Первый день - Марк Леви

— Я и не собирался. А почему бы ей все не рассказать? Прошло уже столько времени. Чем вы рискуете?

— Чтобы все испортить? Вы ненормальный! Если она мне откажет, я уже не смогу думать о ней, как прежде. Поглядывать на нее тайком, как сейчас, будет верхом неприличия. Что вы на меня так смотрите, Эдриен?

— Ничего. Я только думаю: а завтра, когда вы протрезвеете — это случится не ранее полудня, с учетом количества выпитого, — вы расскажете мне свою историю точно так же или по-другому?

— Я ничего не выдумываю, Эдриен, клянусь вам, я безумно влюблен в мисс Дженкинс. Но между нами такая дистанция, что ее можно сравнить с расстояниями в вашей Вселенной, где повсюду холмы, мешающие разглядеть, что находится с другой стороны. Мисс Дженкинс находится на маяке в Кристиансанде, — продолжал Уолтер, указывая пальцем на восток, — а я — несчастный кашалот, которого выбросило на английский берег! — воскликнул он, тыча кулаком в песок.

— Уолтер, я вполне понимаю то, что вы описываете, но расстояние, отделяющее ваш письменный стол от стола мисс Дженкинс, измеряется не в световых годах, а в ступеньках лестницы.

— А как же теория относительности? Вы думаете, она распространяется только на вашего приятеля Эйнштейна? Для меня каждая ступенька этой лестницы так же далека, как ваши галактики!

— Мне кажется, Уолтер, самое время пойти в гостиницу.

— Нет, продолжим нашу вечеринку, а вы — свои объяснения. Завтра я, наверное, уже ничего не вспомню, но это не важно. Мы отлично проведем время, и только это имеет значение.

Пьяный благодушный Уолтер был смешон, но мне было больно на него смотреть. Мне казалось, после Атакамы я знаю, что такое одиночество. Но могли я вообразить, как мучительно изо дня в день жить в разлуке ? любимой женщиной, когда тебя отделяют дт нее всего три этажа, а ты не в силах признаться ей в своих чувствах!

— Уолтер, может, мне устроить ужин и пригласить на него мисс Дженкинс и вас?

— Нет, боюсь, прошло уже слишком много времени, и я не осмелюсь с ней заговорить. Впрочем, может, вы все-таки повторите свое предложение завтра днем? Лучше — ближе к вечеру.

Париж

Кейра опаздывала, она поспешно натянула джинсы, свитер, кое-как причесалась. Оставалось только найти связку ключей. Она мало спала в выходные, и тусклый свет дня не сумел взбодрить ее. Найти такси в Париже в утренние часы равносильно подвигу. Она прошла пешком до Севастопольского бульвара, оттуда дошагала до набережной Сены; всякий раз, стоя на переходе, она поглядывала на свое запястье: часы она забыла дома. Какая-то машина заехала на полосу для автобусов и затормозила рядом с Кейрой. Водитель наклонился, опустил стекло и окликнул ее по имени:

— Тебя подвезти?

— Макс, это ты?

— Я что, так изменился со вчерашнего дня?

— Нет, но я не ожидала тебя здесь встретить.

— Успокойся, я не слежу за тобой. В этом квартале довольно много типографий, моя находится на улице, что у тебя за спиной.

— Ты рядом с работой, так что я не хочу нарушать твои планы.

— А кто тебе сказал, что я еду туда, а не оттуда? Садись, а то я вижу автобус, он вот-вот подъедет и будет мне сигналить.

Кейра не заставила себя упрашивать, открыла дверцу и уселась рядом с Максом.

— Набережная Бранли, Музей искусств и цивилизаций. Водитель, поторопитесь, я опаздываю.

— Но хоть на один поцелуй я имею право?

Тут, как и предсказывал Макс, раздался такой оглушительный гудок, что они оба вздрогнули: к ним вплотную подъехал автобус. Макс тронулся с места и быстро перестроился в другой ряд. Они ехали в плотном цотоке машин, Кейра нетерпеливо постукивала ногой, то и дело посматривая на часы на приборной доске.

— Ты, похоже, действительно очень торопишься.

— Да, у меня назначена встреча за обедом… четверть часа назад.

— Если это мужчина, я уверен, он тебя подождет.

— Да, это мужчина, только не надо этих намеков, он вдвое старше тебя.

— Ты всегда предпочитала зрелых мужчин.

— Если бы это было так, мы бы с тобой не встречались.

— Один — ноль. Мяч в центре поля. Кто он?

— Один профессор.

— А что он преподает?

— Слушай, вот забавно! — удивленно заметила Кейра. — Я даже его не спросила.

— Не хочу показаться нескромным, но ты мчишься через весь город под дождем, чтобы пообедать с неким профессором, и даже не знаешь, что он преподает.

— Да какая разница, все равно он на пенсии.

— А почему вы решили вместе пообедать?

— Это долгая история. Смотри лучше на дорогу, и давай выбираться из пробки. Речь идет о кулоне, который подарил мне Гарри. Я долго думала, откуда взялся этот камень. Профессор считает, что он очень древний. Мы попытались установить его возраст, но у нас ничего не вышло.

— А кто такой Гарри?

— Макс, не мучай меня своими вопросами. Гарри вчетверо тебя моложе. И живет он в Эфиопии.

— Да, для серьезной конкуренции он слишком юн. Ты покажешь мне этот древний камень?

— У меня его сейчас нет. Я как раз собиралась его забрать.

— Хочешь, я попрошу моего друга, специалиста по древним камням, на него взглянуть?

— Думаю, не стоит беспокоить твоего друга. Мне кажется, этому старому профессору просто стало скучно, и он нашел повод немного развлечься.

— Передумаешь — не стесняйся, скажи мне. Вот и пробка на набережной рассосалась, мы будем на месте через десять минут. И где же юный Гарри нашел камень?

— На маленьком вулканическом островке посреди озера Туркана.

— Может, это застывшая лава?

— Нет, этот предмет невозможно расколоть. Я не могла даже проделать в нем отверстие. Чтобы повесить его на шею, мне пришлось обвязать его тонким кожаным шнурком. Кроме того, должна отметить, он на удивление гладко отполирован, просто идеально.

— Ты меня заинтриговала. Предлагаю тебе поужинать сегодня вечером вдвоем, и ты мне покажешь эту загадочную подвеску. Я, конечно, завязал с археологией, но кое-что еще помню.

— Заманчиво, почему бы нет? Но сегодня, Макс, я должна провести вечер с сестрой. Мы долго не виделись, надо наверстать упущенное. С тех пор как я вернулась, мы только и знаем, что треплем друг другу нервы. Я уже нашла себе два или три оправдания, а может, двенадцать или тринадцать, в общем, добрых три десятка.

— Мое приглашение остается в силе на все вечера до конца недели. А вот и твой музей. Ты почти не опоздала, часы у меня в машине спешат на пятнадцать минут.

Кейра поцеловала Макса в лоб и выскочила на тротуар. Он хотел сказать ей, что позвонит ближе к вечеру, но она уже убежала.