Изгои - Сьюзан Хинтон

Почти всю дорогу домой я молчал. Думал про схлест. В животе у меня все сжималось, и совсем не от того, что я заболел. Я чувствовал себя так же беспомощно, как в ту ночь, когда Дэрри наорал на меня за то, что я заснул на поле. Мне, как и тогда, стало до смерти страшно, что снова случится что-нибудь такое, чего никто из нас не сможет предотвратить. Когда мы вылезли из автобуса, я наконец сказал об этом вслух.

– То, что сегодня будет… мне это все совсем не нравится.

Смешинка прикинулся, будто ничего не понял.

– А раньше ты перед схлестом не трусил. Даже когда совсем крохой был.

Я понимал, что он меня заводит, но не повелся.

– Я не трус, Смешинка Мэтьюс, и ты сам это знаешь, – сердито ответил я. – Что я, не Кертис, что ли, не брат Газа и Дэрри? – Этого Смешинка не мог отрицать, и я продолжил: – Просто у меня какое-то дурное предчувствие, будто что-то случится.

– Что-то случится. Мы взгреем вобов как следует, вот что случится.

Смешинка понял, что я имел в виду, но упорно притворялся, что не понимает. Он как будто верил, что если сказать, что все нормально, все и станет нормально, как бы оно ни было. Он всю жизнь такой был, и не думаю, что он переменится. Газировка меня бы понял, и мы бы с ним вместе попытались бы что-то придумать, но Смешинка – это не Газ. И рядом не стоял.

Черри Баланс сидела в своем «корветте» возле нашего поля. Свои длинные волосы она собрала в пучок, и при дневном свете казалась даже еще симпатичнее. Ну и кейфовая же машина этот «стингрей». Ярко-красная. Модная.

– Привет, Понибой, – сказала она. – Привет, Смешинка.

Смешинка остановился. Значит, Черри уже приезжала сюда, пока мы с Джонни были в Виндриксвилле.

– Какие новости от важных шишек?

Она затянула тесемки на куртке.

– Они вас не обманут. Никакого оружия, все по-честному Играют по вашим правилам.

– Точно?

Она кивнула.

– Мне Рэнди сказал. Он знает.

Смешинка развернулся и пошел к дому.

– Спасибо, Черри.

– Понибой, погоди минутку, – сказала Черри. Я развернулся, подошел к машине. – Рэнди на схлест не пойдет.

– Угу, – ответил я. – Знаю.

– Он не боится. Ему просто надоело драться. Боб… – она сглотнула, тихо договорила, – Боб был его лучшим другом. С первого класса.

Я подумал про Газа со Стивом. А что если бы кого-то из них убили на глазах у другого? Завязали бы они из-за этого с драками? Нет, подумал я, ну, может, Газ и завязал бы, но уж не Стив точно. Он бы так и дальше ввязывался бы в драки и всех ненавидел. Может, Боб повел бы себя так же, если б вместо него убили Рэнди.

– Как Джонни?

– Не очень, – сказал я. – Навестишь его?

Она покачала головой.

– Нет. Не могу.

– А почему нет-то? – спросил я.

Это ж самое меньшее, что она могла сделать. Ведь это ее парень всю эту кашу заварил… и тут я осекся. Ее парень…

– Я не могу, – сказала она тихим отчаянным голосом. – Он убил Боба. Да, может, Боб сам на это напрашивался. Я знаю, так оно и было. Но я даже глядеть не могу на человека, который его убил. Ты его знал только с плохой стороны. А он иногда бывал милым и приветливым. Но когда напивался… в таком состоянии он и избил Джонни. Я сразу поняла, что это Боб, когда ты мне рассказал про Джонни. Он так гордился своими кольцами. И как мальчишкам вообще продают спиртное? Как? Я знаю, что по закону это запрещено, но ведь они все равно его как-то добывают. Не могу я пойти к Джонни. Знаю, что мне еще рано влюбляться и все такое, но Боб был особенный. Не просто какой-нибудь там парень. Что-то в нем было такое, отчего люди тянулись за ним, чем-то он отличался, выделялся из толпы. Понимаешь, о чем я?

Я понимал. Именно это Черри и увидела в Далласе. Поэтому-то и боялась с ним встречаться, боялась полюбить. Да уж, все я понимал. И понимал, что она не пойдет к Джонни, потому что он убил Боба.

– Да нормально все, – резко сказал я. Джонни не виноват, что Боб напивался как свинья и что Черри тянуло к парням, от которых одни проблемы. – И мне не очень хочется, чтобы ты с ним виделась. Ты и своих предаешь, и с нами знаться не желаешь. Думаешь, если ты для нас шпионишь, то никто не заметит, что ты разъезжаешь на «корветте», а моему брату пришлось школу бросить и пойти работать? И не смей нас жалеть. Не смей нам тут одолжения делать, а потом нос перед нами задирать.

Я хотел было развернуться и уйти, но увидел лицо Черри и остановится. Мне стало стыдно – не выношу, когда девчонки плачут. Она не плакала, но явно чуть не расплакалась.

– Я к вам не из милости пришла, Понибой. Я просто помочь хотела. Ты мне сразу понравился… из-за того, как ты говорил. Ты очень милый мальчик, Понибой. Ты хоть понимаешь, как редко теперь такого милого мальчика можно встретить? Ведь и ты тоже бы мне помог, разве нет?

Помог бы. Если б надо было, помог бы и ей, и Рэнди.

– Слушай, – вдруг сказал я, – у вас там, на западной стороне, закат нормально видно?

Она удивленно заморгала, потом улыбнулась.

– Нормально.

– На восточной его тоже видно хорошо, – тихо сказал я.

– Спасибо, Понибой, – она улыбнулась сквозь слезы. – Все ты понимаешь как надо.

Глаза у нее были зеленые. Я развернулся и медленно пошел домой.