Как общаться с вдовцом - Джонатан Троппер

— К чему?

Она улыбается широко, словно ведущая ток-шоу.

— К жизни!

Клэр выжидающе смотрит на меня.

— Что ты несешь? — недоумеваю я.

— Так, Дуг. Вот что я обо всем этом думаю, — продолжает она, многозначительно поглаживая себя по животу. — Скоро я подарю жизнь новому человеческому существу, которое сейчас сидит у меня вот тут. Более того, я сделаю это, практически не прилагая сознательных усилий, согласен? Если я за девять месяцев могу создать абсолютно новую жизнь, то, думается мне, если постараться, за то же время мы можем вернуть к жизни тебя.

Я поднимаю на нее глаза.

— Это так просто.

Ее взгляд открыт и полон решимости.

— Настолько просто, насколько ты сам того захочешь.

— Я не знаю, чего я хочу.

Она кивает.

— В этом-то вся прелесть: у тебя есть сестра-близнец, которая знает тебя лучше, чем ты сам. Я знаю за тебя. Если бы тебе была нужна пересадка почки или печени, то лучше меня не было бы донора, потому что внутри мы одинаковые. Здесь применим тот же принцип. Я разделю с тобой свое сердце, пока твое снова не начнет биться.

— Так что ты все-таки предлагаешь?

— Ты должен полностью мне довериться и согласиться делать все, что я скажу.

— Ну конечно.

— Дуг, я серьезно. Ты так погружен в скорбь о Хейли, что тебе некогда подумать о чем-то еще. Но умом ты понимаешь, что пора снова начать жить. Будь умницей: разреши тому, кому ты доверяешь, сделать все за тебя.

— И что же ты собираешься делать: отправлять меня на свидания вслепую?

Она наклоняется вперед и смотрит мне в глаза.

— Я собираюсь заставить тебя делать то, что, как мне кажется, делал бы ты прежний.

— Но я уже не я.

— Ты уже никто.

Мы долго смотрит друг другу в глаза. Как всегда, она выигрывает.

— Что мне надо будет сделать? — спрашиваю я.

— Две вещи, — отвечает она. — Первая — самая трудная.

— И что же это такое?

Она подвигается, садится мне на ноги, буквально придавив меня к кровати, и кладет руки мне на плечи; ее лицо всего в нескольких сантиметрах от моего.

— Ты должен мне сказать, что ты хочешь этого.

— Что я хочу чего?

— Что ты хочешь вернуться к жизни, согласен меньше грустить, намерен жить дальше и тебе просто нужна помощь, чтобы начать. Что ты готов, по крайней мере, допустить, что когда-нибудь снова будешь счастлив.

— Ну разумеется, я этого хочу.

— Так скажи это.

— Зачем?

— Потому что тебе нужно это услышать.

— Клэр… — я отворачиваюсь.

Клэр берет меня за подбородок и заставляет смотреть ей в глаза.

— Не спорь со мной.

— Ладно, — сдаюсь я. — Я хочу вернуться к жизни. Я хочу снова быть счастлив, по крайней мере иногда. Если честно, я не знаю, готов ли я жить дальше, но я знаю, что я этого хочу. И… — у меня перехватывает горло, но я пересиливаю себя. — И я не знаю, как это сделать.

Клэр нежно проводит мизинцем по моей щеке, смахивая слезинку; я и не подозревал, что плачу. Потом она целует кончик своего мокрого пальца.

— Хорошо, — весело ухмыляется она. — Годится.

— А второе?

— Что, прости?

— Ты сказала, что мне надо сделать две вещи.

— Ах да, — вспоминает Клэр. — Второе. Это очень просто.

— Ну?

— Просто согласись.

— На что?

— На все.

— На все?

— Именно, — подтверждает она, слезая с кровати. — На все. Последний год ты только и делал, что отказывался от всего и вся, что было в твоей жизни, и чего ты добился?

— Я не отказал Лейни Поттер.

— И поэтому переспал с ней. А представь, что было бы, если бы ты чаще соглашался.

— Не знаю, смогу ли я справиться с волнением.

— Вот и выясним. Новое правило: просто соглашайся.

— Я думал, что для тебя правила ничего не значат.

— Значат, если это мои собственные правила. Хватит вилять, соглашайся.

— Могу ли я доверить мою жизнь тому, кто так эффектно ломает свою?

— Несомненно! — горячо уверяет она. — Я не ломаю, а строю. И хотя человеку неподготовленному может показаться, что это одно и то же, уверяю тебя, результат абсолютно другой.

— Мне кажется, Стивен так не думает.

Клэр пожимает плечами.

— Что тут скажешь? Не разбив яиц, омлет не приготовишь. Хватит менять тему, обо мне мы поговорим потом. Так ты согласен или нет?

Я вспоминаю, каким был вчера за ужином отец — улыбчивым, в здравом рассудке, счастливым от того, что вокруг сидят его несчастные запутавшиеся дети. Я вспоминаю, как Дебби плакала у него на плече, а мать следила за ним взглядом, когда он танцевал. Я вспоминаю, как Хейли долго-долго целовала меня на чертовом колесе, а сумерки окутывали нас, словно теплое одеяло.

— Я согласен, — отвечаю я.

— Вот и хорошо, — резюмирует Клэр с озорной улыбочкой. — Договорились.

— И что теперь?

— Натягивай на свою тощую задницу портки и дуй в рэдфордскую городскую среднюю школу.

— Какого черта?

— Оттуда звонили час назад. Расс подрался. Его на время исключили из школы.

— Черт. Почему же ты раньше не сказала?

— Вопрос был на повестке дня. Теперь и до него дошла очередь.

— А почему они не позвонили Джиму?

— Ладно, — раздраженно говорит Клэр. — Начинаем сначала. Тебе звонили из школы, потому что Расса временно исключили. Хотят, чтобы ты за ним приехал. Ты едешь?

Она сверлит меня свирепым взглядом.

— Да, — отвечаю я.

Она наклоняется и целует меня в щеку.

— Правильный ответ, — бросает она, направляясь к двери. — Ведь нетрудно, правда?