Жизнь и цель собаки - Брюс Кэмерон

– Послушать тебя, так мы живем в гетто, – сказала Мама с жалобной улыбкой.

– Ты не хочешь отвечать, потому что… да мы обе знаем, почему. Я знаю, что твой муж будет против. Но Гэри почти все время разъезжает, и ты в школе мучаешься. Мальчику нужна семья рядом, пока он восстанавливается.

– Да, Гэри постоянно в разъездах, но он хочет видеть Итана, когда приезжает домой. И я не могу бросить работу.

– Я и не уговариваю тебя. Ты знаешь, что всегда можешь приехать, и почему бы Гэри не прилетать в наш маленький аэропорт по выходным? Или – поверь, я тебе только добра желаю – разве вам не лучше побыть вдвоем? Если вы с Гэри хотите решить ваши проблемы, лучше это делать не перед Итаном.

Я развесил уши, услышав имя мальчика. Разве он дома? Я наклонил голову, но не услышал его машины.

Когда ночи стали холодными, а утята выросли размером с мать, Мама упаковала вещи и отнесла в машину. Я нервно ходил вокруг, опасаясь, что меня забудут, и в удобный момент тихонько запрыгнул на заднее сиденье. Все почему-то засмеялись. Я сидел в машине и смотрел, как Мама обнималась с Бабушкой и Дедушкой, а потом – вот забавно – с Итаном, который открыл дверь машины.

– Бейли! Хочешь поехать с Мамой или останешься здесь, со мной?

Я ничего не понял и просто смотрел на мальчика.

– Давай, Бейли, бестолковка, выходи!

Я неохотно выпрыгнул на дорожку. Не будем кататься?

Мама села в машину и уехала, а Итан, Бабушка и Дедушка махали ей. Не может быть, мы с мальчиком остаемся на Ферме!

Как по мне, так ничего лучше и придумать нельзя. Почти каждый день начинался с долгого катания на машине, еще затемно – мы ехали от дома к дому, развозя газеты. К нашему возвращению Бабушка готовила завтрак, а Дедушка обязательно пихал мне что-нибудь под стол: бекон, ветчину, кусок тоста. Я приучился жевать бесшумно, чтобы Бабушка не сказала: «Опять кормишь пса?»

Я понимал слово «пса», но что-то в голосе Бабушки заставляло понять, что мы с Дедушкой должны проводить всю операцию тихо.

Снова появилось слово «школа», только автобуса не было, Итан уезжал на машине, а иногда приходила наша девочка, и они уезжали кататься на ее авто. Я понимал, что тревожиться не нужно: Итан вернется к концу дня, и Ханна, скорее всего, поужинает с нами.

Часто приезжала Мама; на Веселое Рождество Мама и Папа приехали вместе. Когда Мама потянулась погладить меня, ее руки пахли котенком Феликсом, но я не возражал.

Я думал, что мы с моим мальчиком решили остаться на Ферме навсегда, но к концу лета я почувствовал, что нас опять ждут перемены. Мальчик начал собирать вещи в коробки – явный знак, что мы скоро отправимся домой. Ханна все время была рядом, и я ощущал от нее легкую печаль и страх. Когда она обнимала мальчика, от них обоих исходила такая любовь, что я помимо воли пытался вклиниться между ними – а они всегда начинали смеяться.

Однажды утром я понял, что настала пора. Дедушка загрузил коробки в машину, Бабушка и Мама разговаривали, а Итан и Ханна обнимались. Я ходил вокруг, выбирая момент, чтобы усесться на сиденье, но Дедушка ловко удерживал меня, и забраться в машину не удавалось.

Мой мальчик подошел ко мне и встал рядом на колени. Я чувствовал какую-то печаль.

– Будь хорошим псом, Бейли, – сказал он.

Я повилял хвостом: да, я хороший пес, и пора ехать на машине домой.

– Я приеду на каникулы, на День благодарения, ладно? Я буду скучать, бестолковка. – Он ласково обнял меня. Я прикрыл глаза – нет лучше чувства, чем, когда меня обнимает мой мальчик.

– Ты лучше держи его; он не поймет, – сказал Итан. Девочка подошла и схватила мой ошейник. От нее волнами исходила грусть, она плакала. Я разрывался: хотелось утешить ее, но мне нужно было в машину. Я неохотно ждал у ног девочки, когда кончится эта драма и я смогу сесть на сиденье и высунуть в окно нос.

– Пиши каждый день! – сказала Ханна.

– Обязательно! – отозвался Итан.

Не веря глазам, я следил, как мой мальчик и Мама сели в машину и захлопнули двери. Я рванулся из рук Ханны – она что, не понимает, что мне следует быть с ними?

– Нет, Бейли, ты остаешься. Жди.

Жди? Жди? Машина загудела и двинулась по дорожке. Дедушка и Бабушка махали руками. Что, никто не замечает, что я все еще здесь?

– С ним все будет в порядке. В университете Ферриса хороший колледж, – сказал Дедушка. – А Биг-Рапидс – хороший городок.

Они повернули к дому, и Ханна чуть ослабила хватку – достаточно, чтобы вырваться.

– Бейли! – крикнула она.

Хотя машины уже не было видно, пыльный хвост еще не осел, и я помчался за моим мальчиком.