Шестьдесят рассказов - Дино Буццати

— Мой друг, дон Валерио Мелито, — отрекомендовал незнакомца Лугози. — Нам нужно навестить еще одного больного, и я попросил дона Валерио составить мне компанию.

— Ваш покорный слуга, — сухо произнес Шредер. — Присаживайтесь, прошу.

— Полагаю, что сегодня, — продолжал Лугози скорее для оправдания, — осмотр уже излишен. Анализы хорошие. Пожалуй, неплохо бы сделать небольшое кровопускание.

— Кровопускание? Это еще зачем?

— О, кровопускание — весьма действенное средство, — пояснил лекарь. — После него вы станете другим человеком. Кровопускание очень даже пользительно темпераментным натурам. Никаких хлопот: раз, два и готово.

Лугози достал из плаща склянку с тремя пиявками, поставил ее на стол и добавил:

— Приложите пиявку к запястью. Подержите секунду, и она вопьется. Только… прошу вас, сделайте это сами. Должен сознаться, что за двадцать лет лекарской практики я ни разу не осмелился взять рукой пиявку.

— Извольте, — снисходительно бросил Шредер.

Взяв склянку, он сел на кровать и приложил к запястью двух пиявок с такой ловкостью, будто занимался этим всю жизнь.

Пришедший с лекарем господин, не снимая своего широкого плаща, положил на стол шляпу и продолговатый пакет. В пакете что-то звякнуло.

С чувством смутной тревоги Шредер отметил про себя, что незнакомец словно нарочно сел подальше от него у самого порога.

— Вообразите, дон Валерио утверждает, что знаком с вами, — заметил лекарь, тоже почему-то присаживаясь около двери.

— Вроде бы не имел чести, — ответил торговец, сидя на кровати и опустив расслабленные руки с присосавшимися к ним пиявками. — А что, Лугози, не идет ли с утра дождь? Я еще не выглядывал. Не дай Бог польет: у меня нынче дел по горло.

— Нет, дождя нет, — ответил лекарь мимоходом. — Дон Валерио говорит, что знаком с вами. Ему не терпелось снова увидеться.

— Я не имел чести встречаться с вами лично, — произнес Мелито противным глухим голосом, — но знаю о вас кое-что, о чем вы и не подозреваете.

— Мне, право, и невдомек, сударь, — равнодушно проронил Шредер.

— Три месяца назад, — продолжал Мелито. — Постарайтесь вспомнить, не проезжали ли вы три месяца назад на своей повозке вдоль Старой границы?

— Вполне возможно, — ответил Шредер. — Точно не вспомню.

— Хорошо, а не припомните, как вас занесло на повороте?

— В самом деле, — согласился Шредер, холодно глядя на незваного гостя.

— Одно колесо сошло с дороги, и лошадь не могла затащить повозку обратно в колею?

— Именно так. Но где были вы?

— Об этом потом, — усмехнулся Мелито и, подмигнув лекарю, добавил: — Вы слезли с повозки, но и тут не сумели вытянуть ее. Ведь так?

— Действительно. В тот день еще лило как из ведра.

— Не то слово, — подтвердил дон Валерио, довольный собой. — А пока вы там надрывались, не проходил ли мимо странного вида высокий мужчина со смуглым лицом?

— Что-то не припомню, — отмахнулся Шредер. — Извините, Лугози, долго мне еще сидеть с этими пиявками? Право, уже довольно. Они и так раздулись как жабы. Я ведь говорил, у меня сегодня много дел.

— Еще несколько минут! — взмолился лекарь. — Чуточку терпения, дорогой Шредер! Зато потом, вот увидите, вы почувствуете себя совсем иначе! Сейчас и десяти нет, у вас еще уйма времени!

— А не было ли у того смуглолицего нелепой шляпы наподобие цилиндра? — не унимался дон Валерио. — И не носил ли он что-то вроде колокольчика, который все время позванивал?

— Да, теперь вспомнил, — сказал Шредер. — И что из этого?

— Ничего особенного, — ответил Мелито. — Только то, что я уже видел вас и что у меня хорошая память. К сожалению, в тот день я стоял далеко, по ту сторону оврага, метрах в пятистах от вас. Я укрывался от дождя под деревом и все видел.

— Ну и кто же был тот человек? — резко спросил Шредер, давая понять, что если Мелито хочет что-то сообщить ему, то лучше говорить сразу.

— Откуда мне знать, ведь я видел его издалека. А как вы думаете?

— Какой-нибудь бродяга, — сказал торговец. — Мне он показался глухонемым. Когда я попросил его подойти и помочь, он заскулил, и я не разобрал ни единого слова.

— И пошли ему навстречу, но он попятился. Тогда вы взяли его за руку и заставили подтолкнуть повозку. Не так ли? Скажите честно.

— А что в этом такого? — всполошился Шредер. — Я не сделал ему ничего дурного. Наоборот, дал пару монет.

— Слышали? — шепнул Мелито лекарю, затем, громче, Шредеру: — Ничего, решительно ничего. Однако согласитесь, я все это видел.

— Не нужно волноваться, голубчик, — вмешался Лугози, видя, что лицо торговца принимает недоброе выражение. — Дражайший дон Валерио — большой охотник до всяких розыгрышей. Он просто хотел подивить вас.

Мелито повернулся в сторону лекаря, кивая в знак согласия. При этом движении полы его плаща разошлись. Шредер, все время следивший за ним, побледнел.

— Простите, дон Валерио, — сказал он менее непринужденно. — Вы носите пистолет. Мне кажется, вы могли бы оставить его внизу. Если не ошибаюсь, так принято в здешних краях.

— Черт подери! Тысячу извинений! — воскликнул Мелито, с досадой хлопнув себя ладонью по лбу. — Поймите меня правильно. Обычно я не ношу оружия, поэтому совсем о нем забыл. А как раз сегодня собирался прогуляться верхом по окрестностям.

Дон Валерио сокрушенно покачал головой. Говорил он как будто искренне. Однако пистолет оставил при себе.

— Скажите, — добавил он, — какое впечатление произвел на вас тот нищий?

— А какое он мог произвести впечатление? Нищий и есть нищий.

— Ну а та вещица, колокольчик, вы не задумывались, что бы это могло быть?

— Гм, — помедлил с ответом Шредер, чувствуя подвох. — Цыган, наверное. Зазывая людей, цыгане часто звонят в колокольчики.

— Цыган! — захохотал Мелито, точно сама эта мысль необыкновенно его позабавила. — Так вы приняли его за цыгана?

— В чем дело? — Шредер недовольно повернулся к Лугози. — Что означает сей допрос? Дорогой Лугози, эта история мне вовсе не по душе. Потрудитесь объяснить, что вам угодно?

— Прошу вас, не волнуйтесь. — Лугози явно смутился.

— Если с тем бродягой случилось несчастье и виноват во всем я, говорите прямо, — продолжал Шредер, повышая голос. — Говорите прямо, почтеннейшие! Не хотите ли вы сказать, что я его убил?

— При чем здесь — убил! — ухмыльнулся Мелито, чувствуя себя полным хозяином положения. — Что это вам взбрело в голову? Право, жаль, если я расстроил вас. Лугози предложил мне проведать кавалера Шредера. Позвольте, Шредера? Как же, помню такого, ответил я. Вот и славно, сказал Лугози, тогда зайдем к нему вместе: он будет рад. Весьма сожалею, если пришелся некстати…