Розовый костюм - Николь Келби

Остальные мужья мисс Ноны были ничем не примечательны. Однако, если учесть общую биографию мисс Софи и мисс Ноны, становилось вполне понятно, что любая просьба дать интервью – даже о том, как они одевают свою самую известную клиентку, – их встревожит. Даже если подобная просьба подтверждена этой самой знаменитой клиенткой.

– Разве она обычно останавливается не в «Плазе»? – спросила Кейт.

– Сейчас ей следует быть в Вашингтоне, – ответила мисс Нона.

А мисс Софи протянула Кейт небольшую плоскую коробку, сплошь покрытую красными стикерами «Par Avion» и «By Air Mail». Это была долгожданная посылка от Шанель. Наконец-то! Интересно, подумала Кейт, когда она пришла?

– Не забудь захватить с собой булавки. И помни: ты пришла, чтобы примерить розовый костюм. Если она спросит о нас, скажи так: мы решили, что насчет интервью она просто пошутила, потому что мы, во-первых, абсолютно никому не интересны, а во-вторых, мы изрядные зануды. Ты поняла, Кейт?

Адрес на посылке был написан тем округлым почерком, который свойствен всем европейцам. Все так аккуратно, все буквы одной величины – это всегда восхищало Кейт. Во всех странах семи морей – Франции, Бельгии, Италии и других – все пишут одинаково. Подобный почерк ровным счетом ничего не говорит о личности того, кто написал письмо или хотя бы адрес на конверте. Искусство владения ручкой и карандашом для всех было единообразным и очень точным – как строчка на ткани, проложенная рукой умелой швеи: стежок за стежком. Адрес вполне могла написать и сама Шанель.

– Кейт, ты меня поняла?

– Да, я все поняла.

Кейт никогда раньше не надевала ни один из образцов, хранившихся в специальной комнате. За всю историю существования «Chez Ninon» вряд ли хоть кто-то из девушек, работавших в мастерской, пользовался этими прекрасными вещами. Собственно, комната больше всего походила на гигантский шкаф – размером почти с демонстрационный зал, – битком набитый всевозможной одеждой, служившей образцом моды в минувшие сезоны. Выбор был огромен – от платьев для благотворительного ланча до вечерних туалетов для торжеств с участием родни мужа. Кейт, однако, ничто не подсказывало, какое именно хорошенькое дневное платье выбрать, чтобы выглядеть умненькой, когда она будет врать Супруге П. Имелась, впрочем, целая секция, обозначенная по-французски «Maison Blanche», где висели копии нарядов Первой леди, сами по себе тоже являвшиеся копиями. Пожалуй, решила Кейт, отсюда я и начну. Например, вот этот костюм из шерстяного твида «соль-с-перцем» за номером 3270, созданный к весенне-летнему сезону Юбером де Живанши, с характерной каймой по линии выреза, жакетом с рукавом «три четверти» и узкой юбкой-«карандаш». Или прелестный темно-синий костюм из шелка-сырца, напоминающего чесучу, с жакетом на трех пуговицах – дизайн мистера Чарльза. Потом Кейт обнаружила плотно зажатый между другими вещами свой самый любимый костюм – из твида в ярко-синюю и черную клетку. Синий был таким насыщенным, что казался почти фиолетовым, и рядом с черным выглядел ослепительно ярко. Супруга П. надевала этот костюм во время летней поездки в Вену и посещения фарфорового завода. На фоне фабричных помещений и фарфора бледно-розовых и зеленых оттенков яркие цвета костюма смотрелись замечательно.

Рядом с клетчатым костюмом висел еще один твидовый – тоже копия, разумеется: изумрудно-зеленая нить на фоне жемчужно-серой. Этот костюм был сшит для мисс Ноны. Он отлично смотрелся бы с серой шляпкой Кейт «от Лили Даше» с ее серыми туфлями и серыми лайковыми перчатками. И, в отличие от дурацкого платья с «перьями», над которым она надрывалась с раннего утра, от этого костюма не пахло ни подгнившей шелковицей, ни шелком-сырцом.

