Вызов - Екатерина Мириманова

Еще на Пути я заметила, что мои лимфатические узлы обрели нормальный вид, и меня это очень радовало. По возвращении в Москву я посетила врачей, и они с удивлением констатировали: непонятная болезнь исчезла так же неожиданно, как и появилась. Что это было – они не могли сказать, но анализы показали идеальные результаты.

Теперь мы часто встречались с Максом, почти каждый день, но он не торопился развивать наши отношения, мы по-прежнему оставались лишь друзьями, не более. Мы много разговаривали, ходили вместе в кино, на выставки, какие-то презентации, в театры, а потом разъезжались каждый по своим домам. И чем дольше это длилось, тем больше я нервничала. Мужчины всегда проявляли ко мне живой интерес, я была привлекательна. Вероятно, прежде я общалась с другой категорией представителей сильного пола, но они всегда пытались быстро перейти к более тесному контакту. С Максом же все было по-другому, и я уже начинала переживать, что неинтересна ему как женщина, пыталась заметить в его поведении что-то странное, указывающее на симпатию к своему полу, но ничего не находила. Макс мне нравился, и просто дружить, а уж тем более иметь его в качестве «подружки» никак не входило в мои планы.

Тем не менее я чувствовала себя счастливой. Все складывалось на удивление легко и просто. Время от времени я экспериментировала со своими способностями. Как-то раз я возжелала зарабатывать больше денег, а еще лучше – уметь материализовывать их из воздуха. Но как я ни пыталась визуализировать кучу купюр, открыв глаза, постоянно обнаруживала перед собой пустой стол. Порой я «наводила порядок в квартире», применяя волшебную силу. Поначалу я чувствовала себя несколько неуютно от этого, ведь подобные мелочи вполне могла делать и сама, но быстро успокоилась на сей счет, поняв, что время, потраченное на бытовые заботы, я могу использовать с большим толком как для себя, так и для окружающих. Еще я переделывала неудавшийся пирог, который пекла к приходу Макса в честь собственных именин. Я торопилась, и потому он получился совершенно бесформенным. Однако немного «поколдовав», я получила кулинарное произведение небывалой красоты. Я и сама не ожидала, что такое можно приготовить в домашних условиях. Опять же блеснула перед Максом, и надеюсь, он это оценил, так как выражал бурный восторг. Во времена Средневековья меня непременно сожгли бы на костре, не посмотрев на то, что я не делаю никому ничего дурного. А что, если мои способности имеют демоническую природу? Быть может, я наношу себе вред, используя их? Мне не хотелось об этом задумываться сейчас… Я была счастлива, а потому несколько безрассудна.

После прохождения Пути Сантьяго я чувствовала себя значительно лучше не только физически, но и морально. Во мне произошли перемены, и самая главная та, которая радовала меня больше всего, – я стала острее ощущать вкус жизни. Как-то раз после встречи с подругой вызвалась подбросить ее до ближайшего метро. Мы выехали на площадь Белорусского вокзала, она вся была залита солнцем, казалось, оно пронизывает не только каждый кирпичик зданий, но и все мои клетки. Улыбаясь, я чувствовала небывалый прилив сил. Глядя на меня, подруга с легкой ноткой зависти сказала: «Ты прямо вся светишься!» – «Как можно не светиться, когда вокруг все сияет такой красотой!» – ответила я ей искренне и представила, как было бы здорово, если бы над площадью раскинулась радуга. В следующее мгновение так и случилось.

Рядом с Максом я старалась держать себя в руках, хотя с каждым днем мне все больше хотелось поделиться с ним своим секретом. Но я хранила молчание, так как понимала, мы еще не настолько близки, чтоб посвящать друг друга в такие откровения. И пусть порой мне ужасно хотелось разогнать облака в те дни, когда небо казалось пасмурным, а иногда исправить какие-то небольшие недоразумения, временами я даже поддавалась своему настроению и занималась мелкими «чудотворствами», но не злоупотребляла «силой», дабы не раскрыться. Ведь я все еще относилась ко всему происходящему двойственно, словно чувствовала, что от этого исходит какая-то опасность.

Как-то вечером мы с Максом сидели в кафе, пили сухое красное вино и рассуждали о жизни, о том, как много на свете несчастных людей, пытающихся обрести себя, проходя Путь Сантьяго. Незаметно речь перешла на наше прошлое, на предыдущие привязанности, оборвавшиеся отношения.

– А что у нас с тобой? – непроизвольно вылетел у меня вопрос.

Замерев от своей внезапной смелости, я пристально посмотрела в глаза Макса. Он явно не ожидал такого вопроса. Осекшись на полуслове, он на секунду задумался, словно собирался с мыслями.

– Послушай, Вероника, со мной такого давно не случалось. Я всегда очень легко относился к девушкам: пришла-ушла, спасибо, до свидания. Но с тобой все иначе, не знаю, как объяснить… Ты особенная, я боюсь тебя обидеть, – в замешательстве выдавил он.

Я была в растерянности, слезы подступили к глазам: что он хотел этим сказать?! Зажмурив глаза, чтобы не расплакаться, я подумала, что хотела бы, чтобы время ненадолго остановилось. В голове сразу родилась мысль – нужно «заморозить мгновение». Я четко представила себе, как Макс и все люди вокруг замолкают, все замирает, как будто кто-то нажал кнопку «пауза». Когда я открыла глаза, все так и было. Он смотрел на меня пристально, но напоминал теперь скорее манекен, нежели живого человека. Я с удивлением оглянулась по сторонам. Вот мужчина целует девушку за соседним столиком, а вот официантка сейчас уронит стакан на пол. Я встала, водрузила его на поднос и сразу же вернулась на место, хотя мне было очень любопытно: я смогла «заморозить» только этот ресторан, или всю улицу, или весь город, а может, даже весь мир? Но чувства, переполнявшие меня, заставили забыть обо всем, я понимала, сейчас настал тот момент, когда я могу повернуть ход наших отношений с Максом. Знаете, во всех ситуациях случаются переломные моменты. Потом, оглядываясь назад, осознаешь, что если бы поступила по-другому именно в ту минуту, все сложилось бы иначе. К сожалению, большинству из нас не удается взять тайм-аут и все хорошенько обдумать. Но я была в выигрышном положении.