Изгои - Сьюзан Хинтон

Тут до меня дошло, что это значит.

– Получается… – я громко сглотнул, – что они хотят нас с Газом по приютам распихать или еще куда?

Стив старательно зачесывал волосы назад, так чтобы завитки покрасивее ложились.

– Типа того.

Я так и сел, голова пошла кругом. Нельзя, чтобы нас упекли в приют. Только не теперь, когда у нас с Дэрри все наладилось, не теперь, когда на носу большой схлест и мы раз и навсегда разберемся с этой историей про грязеров и вобов. Не теперь, когда мы так нужны Джонни, а Далли в больнице и на схлест не придет.

– Нет, – сказал я, и Смешинка, оттиравший яйцо с часов, обернулся и поглядел на меня.

– Чего – нет?

– Нет, ни в какой приют они нас не отправят.

– Насчет этого ты не волнуйся, – сказал Стив, самонадеянно полагая, что уж они-то с Газом с чем хочешь справятся. – С героями так не поступают. А где Газ и Супермен?

Больше он ничего не успел сказать, потому что Дэрри, одетый и свежевыбритый, возник у него за спиной и сначала поднял его, а потом уронил на пол. Мы все хоть раз да называли Дэрри «качком» или «суперменом», но Стив однажды неосторожно сказал, что у Дэрри «сила есть, ума не надо», и Дэрри тогда ему чуть челюсть не сломал. Больше Стив ничего такого не говорил, но Дэрри ему этого так и не простил, Дэрри до сих пор переживал, что не поедет учиться в колледж. Я тогда, кстати, впервые видел, чтоб Газ разозлился на Стива, хотя Газу это все образование до лампочки. В школе ему было скучно. Там же ничего не происходит.

На кухню вбежал Газ.

– А где голубая рубашка, которую я вчера постирал.

Он отхлебнул шоколадное молоко прямо из пакета.

– Ты уж прости, дружище, что напоминаю тебе об этом, – сказал Стив, который так и остался лежать на полу, – но на работу надо приходить в одежде. Типа даже закон такой есть.

– А, ну да, – сказал Газ. – И белые джинсы мои где?

– Я погладил. В моем шкафу лежат, – сказал Дэрри. – Поторопись, не то опоздаешь.

Газ убежал обратно, бормоча:

– Тороплюсь, тороплюсь.

Стив пошел за ним, и уже через секунду в гостиной начался какой-то балаган и битва подушками. Я рассеянно глядел, как Дэрри ищет в холодильнике шоколадный торт.

– Дэрри, а ты знаешь про суд по делам несовершеннолетних? – выпалил я.

Не оборачиваясь, он ответил ровным голосом:

– Да, копы мне вчера вечером сказали.

Он, значит, понимал уже, что нас могут разлучить. Мне не хотелось его еще больше беспокоить, но я сказал:

– Мне вчера опять тот сон снился. Который я даже вспомнить не могу.

Дэрри резко обернулся, я увидел, что он по-настоящему испугался.

– Правда?

Накануне похорон мамы и папы мне приснился кошмар. Мне и раньше снились кошмары и всякие страшные сны, когда я был маленький, но такого не было никогда. Проснувшись, я орал так, будто меня режут. И я никогда не мог вспомнить, что же именно меня так напугало. Газировка с Дэрри пугались не меньше моего. Потом я каждую ночь много недель подряд просыпался с криками или в холодном поту. И ни разу не вспомнил, что я видел во сне. Тогда Газ стал спать вместе со мной, и кошмары стали пореже, но все равно никуда не делись, и Дэрри даже отвел меня к врачу. Врач сказал, что у меня очень бурное воображение. Лекарство он посоветовал простое: больше учиться, больше читать, больше рисовать и почаще играть в футбол. Обычно, наигравшись в футбол или просидев часов пять за книжками, я так выматывался – и умственно, и физически, – что спал вообще без снов. Но Дэрри так и не успокоился насчет этого, и то и дело спрашивал, не снились ли мне кошмары.

– Очень страшный? – спросил Смешинка.

Он знал эту всю историю, и его это все очень интересовало, потому что ему самому снились одни блондинки.

– Нет, – соврал я.

Проснулся я в холодном поту, меня всего трясло, но Газ дрых и ни на что не реагировал. Я просто подполз под его руку, да так и пролежал, дрожа, пару часов. После кошмара мне всегда было дико страшно.

Дэрри хотел что-то сказать, но тут вошли Газ со Стивом.

– Знаете что? – сказал Газировка, что называется, в зал. – Когда мы как следует отлупим этих вобчиков, мы со Стиви закатим большущую вечеринку и все знатно нагрузимся. А потом погоним вобов до самой Мексики.

– И где ж ты деньги возьмешь, малышок? – Дэрри нашел торт и раздал всем по куску.

– Что-нибудь придумаю, – жуя, заверил его Газировка.

– А Сэнди пригласишь? – спросил я, просто чтобы сказать что-нибудь.

И разом стало тихо. Я огляделся.

– Что не так-то?

Газировка уставился в пол, уши у него покраснели.

– Нет. Она уехала жить к бабке, во Флориду.

– Это еще почему?

– Слушай, – вдруг разозлился Стив, – тебе, что, на пальцах объяснять надо? Или это, или замуж, а ее родители чуть в окно не выпрыгнули, представив, как она выходит замуж за шестнадцатилетнего пацана.

– Семнадцатилетнего, – тихо сказал Газ. – Мне через пару недель будет семнадцать.

– А-а, – смущенно сказал я.

Газ, конечно, не был невинным ребенком, в компании других парней он своими победами всегда похвалялся так же громко, как и все остальные. Но про Сэнди он всегда молчал. Ни разу он не сказал ничего про Сэнди. Я вспомнил, как сияли ее голубые глаза, когда она смотрела на него, и мне стало ее очень жаль.

– Ох, не хочется мне тебя одного оставлять, Понибой, – протянул Дэрри. – Может, мне отпроситься на сегодня?

– Я и раньше один дома оставался. Отпрашиваться тебе нельзя, дорого выйдет.

– Ну да, но ты только что вернулся, мне бы надо остаться…

– Я с ним посижу, – сказал Смешинка, увертываясь от моих кулаков. – У меня других дел нет.

– На работу не хочешь устроиться? – спросил Стив. – Можно работать и себя содержать. Не приходила тебе такая мысль в голову?

– Работать? – ужаснулся Смешинка. – И всю репутацию себе испортить? Я бы и с малышом сидеть не стал, если б по субботам какие-нибудь приличные ясли были открыты.

Я выдернул из-под Смешинки стул и напрыгнул на него, но он вмиг меня скрутил. Мне дыхалки не хватало. Надо с курением полегче, а то в следующем году не видать мне забега.

– Сдавайся!

– Фигу, – вырываясь, сказал я, но в этот раз сил у меня не было.

Дэрри натягивал куртку.

– Так, вы двое, помойте посуду. Если хотите, можете в кино сходить, перед тем, как пойдете в больницу к Далли и Джонни. – Он помедлил, глядя, как Смешинка выжимает меня как тряпку. – Смешинка, а ну, отстань от него. Вид у него не очень. Понибой, ты выпей пару таблеток аспирина и давай полегче. Выкуришь сегодня больше пачки, я с тебя шкуру спущу. Ясно?