Кейт накинула жакет и посмотрелась в зеркало-трельяж. Цвет был явно ее. Основной, серый, фон замечательно подчеркивал нежный розовый оттенок ее щек и темно-рыжие волосы. Она сама заканчивала этот костюм, однако ей и в голову не приходило, что когда-либо доведется его надеть. Работая над ним, Кейт представляла себе, как мисс Нона сидит в парижском кафе где-нибудь неподалеку от Елисейских Полей и судорожно зарисовывает пышные банты, шляпы с широкими полями и леопардовый принт – все то, что сумела запомнить во время показа моделей Ива Сен-Лорана. Этот элегантный серо-зеленый костюм был прямо-таки создан для тех способов изящного воровства и обмана в области моды, которые практиковали обе Хозяйки «Chez Ninon». В общем, он идеально подходил для визита Кейт в отель «Карлайл».

У девушек из мастерской была своя туалетная комната, но Кейт воспользовалась той, что примыкала к демонстрационному залу. Туалетные столики там напоминали отдел косметики в «Бонвит Теллер»: на них теснились помады и пудра любых оттенков, а также многочисленные флаконы с французскими духами. Кейт решила от души попользоваться «Шанелью № 5» – ей хотелось отбить мерзкий запах шелка-сырца, буквально прилипший к ее коже, – но этих духов она не обнаружила, и ей пришлось обойтись духами «Je Reviens»^[33]. Впрочем, она лишь слегка коснулась пробкой за ушами и у внутренних сгибов локтей. Затем выбрала розовую, почти одного тона с губами, помаду. Просто вдруг захотелось. Я выгляжу просто прелестно, решила она, поглядевшись в зеркало, и даже покраснела при этой мысли.

Двухэтажный пентхаус в отеле «Карлайл» оставался пережитком времен, когда Президент был еще холост. Кейт знала это из журналов о мире кино, которые девушки приносили на работу, чтобы почитать во время обеденного перерыва. В этом пентхаусе совсем недавно видели, например, Мэрилин Монро – во всяком случае, ходили такие сплетни, – но Кейт не выносила подобных разговоров.

Отель был недалеко – всего лишь немного пройти до Пятой авеню. Кейт вошла через вращающиеся двери внутрь и смутилась: она ожидала, что попадет в холл, но перед ней оказались бар и кафе, а дальше виднелся зал ресторана – белые скатерти на столиках и никакой стойки портье. Кейт огляделась, но не обнаружила даже прохода к лифту. В конце концов ее, беспомощно скитавшуюся по первому этажу, поймал швейцар.

– Так не пойдет, – сказал он и, взяв за руку, отвел ее к стойке. Ресепшионист тут же позвонил управляющему отелем.

– Я из «Chez Ninon», – сказала ему Кейт. – Меня ждут.

– С какой целью?

Кейт глубоко вздохнула.

– На примерку.

Управляющий позвонил в пентхаус.

– Она сказала, что пришла «на примерку». Да. – Он прикрыл трубку рукой и обратился к Кейт: – Надеюсь, вы здесь не для того, чтобы взять интервью?

– Скажите, что меня послали Хозяйки «Chez Ninon», – сказала она.

– Она говорит, что представляет каких-то женщин. – Менеджер послушал минутку, потом сказал: – Да. Как вам будет угодно. – И повесил трубку. – Они там, наверху, сами все выяснят, – сказал он швейцару.

На Кейт он даже не взглянул. Швейцар с кислым лицом проводил ее к лифту. Ему явно не хотелось выпускать незнакомку из поля зрения. Кейт он показался похожим на игрушечного солдатика – и своей формой, и важным, но совершенно деревянным выражением лица. Пока они вместе ехали в лифте, Кейт, стараясь быть любезной, сказала: