Любовь без слов - Наталья Нестерова

– Пап, папа, проснись! – тормошил его за руку сын Гошка.

– Чего тебе? – не открывая глаз, спросил Егор.

Оказывается, он не спал по-настоящему, а грезил.

– Папа, я давно мечтаю о собаке. Можно?

– Можно. Мечтать не вредно, – ответил Егор, чтобы отвязаться.

– Ура! – воскликнул Гошка и запрыгал на месте.

– Стой! – открыл глаза отец. – Какая еще собака?

– Настоящая немецкая овчарка.

– Собаки нам не хватало. Мама что говорит?

– Мама говорит, что от нее грязь и бабушка.

– Не понял: грязь и бабушка?

– Бабушка тоже грязи боится. Я сам буду убирать, честно!

– Так я тебе и поверил. А Варя как относится к твоей идее?

– Она меня называет этим… с отклонениями в голове, который Малыш, и Карлсон еще к нему прилетал… Малыш, – вспомнил Гошка, – он тоже щенка хотел. И Варька согласна меня поддержать на маленькую собачку, вроде болонки.

Егор невольно улыбнулся: его дочь-подросток обладает острым умом и ядовитым язычком. Что способно компенсировать другие недостатки.

– Папа, нам не нужна маленькая, – продолжал тараторить Гошка. – Ты ведь тоже хочешь овчарку?

– Я хочу спать! Почему ты не в школе?

– Сегодня воскресенье.

– Тогда иди гулять.

– А собака? – захлюпал носом сын.

– Я подумаю. Когда посплю.

– Когда ты поспишь и подумаешь, мама с бабушкой тебя по-своему обработают. Ты им всегда уступаешь!

– Разве?

– Всегда!

Устами младенца. Конечно, женщинам проще уступить, бросить кость… Нет, неточно… Отдать вожделенную кость – берите, я обойдусь, потерплю… Только не тявкайте…

Егор не услышал, как в комнату вошла теща и прогнала внука. За пару минут в его сознании пронеслись десятки картин. Собака? Сам мечтал о собаке в возрасте Гошки. Собаки тоже болеют. Однокурсник Ванька Сидоркин переквалифицировался в ветеринара. Говорят, процветает. Открыл свою клинику. Комплексная прививка от вирусных инфекций – от пятисот до тысячи рублей. «Не надо завистливого злопыхательства, – возникло лицо Ваньки. – Я оперирую каждый день. А ты клизмы старухам ставишь». Ну, ставлю. Им, старухам, тоже надо… Собаки, ветеринары, старухи – это не то… Было что-то приятное. Любовница! Вернемся к увлекательному фильму… Нажмем на кнопочку видеопроигрывателя… С мозгами точно не в порядке. Стадия возбуждения не уступает стадии торможения. Надо завязывать с кофеином. А развязывать? Шнурки, проблему… поясочек на халате любовницы… Она априори сиротка, или мама где-то далеко, как и дети… дети? Ее дети пусть будут, но вне досягаемости… Опытная рожавшая женщина предпочтительнее испуганной трепетной девственницы. С ними возни, как верно говорит опытный Филимонов. Деликатность, полтора часа разминки – это на любителя. Каждую минуту может раздаться вызов – мчись на ДТП или на аварию, взорвался бытовой газ – тут уж никто не станет потакать твоим донжуанским утехам. И осталось шампанское недопитое на столе, и девушка средней прожаренности… Откуда это? В ресторане стали спрашивать: «Вам мясо какой прожарки?..» … А тут еще открывается дверь соседней комнаты, и любопытствующий старушечий нос показывается. Мамашка-то была! Пряталась, выжидала…

– Егор, я выжидала, но раз ты не спишь и все тебя дергают, то и я на минуточку.

Теща! Примостилась на краю постели, плед поправляет, заботливо приговаривает:

– Нет тебе, бедному, покоя ни днем, ни ночью.

«Если вы такая жалостливая, какого лешего мне спать не даете?» – подумал Егор.

– Одно слово – хозяин, – продолжала причитать теща. – Без тебя мы как без рук, ты рассудишь, за тобой последнее решение.

«Враки! Сами все двадцать раз перетрете, придете к выводу, с которого вас не столкнешь, а потом делаете вид, что советуетесь, что готовы поступить, как я предложу. Ни черта не готовы! Вам нужно мое одобрение, а не решение! Я у вас вроде свадебного генерала, от которого требуется почетное присутствие». – Егор понимал, что мысли его злы и несправедливы. Но на справедливость, как и на обсуждение проблем, с которыми приперлась теща, он был не способен. Испортила чудный сон про любовницу!

– Что вы хотели, Тамара Геннадьевна? – спросил он, даже не пытаясь скрыть голосом раздражение. Помнил слова мамы, что теща оттирает внуков от его родителей.

В оттенках интонаций теща не разбиралась, для нее всегда главным было донести свою мысль. Навязчивая идея зудела в ней как чесоточный клещ.

– Егор, я не одобряю, если твои мама с папой поменяют квартиру. По себе знаю, каково это срываться с насиженного места. Но мы могли бы найти им квартиру поближе к нам, чтобы присматривать, и вообще было бы легче.

Эта была ее ораторская манера: «нет, но да», или: «нет, хотя с другой стороны». Мы, конечно, отклоним приглашение Толкуновых прийти к ним на юбилей свадьбы. После того как они сказали, что тараканы поползли по подъезду из нашей кладовки! У меня в кладовке никогда не было продуктов! Там лежали только старые вещи, лыжи, коньки, велосипеды и прочие несъедобные предметы. А у самих Толкуновых кладовка была забита мешками с крупами, сахаром и мукой. Мне Лиля сама хвасталась. Так чьи же тараканы? Впрочем, это дело прошлое. Их сын связался с дурной компанией, родители глубоко переживают. Лиля места себе не находит, Юра посерел лицом. Празднование юбилея для них – глоток чистого воздуха в смысле положительных эмоций. И если старые друзья-соседи не придут, праздник будет отравлен…

Таких «нет, но да…» – Егор за годы брака наслышался. Поначалу пытался объективно с тещей обсуждать, что весомее – «нет» или «да»? Потом понял – у нее ответ уже имеется. Нужно только помотать зятю нервы, чтобы он пришел к ее решению, снял с нее ответственность.

Есть французская поговорка: «Чего хочет женщина, того хочет бог». Великий Фрейд на закате своей врачебной практики, когда ему все уже было по барабану, когда честолюбие сдулось, и он был ближе к небу, чем к земле, признался, говоря о женщинах: «Я так и не понял, чего им надо». Казалось бы: женщина, скажи просто и ясно, чего тебе надо? Дорогая, любимая, единственная, поговори со мной на человеческом языке!

Фигу!

Они все время чего-то требуют, но не говорят, чего хотят на самом деле. По статистике большинство женщин не получают сексуального удовлетворения, не потому что фригидны, а потому что не говорят, как им нравится. Этакие партизанки в постели.

Французы со своим: «женщина что бог» – ловкачи, политесно выкрутились, подняв женщин до небес. Чего хочет бог, никому не известно. Пусть женщины желают, мы на них помолимся и продолжим заниматься своими делами. Состарившегося Зигмунда Фрейда, который «не понял», наверняка подмывало сказать: «Да пошли вы, бабы, к чертовой матери со своими закидонами!» Великий психиатр благоразумно не докончил фразы. Правильно сделал, ему же, то бишь его учению, в веках пребывать.