Девочка и ветер - Драган Мияилович

Ангелина вернулась в гостиную, присела на край дивана и тонкими детскими пальчиками начала гладить отца по голове. Она долго игралась с кудрявыми прядями его волос, а потом нежно, будто дует на цветок одуванчика, поцеловала его в небритую щеку.

– Папа, просыпайся! Посмотри, сколько уже времени! – проворковала она, ласкаясь.

– Это ты, Ангелина? Иди к маме на кухню, она даст тебе шоколад, который я для тебя купил. Дай мне еще немного поспать, – растягивая слова, пробормотал Стефан, возвращаясь в прежнее положение.

Девочка потом еще долго не отводила глаз от него, воспринимая возвращение отца как подарок судьбы, как какую-то космическую лотерею, как будто она выиграла исполнение самого заветного желания. «Мы снова будем одной семьей!» И когда снова кто-нибудь спросит: «А где твой папа?», она уверенно ответит: «Да там он, дома спит».

Через полуоткрытую балконную дверь потянуло сквозняком, защекотав ее по ступням, и Ангелина погрузилась в мечтания, представляя как добрый легкий ветерок на своих крыльях несет отца и мягкой, словно из лебяжьего пуха, рукой опускает его на диван в комнате матери.

Из ванной все еще доносился звук воды. Переполненная каким-то неописуемым и редко испытанным счастьем, Ангелина просто слетела вниз по ступенькам, чтобы сообщить бабушке Марии радостную весть. В руке она держала шоколад, который нашла на кухонном столе, подняла его высоко над головой, словно какой-то долгожданный и наконец-то полученный трофей, и прямо от дверей звонким голосом отрапортовала:

– Смотри, что я получила!

– Откуда это у тебя?

– Бабушка, папа спит! Кажется, они помирились!

Темная тень пробежала по лицу Марии. Она глубоко вздохнула: «Неужели снова?! Боже, в чем я перед тобой согрешила?» Она села на стул и взяла девочку на колени, обняв ее за талию. Касаясь губами золотистых шелковых волос, она долго молчала, вдыхая запах шампуня, он всегда вызывал у нее воспоминания о детстве и аромате ромашки в саду у дедушки в Липолисте[24], откуда тянутся ее корни по материнской линии.

Девочка выскользнула из ее объятий и, стоя перед ней, заглянула прямо в глаза:

– Бабушка, ты что, не радуешься, что они помирились?

– А чему радоваться? Когда это из несчастья рождалось счастье?

– Но я же счастлива?! Я буду жить и у тебя, и у них. Все мы будем рядом и вместе.

– Пускай бы он шел своей дорогой! Он – архитектор всех наших мучений: и моих, и твоих, и Иваниных. Ты мне лучше скажи, как они вдвоем выглядели? Как себя вели?

– Нормально. Папа спал, а мама мылась в душе.

– Спал до обеда? Ничего себе!

А в это время, на расстоянии нескольких сотен метров, кто-то настойчиво звонил в дверь квартиры Иваны. Она как раз закончила купание и, накинув банный халат на голое тело, открыла дверь. Заметно рассерженный из-за долгого ожидания, Мамука спросил ее обиженным тоном:

– Сколько надо звонить, чтобы ты открыла?

– Я купалась. Не могу быть одновременно в двух местах.

Растерянная от неожиданного прихода, она даже не успела предупредить его о присутствии Стефана, а он сразу же направился в гостиную. Там, к своему величайшему удивлению, он обнаружил Стефана, босоногого и волосатого. Тот спал на диване, который он купил для Иваны два месяца назад. Мамука почувствовал, как в нем вскипает ревность, набрав в легкие побольше воздуха, он направился на кухню, где Ивана варила кофе.

– Что это за тип? – Он смотрел на нее строго и испытующе.

– Мой бывший муж. Отец Ангелины, – наблюдая за насупившимся Мамукой, лопающимся от злости, она чуть было не покатилась со смеху, но собрала все силы в кулак и воздержалась.

– Что ему здесь надо?

– Он остался без квартиры. Ему негде спать, поэтому временно он поживет у меня. Что ты волнуешься? Что в этом плохого?

– Я не желаю больше его здесь видеть! Тебе понятно? – взвизгнул Мамука.

– Кто ты такой, чтобы решать, кого мне принимать у себя в квартире, а кого нет?!

– Я – твой муж!

Разбуженный голосами, Стефан с ленцой потянулся и, в одних трусах, направился на кухню. Скрестив разукрашенные татуировками руки, он по-хозяйски встал в дверном проеме.

– Какие-то проблемы? – тоном защитника обратился он к Иване.

– Никаких, – скрывая улыбку, ответила Ивана.

– Что тебе здесь надо? – Стефан подошел к Мамуке, щелкнув его пальцем по носу.

– Я – ее муж, – смущенно пробормотал Мамука.

– Ты – муж? Ты вообще не похож на мужа, – Стефан схватил его рукой за край воротника под кадыком, насмешливо наблюдая, как тот заливается краской. – Если еще раз тебя здесь застану, я покажу тебе, как выглядит муж. Все кости тебе переломаю.

– Оставь его в покое, – Ивана попыталась урегулировать ситуацию.

– Дверь – там! – Стефан показал указательным пальцем на выход и с треском захлопнул дверь за насмерть перепуганным соперником.