Молитва для адмирала - Виктор Семёнов

– А у тебя еще сигаретка есть?

Борис молча вытащил из пачки «Парламента» сигаретку и протянул ее Матвею:

– Травись. На здоровье.

– Спасибо. Как у тебя?

– Так же. У тебя?

– Получше. Через пару-тройку дней выпишут. Отчихвостила меня бабка…

– За что?

– Водкой пахнет…

– А… Ну да… Ну мы же с тобой – так, для аппетиту…

– Согласен. – Матвей стряхнул пепел в ту же урну, что и Скрипник, перегнувшись через него, и проворчал что-то насчет разбросанного мусора. Потом продолжил озвучивать прерванную этим действием мысль: – Но смотри, дважды за одно и то же не наказывают, так?

– Предположим.

– Есть предложение вернуться ко мне и поужинать. Баньку затопим…

– Предложение хорошее, Матвей Аскольдович. Дельное. Койко-место выделишь?

– Нет, … – матюгнулся тот. – Напою, накормлю, попарю – а потом отправлю в общагу у вокзала! Конечно, выделю.

– Отлично. Пошли тогда.

И они не спеша двинулись в сторону дома Матвея.

* * *

Утром среды в восемь пятнадцать Костя сидел в машине недалеко от дома Марианны и, нервничая, ожидал ее появления. Естественно, он вчера так и не передоговорился, поэтому действовать стал на свое усмотрение.

«Ты начальник отдела, Костян, – шептал ему голосок изнутри, – можешь и сам решить. Иначе грош тебе цена…»

Он решил успеть и сделать все, что задумал по своему плану: с утра за Марианной, затем к Фаруху, потом к дяде Ване и только потом в офис. И Костя, проснувшись и хлебнув вкусного Олиного кофе, успешно приступил к исполнению плана. И теперь вот сидел в машине недалеко от дома Ро. И она не заставила себя ждать, появившись, как всегда, вовремя, в искусственно состаренных джинсах, черной кожаной курточке, черных же замшевых полусапожках на небольшом каблучке, энергичная и веселая. В руках у нее болталась большая спортивная сумка. Костя погрузил Ро в план, попросив максимального содействия, она с радостью согласилась. Аблокатов также был весел и удовлетворен после вчерашней ночи, поэтому впервые за долгое время их рабочий тандем не выглядел как Пьеро и Мальвина, а больше походил на лису Алису и кота Базилио.

– А что, Фарух документы подготовил? – спросила Марианна, закидывая сумку на заднее сиденье, рядом с аккуратным Костиным портфелем Lacoste.

– Да, – ответил Костя, делая потише радио. – И документы, и доверенность, и даже аванс. Побудем часик миллионерами. Хотя бы рублевыми. Как тебе? И что это за вещмешок у тебя? Домой собралась?

– В спортзал… Давай в офис все завезем… От Фаруха…

– Тогда к Ивану Андреевичу не успеем!

Марианна задумалась:

– Да, можем не успеть…

– Вот именно.

– Ну ладно, – согласилась она, – как-нибудь разберемся. Поехали?

– Поехали, – улыбнулся Костя и направил машину в сторону моста Александра Невского.

Ребята подъехали к офису Фаруха на Невском без двадцати девять. Быстро прошли охрану, затем ресепшен, и очень красивая девушка в коротком темно-красном платье провела их в кабинет. Их уже ждали. Фарух был смуглым, невысоким и крепко сбитым, неопределенного возраста, где-то между сорока и пятьюдесятью пятью, одет неформально: джинсы, кожаная куртка, черная футболка с позолоченным серпом и молотом. Кивком поприветствовал гостей и пригласил их пройти в кабинет. Затем протянул Косте полиэтиленовый пакет с деньгами, а Марианне – папку с документами. Потом впервые заговорил:

– Довезите до Дэна. Я ему сейчас просигналю, что пакет сдал. Успехов, ребят!

Он протянул руку Косте, а затем и Марианне, и ребята вышли из кабинета. Костя залез в пакет и пересчитал пачки, а затем убрал деньги в свой небольшой, но вместительный коричневый кожаный портфель. Марианна же пробежалась по документам и, немного поворчав по поводу доверенности, убрала их обратно в папку.

Закончив с проверкой, которая, по сути, была формальностью, ребята помчались вниз, к машине. Иван Андреевич очень просил Костю приехать к нему до десяти, так как затем ему нужно было уезжать в Смольный на совещание. Аблокатов, вспомнив свое раллийное прошлое, гнал как сумасшедший и припарковал автомобиль у здания районной администрации без десяти десять. Он схватил портфель, а Ро – папку с заявлением, которое вчера делал Костя, и они забежали в здание. Марианна отправилась в канцелярию, на второй этаж, а Аблокатов побежал на третий, в приемную дяди Вани. А через десять минут они встретились внизу, на крыльце здания администрации. Марианна улыбалась и щурилась от редкого в это время года в Питере солнышка, а Костя нервно курил, вышагивая по ступенькам.

– Сдала? – спросил он.

– Да, конечно. А у тебя как?

– Орал все десять минут. Как только я ему рассказал про новую политику руководства, так он начал орать и материться.

– А что с заявлением?

– А заявление все равно велел ему скинуть на почту. Я уже уходил, он подуспокоился вроде, говорит, такой, что где-то понимает нас, но и вы, говорит, меня поймите… У меня дети, мол, школу оканчивают… Жена…

– Пусть в бизнес идет! – ухмыльнулась Марианна, а Костя, фыркнув в ответ, направился к машине.

– Я тут сяду? – спросила она, открывая заднюю дверь. – Ты так водишь – меня укачивает спереди…

– Да садись куда хочешь, – нервно буркнул в ответ Аблокатов. – Меня от тебя укачивает! Тошнит.

Теперь фыркнула Ро, а Костя, перегнувшись через нее, положил портфель на заднее сиденье рядом со спортивной сумкой Марианны и, обойдя машину, сел за руль. Минут пять ехали молча, слушая удивительно красивую мелодию группы Reamonn, а потом продолжили свой перманентный спор.

– Ну хорошо, – начал Костя, – хорошо. Предположим, нет больше коррупции. Всё. Нажал кто-то кнопку – и коррупция кончилась. И все работают по закону, все законы исполняются, в срок, четко, без сбоев. Заявления граждан и юридических лиц удовлетворяются без неофициальных поборов, платежей и взяток. Ты этого хочешь?

– Да, – скромно ответила Марианна.

– Ты прости, пожалуйста, меня, дурака, но это же скука смертная! Ты приходишь в администрацию, пишешь заявление: выдайте мне, пожалуйста, разрешение на строительство многоквартирного дома, у меня документы все в порядке. И улыбающаяся женщина, красивая и вежливая, в светлом костюме от Юдашкина, ставит на заявлении входящий номер, так?

– Да, – улыбнулась Ро, – только от Юдашкина – перебор.

– Допустим. А через тридцать календарных дней снова приходишь в администрацию, и эта же женщина – или другая, но тоже красивая и вежливая, выдает тебе разрешение на строительство многоквартирного жилого дома. Так?

– Да. Отличная картина. Мне – туда.

– А если есть замечания, то она вежливо так, улыбаясь, тебе о них рассказывает. Социалки, мол, у вас не хватает. Квартир в доме – тысяча, а школы в проекте нет. Надо устранить замечание! Устраните? Обещаете? Ты говоришь: да, обещаю, забираешь бумагу и идешь строиться. Так?