вам знакомо такое пощипывание? Оно говорит о том, что завтра ты проснешься осипшим.

Есть!

Головная боль.

Шестьсот миллиграммов ибупрофена – и ее как не бывало. Но скоро она вернется.

Есть!

Утрата интереса к сексуальной жизни.

И в самом деле, я уже не слишком одержим сексом. А раньше думал о нем по сто раз на дню, как любой нормальный мужчина.

Есть!

Только сейчас, когда я начал записывать симптомы, я обнаружил, что у меня снова радикулит. Радикулит – это жуткая вещь, хуже, чем звонок в домофон в три часа ночи.

И это есть!

Раздражительность.

Да я как вулкан, который вот-вот начнет извергаться.

Есть!

Тошнота.

Есть!

Рвота. А вот и яблоко.

Есть!

Усталость.

По сравнению со вчерашним днем ничего не изменилось.

А вот чего вроде бы нет.

Ослабление волосяных луковиц.

У меня огромная шевелюра и ни единого седого волоса.

Стало быть, нет.

Коллекция побочных эффектов еще не собрана. Я провожу весь день, сидя на террасе. Я даже не иду на тренировку команды. И вру Оскару.

– Как дела, Лучище?

– Нормально, по крайней мере, пока. Химия пошла вместо завтрака.

– Отлично. Увидишь, ты это осилишь!

«Увидишь, ты это осилишь!»

От этой фразы за версту несет жалостью и состраданием. Кажется, тебя вроде бы ободряют и в то же время как будто эпитафию зачитывают. «Увидишь, ты это осилишь!» И рифма имеется.

Мы болтаем о том о сем, и я кладу трубку. Пытаюсь делать зарядку. Я совершенно уверен: завтра мне станет лучше.