Слезы темной воды - Корбан Эддисон

Несмотря на весь ужас, Ванесса неожиданно почувствовала радость. Значит, то, что Дэниел писал о Квентине, правда. В этом плавании произошло чудо. В раннем юношестве у него никогда не клеилось с девушками, он неуклюже пытался заводить знакомства и неизменно получал от ворот поворот. Ванесса знала по именам большинство его пассий. Все это были девушки яркие и известные в своем кругу, и ни одна не ответила на его чувства. С Ариадной каким-то образом получилось иначе. Ванесса нажала на кнопку «перезвонить», надеясь, что девушка окажется сильной, как предполагал Дэниел.

– Ариадна, – сказала она, – это Ванесса Паркер. Боюсь, у меня плохие новости.

В начале рассказа Ариадна охнула, но остальное дослушала молча. Закончив, Ванесса услышала, что девушка тихонько всхлипывает. У нее чуть сердце не разорвалось.

– Я дам тебе свой электронный адрес и, когда смогу, буду сообщать новости, – предложила Ванесса.

– С ними ведь ничего не случится, правда? – жалобно спросила она.

Ванесса ответила с уверенностью, которой на самом деле не чувствовала:

– Все у них будет хорошо.

Когда разговор закончился, она тоскливо посмотрела на скрипку. В вихре охвативших ее переживаний ей нужно было отвлечься, дать волю чувствам, и музыка, несомненно, была лучшим выходом. Но перед слушателями она играть не могла. Это только усилило бы стресс. Она пошла в прихожую и сняла с вешалки двубортное пальто, свистнув Скиперу.

– Я пойду погуляю, – сказала она всем, кто мог ее услышать.

Выйдя из дома через черный ход, она быстрым шагом направилась к реке. Скипер бежал рядом, как будто почувствовав, что ей нужна компания. В воздухе ощущалась прохлада, но уже теплело, лес пестрел осенними красками. Ванесса спрятала руки в карманы пальто и стала смотреть, как шлюп с красным корпусом лавирует по каналу в сторону моста Военно-морской академии. «Почему они не могли поплыть через Тихий океан, как семья Ариадны? – размышляла она. – Зачем им понадобился Индийский океан?» Но, разумеется, она знала ответ. Дэниел говорил о кругосветном путешествии с первого дня их знакомства и передал свою мечту Квентину.

Она не остановилась у причала, как обычно делала. Вместо этого она подошла по берегу к краю своего участка, после чего двинулась обратно через лес, ускоряя шаг, пока почти не перешла на бег. Она слышала, как рядом пыхтит Скипер, его когти стучали по твердой земле. Ветер с реки шуршал ветвями деревьев и разбрасывал листья по земле. Домой она вернулась, чувствуя себя ожившей. Прогулка быстрым шагом способствовала восстановлению внутреннего равновесия, конечно, в меньшей степени, чем Моцарт, но в этом деле явно занимая второе место.

Когда она вошла в гостиную, Мэри Паттерсон подошла к ней со словами:

– Мы точно знаем, что они живы. Пол Деррик разговаривал с Дэниелом. Пираты с ними ничего не сделали.

Ванессу захлестнуло ощущение облегчения. Сняв пальто, она села в гостиной напротив Кертиса и Ивонны. Дюк Стронг стоял рядом с камином и что-то набирал на своем смартфоне.

– Что еще? – спросила она.

– Военные усиливают давление, – объяснила Мэри. – Они дали понять, что не позволят пиратам отвезти их в Сомали.

– Как это? – не поняла Ванесса. – А если пираты не согласятся?

– У них нет выбора, – уверенно ответила Мэри.

Ванесса встревожилась:

– Это больше похоже на ультиматум, чем на переговоры.

Впервые Ванесса услышала, как Мэри говорит, взвешивая слова:

– Главная задача правительства – обеспечить безопасность вашей семьи. Если они попадут в Сомали, это увеличит риск.

Ванесса покачала головой:

– Вы говорили, что самый безопасный способ с этим покончить – это заплатить выкуп. Не похоже, что военные стремятся к этому. – Она задумалась. Новый поворот дела ей не нравился. Что-то ее смущало. Она посмотрела на свекра и Дюка Стронга. – Я бы хотела поговорить с вами обоими наедине. – Она перевела взгляд на Мэри. – Надеюсь, вы не возражаете.

– Вовсе нет, – ответила агент ФБР.

Ванесса прошла по коридору в кабинет Дэниела и щелкнула выключателем у двери. Комната представляла собой настоящий храм истории мореходства, со старыми картами в золоченых рамках, лакированным глобусом, корабельным компасом, старинным секстантом и целой флотилией копий кораблей в стеклянных ящиках. Единственными уступками современности были «аймак» и принтер на столе капитана.

Переступив порог, Дюк Стронг присвистнул:

– Неплохой кабинетик.

– Это вы еще не видели кабинета его отца, – усмехнулась Ванесса, бросив взгляд на Кертиса.

Когда расселись, она перешла к делу:

– Меня волнует позиция правительства. Я благодарна им за то, что они делают, но они действуют слишком жестко. Я этого не понимаю.

Стронг поднял руку:

– По правде говоря, все просто. Для вас это личное дело, для правительства – нет. Они рассматривают его через линзы политики. Пиратство ежегодно отнимает у США и других морских держав миллиарды долларов. Они хотят положить этому конец. Если пиратам дать то, чего они хотят, это стимулирует пиратство в целом. Поэтому они не собираются идти на это.

Ванесса покачала головой:

– У них же нет детей на захваченном паруснике.

Стронг кивнул:

– Я не хочу показаться циником. Им не наплевать на вашу семью. Но они смотрят на картину в целом. Правительство хочет искоренить пиратство и захват заложников. В их представлении единственный способ это сделать – показать захватчикам заложников свой громадный перевес в силе и задать им вопрос: «Что вы предпочтете, сражаться и погибнуть или сложить оружие и остаться в живых?»

Следующий вопрос Ванесса произнесла почти шепотом:

– Что если пираты выберут смерть?

Стронг пожал плечами:

– Вся политическая система построена на человеческом инстинкте выживания.

И вдруг Ванесса почувствовала себя в ловушке. Она посмотрела на лес за окном.

– То есть вы хотите сказать, что Дэниел и Квентин – пешки в какой-то геополитической игре?

– Я бы так резко не выражался, но, в общем, да, – ответил Стронг.

Ванесса повернулась к свекру, думая о его многочисленных друзьях в парламенте.

– Может, сделаете пару звонков? Вы могли бы попросить их немного сбавить обороты.

Кертис сидел неподвижно, как изваяние, положив руки на подлокотники кресла.

– Если бы дело было только в выкупе, ты знаешь, мы бы заплатили. Но это важнее, чем наша семья, Ванесса. Они не послушают.

– Как вы можете так говорить? – вскричала Ванесса. – Там мой сын. Они не имеют права играть с его жизнью.

Кертис посмотрел ей в глаза.