Вызов - Екатерина Мириманова

– Не знаю, мне кажется, что вчера мы обошли все, что только можно обойти в этом городке, – мрачно отозвалась я.

– Мы можем поехать куда-то еще! – предложил Макс.

– Поехали в Арсуа? – рассмеялась я.

– Ты думаешь, что твое первое впечатление об этом городе было обманчиво? – Его тоже веселила моя идея.

– Кто знает… – задумалась я.

– Давай поступим так: ты просыпайся, судя по голосу, ты только встала, а через час я зайду за тобой в отель, и мы придумаем, что будем делать. Идет? – Уверенность в его голосе говорила о том, что он уже все решил.

– Договорились! – приветливо ответила я, пытаясь не выдать своей радости. – Встречаемся через час на ресепшен. Пока.

Повесив трубку, я повернулась и в замешательстве уставилась на дверь в ванную. Что это было? Барабашка, привидение, розыгрыш или просто результат усталости? Я на цыпочках осторожно пересекла гостиничный номер и нерешительно заглянула внутрь ванной комнаты. Щетка и паста валялись в раковине. Ничего необычного вокруг не наблюдалось. Набравшись смелости, я перешагнула порог. Все оставалось без изменений.

Однако стоило мне протянуть руку к щетке с пастой, как они вновь плавно поднялись в воздух. Всплеснув руками, я с громким визгом выбежала из ванной. Да что же это такое? Хоть обращайся к соседям с просьбой умываться у них! Я пыталась успокоиться, но ничего не получалось. В голове лихорадочно мелькали самые разные мысли. Может, я все же немного помутилась рассудком от долгого пребывания в одиночестве? Так ведь не бывает! Стараясь дышать как можно глубже и спокойнее, я снова вернулась к двери. Продолжая твердить себе: «Так не бывает!» – громко и вслух, я снова перешагнула порог. Щетка и тюбик с пастой снова лежали в раковине. А что, если на мгновение допустить мысль, что случиться может все что угодно, и вероятность того, что в жизни есть место для чудес, пусть не всегда понятного назначения, странных, необъяснимых, не поддающихся никакой логике, существует? Отчего не поверить, что какие-то необыкновенные вещи, о которых я столько читала в книгах, находятся рядом со мной и, кто знает, вероятно, даже из-за меня? И хотя сама идея этого казалась абсурдной, сомнения разрастались в моей душе, ведь еще совсем недавно я даже не мечтала о том, чтобы пройти Путь Сантьяго, а сегодня он остался позади. Я протянула руку к тюбику со щеткой, они снова поднялись в воздух, а затем произошло нечто совсем невероятное. Крышка сама начала откручиваться, паста разноцветной полоской равномерно выдавилась на щетку, а последняя плавно переместилась мне в руку. «Что за черт!» – только и смогла воскликнуть я. Но тем не менее начала чистить зубы. Я не узнавала в зеркале своего лица, оно было мертвенно-бледным, с глазами, расширенными до такой степени, как будто я только что получила сообщение об избрании меня президентом страны. Покончив с чисткой зубов и пытаясь сохранить спокойствие, я, зажмурившись, выпустила щетку из рук, приготовившись услышать звук ее падения, но вместо этого раздался звон щетки о стакан, в котором она стояла ранее. Я помотала головой, больно ущипнула себя, пытаясь понять, не сон ли это, приоткрыла один глаз – щетка находилась на своем месте.

Я поражалась самой себе, рядом со мной происходило что-то из ряда вон выходящее, но я реагировала, на удивление, спокойно. Выйдя из ванной, я села на кровать, озираясь вокруг, словно ожидала продолжения чудесных проявлений сегодняшнего утра. Мой взгляд упал на разбитый стакан. Может, это было первым звоночком перед летающими щетками? И вообще, если это происходит, то кто тогда управляет предметами? И тут в моей голове возникла мысль, на меня словно вылили ушат холодной воды, настолько она была неожиданной: а что, если это делаю я сама? Голова кружилась, я сидела на кровати и пыталась понять, готова ли я допустить идею того, что у меня могут быть какие-то паранормальные способности.

