Один момент, одно утро - Сара Райнер

– Да что ты, я не собираюсь разбивать ей сердце! – протестует Лу.

Хотя она отчасти польщена тем, что Вик считает ее способной на такое, но подлость с женщинами – не ее стиль. По правде сказать, обычно это ее обижают, а не наоборот.

– Ладно, – смягчается Вик, – посмотрю, что тут можно сделать. Только скажи лучше, когда ты бываешь свободна.

– В пятницу вечером? – в надежде спрашивает Лу. Она не уверена, что Вик устроит все так скоро.

– Хм-м-м, в общем, это вполне возможно…

Вик играет с ней, Лу слышит по ее тону. Ей это очень нравится. Слава богу, Лу сказала матери, что не может приехать до субботы.

– Почему бы вам не приехать в Брайтон? – в нетерпении предлагает она. – Мы можем куда-нибудь сходить.

– Ну… Я собиралась в квартире кое-что подкрасить – хочу подновить немного для гостей. А поскольку ты меня подвела, не уверена, что мне нужно тебе во всем уступать…

– Ой, Вик, честно! С каких это пор ремонт у тебя на первом месте?

Квартира у Вик – свалка мусора, она прожила в ней почти десять лет и вряд ли за это время мыла там пол, не то что красила что-то.

– Да и все равно, не лучше ли покрасить после дня рождения? Свежую краску могут повредить.

– Может быть, в этом есть резон, – соглашается Вик. – Впрочем, я не собираюсь напиваться – у меня на следующий день гости.

– Нет, нет, напиваться не будем, – заверяет ее Лу, хотя и знает, что Вик точно напьется.

– И нужно пригласить кого-нибудь еще. Я не хочу надевать свой колючий зеленый костюм лишь для вас двоих. Мне-то будет не очень весело.

– Ладно. – Лу старается что-нибудь придумать. Подобрать подходящую кандидатуру не так просто: многие ее друзья имеют пару, а другая пара может обострить в Вик чувство своей исключительности. К тому же у Вик крутой нрав, некоторые ее не такие шумные одинокие друзья находят ее подавляющей.

– Как насчет Хоуи? Ты с ним встречалась – на том «Загадочном убийстве»[15], помнишь? Хоуи живет неподалеку, и есть шанс до него добраться, тем более что он только что прогнал своего бойфренда, с которым жил несколько лет, и поэтому в настоящий момент ищет общения.

– Давай я сначала спрошу Софию, а потом уже ты поговоришь с ним. Даже если она свободна, она может не захотеть тащиться в Брайтон.

Вполне может получиться и так.

– Конечно, хорошо. Вопрос остается открытым, пока ты мне не сообщишь. А теперь мне нужно спешить – вот-вот должен прийти следующий ученик.

* * *

– Ладно, дети, – говорит Карен, подходя к телевизору.

Люк и Молли сидят на диване, болтая ногами: их ножки еще не достают до пола, и как в гипнозе смотрят на заключительные титры «Доры».

– Серия закончилась, так что теперь давайте выключим телевизор.

Карен решительно подходит к телевизору.

– Ай! – кричит Люк.

– Послушай, Молстер. Люк и бабушка едут попрощаться с папой. И мы тоже можем поехать, но только если ты хочешь. И тебе нужно выслушать меня очень внимательно, прежде чем ты решишь, как поступить.

Но Молли сидит молча, вытаращив глаза. На ее личике – так душераздирающе напоминающем Саймона – то же озадаченное выражение, что и все утро. Карен не знает, понимает ли она, или просто для нее это чересчур.

– Папу скоро похоронят, – объясняет Карен.

– Но не в саду, – серьезно напоминает Люк.

– Нет, не в саду. И когда его будут хоронить, он будет в специальном ящике, который называется «гроб».

– Как Чарли? – Они похоронили Чарли в большой коробке от обуви.

– Да, пожалуй, ты права. Гроб немного похож на ту коробку. В любом случае, когда вы увидите папу в специальном ящике, он будет не такой, каким вы привыкли его видеть. Он будет как Чарли, когда тот умер. И хотя вы сможете что-то сказать папе и попрощаться с ним, он не сможет ничего вам ответить, потому что папа отправился… – Она запинается, а потом использует единственное слово, которое кажется подходящим –…на небеса.

– На небо, – кивает Люк.

– Да. И то, что мы увидим, – это лишь часть папы, а не весь он.

Молли как будто встревожилась.

– У него не будет каких-то частей? Как у принцессы Авроры?

Принцесса Аврора – любимая игрушка Молли. Но у куклы давно сломался шарнир на бедре, поэтому осталась лишь одна нога.

– Нет, нет, – поправляет ее Карен. – Он будет весь целиком, ничего такого. Просто там будет только его тело, а не его сущность.

Как только она выговорила это, тут же поняла, что это слишком взрослое слово для Молли.

Но Молли как будто поняла смысл сказанного.

– Я тоже хочу попрощаться, – заявляет она.

– Ты уверена? Нам не обязательно ехать. Мы с тобой можем остаться здесь и – ну, не знаю, – Карен вылавливает идею из воздуха, – делать печенье. Тогда Люк и бабушка смогут отведать его, когда вернутся.

Молли качает головой.

– Я хочу поехать с Люком и бабушкой.

Насколько Карен может судить, она поняла, о чем речь.

– Ладно, тогда решено. Кто моя прекрасная девочка? – Она берет малышку с дивана, обнимает и целует.

Но когда наклоняется, чтобы поворошить каштановые волосы Люка, видит, что теперь он выглядит обеспокоенным.

– В чем дело? Тебя тревожит поездка?

– Мама, а папе будет хорошо в ящике от обуви?

Она понимает ход его мыслей. Мысль о том, каково будет Саймону в твердой, мерзлой земле, беспокоит и ее тоже.

А Люк продолжает:

– Когда мы хоронили Чарли, мы дали ему его любимый коврик.

– Ах, да.

Спаси его Бог, он все еще проводит параллель с Чарли.

– Думаешь, будет лучше, если мы дадим ему что-нибудь, чтобы ему было уютнее, милый?

Однако они не могут положить в гроб коврик с кошачьей шерстью, и она пытается придумать, что можно сделать вместо этого.

Но пока Карен думает, Люк вскакивает на диван:

– Я знаю! – и выбегает из комнаты.

Молли вырывается из рук Карен, соскальзывает на пол и бежит за старшим братом.

Слышен топот ножек по лестнице. Карен слышит, как Люк что-то говорит Молли, а та отвечает. Через пару минут оба возвращаются. Увидев, что у них в руках, Карен едва сдерживается, чтобы не заплакать.

Это Синий крокодил и принцесса Аврора.