Слезы темной воды - Корбан Эддисон

Пол выждал десять секунд, после чего снова нажал кнопку вызова и продолжил говорить с пустотой:

– Вам, возможно, будет интересно узнать, что я прочитал Коран от корки до корки… Не на арабском, английский перевод. Али говорит, что вы, наверное, посещали дукси, где выучили на память целые суры, когда вам еще не было и шести. Мой любимый отрывок из Суры 5: «Кто убьет человека не за убийство или распространение нечестия на земле, тот словно убил всех людей, а кто сохранит жизнь человеку, тот словно сохранит жизнь всем людям». Многие не замечают важности этих слов, но сам Пророк сказал: «Вы не попадете в рай, пока ваша вера не будет совершенной, и ваша вера не будет совершенной, пока вы не будете любить друг друга. Несите друг другу мир». Может, я слишком простой человек, но мне кажется, что мир означает мир. Мне кажется, что насилие, совершаемое именем ислама, не является выражением истинной веры. Али согласен. Я бы хотел узнать, что думаете вы.

Родригес передал Полу стакан воды, и он сделал глоток, давая Ибрахиму возможность ответить. Он посмотрел на собравшийся на мостике экипаж «Геттисберга». Их лица озарялись солнечными лучами, и это вдохновило его на следующий монолог:

– Али говорит, что вы, наверное, знаете на память что-то из сомалийской поэзии. Он рассказал мне, что в детстве слушал, как старейшины его клана по памяти читали длинные стихотворения. Он показал мне, как это делается. Вы знаете Гааррие? Али читал отрывок из стихотворения «Улетающее облако». Незабываемо! Я подарю своей сестре на Рождество что-нибудь из творчества Гааррие. Ее зовут Меган. Она любит такие вещи.

Пол просмотрел заметки в блокноте. Он обвел кружочком слово «родство», которое Али часто повторял во время урока. «Нужно рассказать Ибрахиму о своей семье, – подумал Пол. – Но как это объяснить? – Тут к нему пришла непрошеная мысль: – Он поймет про бойню. Наверное, он видел, как погиб близкий ему человек. Возможно, это объясняет, почему он рискует жизнью, захватывая парусник посреди океана, и почему ради достижения своих целей бросает вызов самому могущественному военно-морскому флоту в мире». Пол был удивлен тем, как глубоко тронула его эта интуитивная догадка. Он поморгал, почесал подбородок, прогоняя отвлекающие мысли.

И в эту секунду в радио зазвучал голос Ибрахима.

– Если вы читали Коран, – сказал пират, – то вам знакома история иблиса из суры пятнадцать.

Пол был так поражен тем, что гамбит Али сработал, что несколько секунд не мог ответить.

– Знакома, – сказал он, вспоминая, что иблисом мусульмане называют Сатану. – Он отказался подчиниться людям, и Бог изгнал его из рая до Судного дня.

– Верно, – подтвердил Ибрахим. – Помните, как иблис ответил на проклятие? Что он обещал сделать с людьми?

Пол перевел дыхание.

– Он пообещал извратить нашу мораль и превратить нас в чудовищ.

Ибрахим процитировал суру:

– «Ты пожелал мне заблуждения, и я впал в него. За это я представлю сынам Адама зло в прекрасном виде и сделаю все, чтобы сбить их всех с истинного пути». А как он коснулся вас, Пол?

Загадка Ибрахима ввергла его в ступор. Он надолго забыл, что находится на военном корабле, забыл, что ведет переговоры с пиратом. Из могилы до него донеслись слова брата. «Это ты виноват! – крикнул Кайл, держа „беретту“ в руке. – Ты заставил меня сделать это!» Пол увидел, как взлетел пистолет, услышал грохот выстрелов, почувствовал тошнотворно-сладкий запах крови отца на ковре и ощутил пустоту внутри, ужас и горе, как будто в первый раз.

Судорожно вздохнув, он напряг мозг, пытаясь придумать ответ, и в конце концов решил говорить правду.

– В моей семье почти все умерли, – сказал он, пытаясь накрыть психологической крышкой ящик Пандоры. – Вот мое признание. А в чем признаетесь вы?

Секунду Ибрахим молчал.

– Смерть его спутник, – сказал он наконец. – Я хорошо это знаю.

Пол увидел, что дверца приоткрылась, и ринулся в нее:

– Выход есть. Вы же знаете, как заканчивается сура: «Ты бессилен сбить с пути Моих рабов, которые искренне поклоняются Мне. Ты имеешь власть только над упорствующими заблудшими, которые последуют за тобой». Отпустите Дэниела и Квентина. Посадите их в лодку и плывите на яхте в Сомали. Не преумножайте зло, не накликивайте на себя проклятие.

Ибрахим ответил на возвышенные слова Пола своими:

– Если ад существует, я уже видел его своими собственными глазами. Скажите капитану вашего корабля, чтобы он не приближался, иначе он его тоже увидит.

Связь оборвалась. Пол откинулся на спинку стула, заложил руки за голову и поднял взгляд на связки кабелей под потолком. За свою карьеру переговорщика он лишь дважды устанавливал личную связь с похитителем. В обоих случаях на это ушли недели. Однако с Ибрахимом он это почувствовал после единственного разговора. «Родство, – подумал он. – Здесь дело скорее в душе, чем в крови. Кто ты, Ибрахим? Почему у меня сложилось впечатление, что мы понимаем друг друга?»

Капитан Мастерс вырвал его из задумчивости:

– Вам звонит Брент Фрейзер. Можете поговорить здесь, а можете пойти в мой кабинет.

– Отвечу здесь, – сказал Пол, принимая безбатарейный телефон из рук Мастерса.

Он подошел к окну и посмотрел на море. Солнце только что село, и небо горело оранжевым цветом, как маковое поле. Парусник теперь находился намного ближе. Он рассмотрел ванты на мачте и пятна букв на транце: «ВОЗРОЖДЕНИЕ. Аннаполис, Мэриленд».

Он приложил трубку к уху:

– Брент, это Пол.

– Я слышал, ты делаешь успехи, – сказал начальник.

– Он начинает говорить, но его будет трудно расколоть. Нужно больше времени.

– Принс пытается получить добро на операцию по выводу из строя парусника, – проворчал Фрейзер.

– А если получит? – сказал Пол. – Ты же знаешь, мы не работаем по графику.

– Не будем раньше времени бить тревогу. Пока что работаем по сценарию морского ведомства. – Фрейзер на миг замешкался. – Тут еще кое-что. Ванесса Паркер. Она хочет поговорить с тобой.

– Ты знаешь зачем? – поразмыслив, спросил Пол.

– Понятия не имею. Но ты, наверное, догадываешься.

– Мэри не могла этим заняться?

– Она сделала, что в ее силах, но Ванесса настаивает.

Пол поморщился. Это осложнение сейчас было очень некстати.

При баррикадном сценарии крайне нежелательно, чтобы переговорщик общался с кем-то из родственников заложника. Заправляли всем военные. Он консультировал правительство, а не семью, и не мог гарантировать исход дела. Однако сейчас не проводилась блокада пиратов. Да это и не было похищением в полном смысле слова. Все равно он принимал решения по мере развития ситуации. Почему бы не поговорить?

– Соедините меня с ней, – сказал он и подождал, пока Фрейзер переведет звонок на его линию.