Окна в номере были плотно зашторены. Решив не задаваться дальнейшими вопросами, а просто попробовать, я подняла руку, поскольку именно так в кино и мультфильмах волшебники управляют предметами, и сделала ею неуверенный жест, что-то среднее между «пока» и «пошел вон». Занавески не шелохнулись.

– Фу-уф. Слава богу! – вырвалось у меня из груди. Хотя в глубине души я почувствовала легкое разочарование. Наверное, интересно было бы вот так, запросто, перемещать предметы и творить прочие незамысловатые, безобидные глупости.

Тогда что же происходило со щеткой и пастой? А со стаканом? Если, конечно, допустить мысль, что он разбился не случайно? Я задумалась, поток сознания уносил меня все дальше, и, склонив голову чуть набок, я невидящим взглядом уставилась на занавески. И вдруг одна из них отодвинулась. Не так чтобы сильно, окно оставалось зашторенным, но сомнений все же не было. Левая занавеска отодвинулась, и сквозь образовавшуюся щель в комнату полился солнечный свет. Какое-то наваждение! Как это случилось? Я попробовала погрузиться в состояние задумчивости, но у меня ничего не получалось. И тут меня осенило второй раз. Я чуть наклонила голову в другую сторону, и вторая занавеска медленно поползла вбок, открывая окно. Я подпрыгнула на кровати. Так не бывает! Я не верила своим глазам. Однако, как только я снова наклонила голову в противоположную сторону, первая занавеска сдвинулась еще чуть-чуть. Мне стало страшно. Видеть, как предмет повинуется движению твоей головы – зрелище жутковатое, поверьте мне. Я попробовала помотать головой из стороны в сторону, кивнуть ею, но эти действия не производили никакого впечатления на шторы. Я встала и подпрыгнула – снова ничего, взмахнула руками – нулевой эффект. Тогда я перевела взгляд на телевизор и подумала о том, как было бы здорово, если бы не нужен был пульт, чтобы его включать. Глубоко вздохнув, я закрыла глаза и представила себе картинку как бы со стороны. «Я закрываю глаза, и телевизор включается, я закрываю глаза, и телевизор включается», – повторяла я про себя. Я вздрогнула от того, что заговорил диктор. «Черт, черт, черт! Что же происходит?» Я боялась открыть глаза, потому что знала, что произошло – телевизор действительно включился. Посидев пару минут, все еще боясь приоткрыть веки, я вспомнила про встречу с Максом и встрепенулась. Часы отобразили печальную истину. Пока я пыталась внутренне примириться со своими не то паранормальными способностями, не то галлюцинациями, прошел почти час. Макс подумает обо мне Бог весть что, ведь я все еще была не причесана и опять, как и вчера, не накрашена, я даже не успела одеться. Я подошла к зеркалу, лицо по-прежнему было бледным, ужасно растерянным, а глаза лихорадочно блестели.

– Он примет меня за безумную, – сказала я вслух. – Вчера рыдала на лестнице, сегодня вот обнаружила в себе магические возможности. Полный бред!

Хотя, безусловно, здорово уметь делать то, что больше никто делать не умеет. Вот бы сейчас накраситься за считаные секунды! С улыбкой я закрыла глаза, представляя, как на моем лице появляется потрясающий макияж. Открыв их снова спустя несколько секунд, чтобы рассмеяться, глядя в свои же собственные глаза, я испуганно шарахнулась от зеркала. Отражение показало – я словно только что вышла из салона!

* * *

Лида сидела у рамки. Она была довольна собой, хотя и не до конца понимала причины своей радости. Она дала Веронике волшебные способности, но имела ли она право это делать? Ей не с кем было посоветоваться. Аида ушла рано утром и еще не вернулась, а с разговаривать с Толином было запрещено. Но с другой стороны, необычное, конечно, всегда усложняет ситуацию, зато делает ее интересней. Лида поступила так интуитивно.