Средняя Эдда - Дмитрий Захаров

Светлана Геннадьевна заливисто расхохоталась.

– Прогулки под луной – это в другой раз.

Позвонил Слава. Он говорил громко, перекрикивая сирену – видимо, ехали с мигалкой.

– Ты в префектуре? – спросил он. – Мы с титаном подъезжаем минут через пятнадцать. Организуйте там встречу.

Не успел, подумал Георгий. Думал аккуратно объяснить после переговоров – в каком состоянии Махин. Чтобы, может, его коляску занести помогли. Чтобы в обморок не попа́дали и не распространялись потом.

– Встречать надо? – угадала Светлана Геннадьевна.

– Именно так, – признался Георгий. – И я хотел бы попросить некоторой… м-м-м… помощи. Видите ли, Виктор Николаевич сейчас проходит курс реабилитации, ему не рекомендовано вставать на левую ногу…

– Вы имеете в виду, что он на коляске? – изогнув бровь, спросила хозяйка. – Это мы знаем. Или хуже стало? В кому, что ли, впал?

– Нет, слава богу, – ошарашено сказал Георгий.

– Свят-свят, – согласилась Светлана Геннадьевна, крестясь на Благовещение.

Она сняла трубку служебного телефона.

– Сережа, скажи протоколу, чтобы вынесли Махинский раскладной пандус и приглушили свет в холле. Лишних там уберите всех. Сам проследи, пожалуйста. И прямо к Роману Евгеньевичу его, в дальний кабинет.

– Что-то еще? – обратилась она к Георгию тем иронично-фривольным тоном, по которому нельзя было наверняка сказать, какое именно «еще» Светлана Геннадьевна имеет в виду.

– Вы не беспокойтесь, – сказал Слава Лидии, помогая ей сесть в машину, – всё будет нормально. Он подустал сегодня просто.

– Ваша помощь была очень кстати, Славочка.

Слава убеждал, что никакая это не помощь. Георгий же держал дверцу, стараясь не сыграть лицом чего лишнего. После того, как Махин отключился и рухнул на стол, они вместе с местными вытащили его в холл, а потом еще помогали парням из реанимационной бригады спускать титановую коляску.

Когда машина кандидата в депутаты и его спутников отвалила от берега, Георгий выругался.

– Вот ты считаешь, нормально, что он будет вице-спикером? – зло выкрикнул он Славе.

– В смысле, что на колесах?

– На капельницах!

– Это одно и то же. А что, собственно, тебя смущает, старик?

– Я всегда думал, – сказал Георгий, прохаживаясь, – как там советское политбюро вообще копошилось? Они же были совершенно выжившие из ума дряхлые зомби. Они подтираться-то с трудом могли, не то что рулить миром. С нашим титаном та же фигня – он же совсем развалина. Гриб, проросший на овоще!

– Да ничего подобного, – отмахнулся Слава, – какой он – вообще без разницы. Можно подумать, вице-спикеры что-то решают. Можно подумать, Дума что-то решает. Откуда эти фантазии в твои годы? Мы провожаем заслуженного пенсионера в страну вечной охоты. Он там еще чуть-чуть постреляет в бумажного тигра и баиньки – в колумбарий. А за то время, что он под ружьем, родственники настреляют себе чего-нибудь пригодного в хозяйстве. А может, и нам тоже. Ас же не дурак в эту историю вписываться.

– Родственники у него, конечно…

– Они же не под капельницей.

Георгий вспомнил, как Подберезкин заглатывает мясо.

– Не знаешь, кого и выбрать.

– Выбрать надо титана, – усмехнулся Слава и его очочки зло блеснули. – А то, что и он, и домашние его – конченые мудаки, – радуйся. Были бы они мисс обаяние, мы бы сидели без работы. А так – ты ездишь на «ровере», трешь с разными умными людьми – взять хоть меня – за жизнь, и у тебя еще есть время корчить лицо писей. Если не хочешь радоваться, то воспринимай это как наказание за наши грехи. Кто мы, чтобы оспаривать решения Его, старик?

– Эко тебя повело, – с уважением заметил Георгий. – Ты сам что ли на колесах?

– Вот еще, просто выпил. Будешь, кстати?

Георгий решил пойти к Диме Борисову – эксперту Конюшни по борьбе с современным искусством. Именно он составлял Асу дэдпул по новым картинкам и даже прогнозировал, когда могут появиться новые.

Дима, у которого по кабинету были развешаны плакаты «Культурного сопротивления», за что вообще-то можно и срок схлопотать, выслушал историю про новый чиновничий культ без особого удивления.

– Распространенная дурь, – сказал он. – Как президентский охранник прыгнул с моста через две недели после «Покемонов», так и поехало. А ты теперь собираешь городской фольклор?

– Да нет, – досадливо поморщился Георгий, – это всё кампания Махина. Заказчики хотят в картиночку.

– Заказчики? Серьезно?

– Ну, скажем так, созаказчики.

– Пожелай им удачи в бою.

– Слушай, – с воодушевлением начал Георгий, в этот момент сам веря в свои слова, – у тебя же есть выходы на людей типа этого граффитиста? Ты даже не отвечай, я сам знаю.

Дима постучал пальцем по виску и красноречиво стрельнул глазами в сторону камер.

– Да это для дела, Ас в курсе.

– Прямо в курсе?

– Ну, будет в курсе, я не был на приеме еще.

– Давай всё же на улице.

Они вышли из здания (двухэтажная конюшня в усадьбе надворного советника Самсонова, начало XIX века, объект исторического наследия, охраняется законом), и пошли вдоль Пречистенки в сторону ХХС. Дима молчал.

– На Махинской кампании мне нужна помощь управы, – пояснял Георгий, – а в управе, вот видишь, сидят язычники.

– Это всё очень интересно, – отозвался Дима. – И причем здесь я?

– У тебя есть выходы на разных фриков, – сказал Георгий, – которым тут даже не надо прибиваться к Красной площади. Нарисовали, отсняли – выложили, и по домам. Дим, ну очень надо!

Дима странно глянул на Махинского провожателя.

– С цензорами тоже договоримся?

– А что нам цензоры?

– Цензоры, Георгий, это бутылкой по голове, например. Ты хочешь, чтобы я людей на это подписал?

– А… – сказал Георгий, который даже не вспомнил об этой гопоте. – А с ними совсем нет контакта, да?

На самом деле он не очень верил Диме. Еще не приходилось встречать активистов, с которыми нельзя договориться. Всем что-нибудь надо. Вопрос даже не в том, есть ли это у тебя, а в том, чтобы не выходить из торга. Чтобы продать что-нибудь ненужное, надо сначала купить что-нибудь ненужное, говорил мудрый дядя Федор.

Георгий вот, следуя его совету, покупал блогеров. Топовых и только начавших взбивать вокруг себя молоко, в телеграме и во вконтакте. За наличные, за блог-туры и даже за подарочные новогодние наборы. Он запасал их впрок, еще не зная наверняка, когда и зачем они ему понадобятся. Но когда это произойдет, он распечатает объективки из общего файла и высыпет их на стол Асу как горсть фантиков. Вот эти, скажет он. Обойдутся в N рублей.