Огненное погребение - Владимир Нестеренко

КИТАЙ: Глаза!

Гитлер закрывает глаза и опускает голову, Китай бьет длинной очередью по свернувшей машине через лобовое стекло, перезаряжает автомат, два рожка примотаны друг к другу изолентой, в виде латинской V. Андрей через заднее боковое окно стреляет из ППШ, короткими очередями. Внезапно Китай роняет автомат и бьется в агонии, салон машины в крови, пуля попала ему в голову. Кабан перелезает на переднее сиденье, хватает автомат и стреляет по второй машине, разряжая магазин. Гитлер сбивает машиной человека с пистолетом, тот падает на капот, выронив оружие. Видно, что это не сотрудник милиции, это кавказец в темном спортивном костюме. От неожиданности Кабан выпускает из рук автомат, тот летит на дорогу. Машина с героями проезжает мимо третьей машины с охраной, съехавшей на обочину, Андрей разряжает в охранников магазин ППШ. Прорвавшаяся машина с героями скрывается за поворотом.

* * *

Ночь, поляна в лесу.

Машина, простреленная во многих местах, на переднем сиденье Китай, он мертв.

Возле машины стоят Гитлер, Андрей и Кабан. У их ног сумки с деньгами, канистра с горючим.

АНДРЕЙ: Пора.

ГИТЛЕР (заторможенным, бесцветным голосом): Погоди минуту. С детства вместе.

КАБАН: Не поможешь, валим.

ГИТЛЕР: Все, братан. Дома.

Андрей берет канистру, поливает бензином машину изнутри и снаружи. Кабан крестится.

ГИТЛЕР (достает зажигалку): Я сам.

Гитлер берет с заднего сиденья ППШ, кладет его на колени мертвому Китаю, затем поджигает пропитанный бензином омоновский берет, бросает горящий берет в машину, вспыхивает пламя. На секунду при вспышке бензина четко прорисовываются тени героев на земле, они необычны, тень Гитлера похожа на военнопленного, съежившегося от мороза, тени Андрея и Кабана – просто тени солдат, при оружии. Герои надевают сумки за ручки на плечи, как рюкзаки, и бегут в лес.

* * *

Лес. Андрей и Кабан, Гитлер бежит в нескольких шагах позади.

Герои бегут, переходят на шаг, снова бегут.

АНДРЕЙ: Саня, фарт кончился.

КАБАН: Уверен?

АНДРЕЙ: Да. Конец прухе.

Их догоняет Гитлер.

ГИТЛЕР: А была пруха?

АНДРЕЙ: Была. Саню встретил, вас нашел, оружие, границу перешли, машину взяли. На левой машине в Москве, все сделали, внагляк перли, считай.

КАБАН: Как в кино.

ГИТЛЕР: Что сейчас делаем?

АНДРЕЙ: Валим из Москвы, на восток, в глубинку.

КАБАН: На хуя? Давай обратно, в Крым.

АНДРЕЙ: Сейчас начнется. «Вулкан», «Набат», «Тайфун». Вычислят по «Калашу», откуда мы, хохлам сообщат, что террористы, те границу перекроют, в Крыму искать будут. Нет туда дороги.

ГИТЛЕР: Переждать надо. Лавэ есть, можно хоть год сидеть, на Урале.

КАБАН: Может, ко мне, в Пермь?

АНДРЕЙ: Подальше надо от родни.

КАБАН: Верно. А может, разбежимся?

АНДРЕЙ: Можно. Любку заберем, а там решим, кто куда. Сколько еще до твоего кента?

КАБАН: По прямой – километров сорок.

* * *

Место перестрелки на лесной дороге, много машин милиции, «скорая помощь», кинологи с собаками.

На обочине дороги лежат несколько трупов.

* * *

Лес. Андрей, Гитлер и Кабан. Андрей звонит по телефону.

АНДРЕЙ: Люба… Да, все хорошо… Собери одежду нашу… В одну сумку чтобы вошло, остальное выбрось по дороге… Да, закрывай хату и езжай по адресу (диктует адрес). На такси, с пересадкой. Это ферма, теплицы. Там все знают… Времени у тебя – десять минут. Телефон этот выбросишь, подальше от хаты. Приедешь – жди нас, до упора. Не бойся ничего… А что с ним делать? Пусть сидит… Помыла там? Особенно в ванной… Выключатели… Ну, давай, я тебя люблю. (Отсоединяя батарею у своего телефона.) Отключаемся. (Кабану.) Жаль, компаса не будет.

Гитлер и Кабан отсоединяют батареи у своих телефонов, Кабан, кроме того, вытаскивает батарею из коммуникатора. Андрей достает нож, режет себе руку, смешивает кровь с табаком из разломанных сигарет и красным перцем из пакета. Полученную массу разбрасывает по поляне.

* * *

Лес. Андрей, Гитлер и Кабан.

КАБАН: Здесь пакет новый.

АНДРЕЙ: Не важно. Телефон свой код передает.

КАБАН: Там программа, покер. За десять штук взял.

АНДРЕЙ: Саня?!

Кабан отдает свой коммуникатор, Гитлер ножом копает яму между корней дерева.

Сколько патронов?

ГИТЛЕР: Я не стрелял, полный.

КАБАН: Шесть (показывает дробовик).

ГИТЛЕР: У козлов взяли два «Макара». Полные.

В вырытую яму бросают телефоны, батареи, «Наган».

Кабан достает из кармана окровавленный нож и какой-то предмет, бросает в яму.

АНДРЕЙ: Это что?

КАБАН: Нос. Я забрал, чтоб не пришили. Пусть ему из уха нос лепят.

АНДРЕЙ: Замастырить надо.

КАБАН: Сейчас.

Кабан режет себе руку, как недавно Андрей, смешивает кровь с табаком и перцем. Закапывают и маскируют яму, берут сумки и бегут дальше, предварительно разбросав смесь по поляне.

* * *

Ферма. Раннее утро. По территории ходят люди, началась работа.

У ворот фермы стоит Люба, рядом большая сумка.

Камера смотрит на ворота фермы в очень плохой, мутный бинокль, точнее, монокуляр.

Андрей убирает от лица крохотный, не больше зажигалки, умещающийся в кулаке оптический прибор.

Герои лежат на небольшом холме, у подножия вышки высоковольтной передачи.

АНДРЕЙ: Одна.

ГИТЛЕР: Я схожу?

АНДРЕЙ: Давай.

Гитлер досылает патрон в патронник ТТ, засовывает пистолет за пояс.

Форму сними.

Гитлер снимает милицейскую куртку, Кабан отдает ему свою, черную, охранника. Гитлер срывает шеврон с рукава. Надевает черную куртку и приобретает вид сельского мужика, в камуфлированных штанах и грязной черной куртке, не по размеру. Переодевшись, спускается с холма и скрывается в лесу. Лес, Гитлер пробирается между деревьями, время от времени останавливается и прислушивается. У дороги он приседает в кустах, долго осматривается, затем выходит из кустов, свистит и знаками показывает Любе, чтобы она перешла дорогу и подошла к нему. Люба берет сумку и идет в лес.

* * *

Дом во Владимире.

Мать Любы стоит у стола, окна занавешены, свет только от трех свечей, стоящих на столе и образующих равносторонний треугольник.