Повседневная логика счастья - Габриеле Зевин

— Пап, меня вырвало.

— Бедняжка. — Эй Джей нашел в столе зажигалку и с грохотом захлопнул ящик. — Где Амелия?

— Хочешь сделать ей предложение?

— Нет, милая. Не сейчас. Я должен отнести алкоголику зажигалку.

— Можно с тобой? — чуть помолчав, спросила она.

Эй Джей сунул зажигалку в карман и, чтобы не терять времени, сгреб Майю в охапку, забыв, что она уже довольно тяжелая.

Он спустился по лестнице, быстрым шагом пересек торговый зал и выскочил на улицу. Фридман стоял на прежнем месте, его голова была окутана густым дымом. В руках он держал трубку, издававшую странные булькающие звуки.

— Я не нашел вашу сумку, — сказал Эй Джей.

— Оказывается, она была со мной, — сказал Фридман.

— Что это за трубка? — спросила Майя. — Я никогда такой не видела.

Первым побуждением Эй Джея было закрыть Майе глаза, но потом ему стало смешно. Как только Фридман решился садиться в самолет со своими наркоманскими прибамбасами? Эй Джей повернулся к дочке:

— Майя, помнишь, мы с тобой в прошлом году читали «Алису в Стране чудес»?

— Где Фридман? — спросила Амелия.

— У Исмей в машине. Сел на заднее сиденье и отрубился, — ответил Эй Джей.

— Бедная Исмей.

— Ей не привыкать. Она много лет сопровождала Дэниела Пэриша на всевозможные мероприятия. — Эй Джей скривился. — По-хорошему, мне надо ехать с ними.

Изначально они планировали, что на паром, а затем и в аэропорт Фридмана отвезет Исмей, но, учитывая случившееся, Эй Джей не мог оставить ее один на один с писателем.

Амелия поцеловала его.

— Вот и поезжай. А я присмотрю за Майей и наведу здесь порядок, — сказала она.

— Спасибо. Хотя получается черт знает что, — сказал Эй Джей. — Это же твой последний вечер в городе.

— Зато будет что вспомнить. Спасибо за встречу с Фридманом. Хоть он и оказался не таким, как я думала.

— Да уж, не совсем. — Он поцеловал Амелию, но вдруг нахмурился. — Я надеялся, что день пройдет более романтично.

— Не переживай. Что может быть романтичнее озабоченного старого пьянчуги, который заглядывает тебе в блузку?

— Он не просто пьянчуга…

Эй Джей изобразил пантомиму под условным названием «Курение конопли».

— Может, у него рак или еще какая болезнь? — предположила Амелия.

— Все может быть…

— Ну, он, по крайней мере, дождался окончания вечеринки.

— Лучше б не дожидался, — проворчал Эй Джей.

Раздался автомобильный гудок. Это сигналила Исмей.

— По мою душу, — вздохнул Эй Джей. — Тебе обязательно ночевать с матерью в отеле?

— Нет, не обязательно. Я взрослая женщина, Эй Джей, — ответила Амелия. — Просто завтра мы рано утром уезжаем в Провиденс.

— Видимо, не впечатлил я ее, — сказал Эй Джей.

— На это никто не способен. Не переживай.

— Дождись меня, если получится.

Исмей снова просигналила, и Эй Джей побежал к машине.

Амелия приступила к наведению порядка. Первым делом она решила ликвидировать зловонную лужу, поручив Майе уборку более безобидного мусора вроде цветочных лепестков и пластиковых стаканчиков. В последнем ряду сидела женщина, безуспешно искавшая у себя в сумке зажигалку. На ней было длинное шелковое платье и серая фетровая шляпа с мягкими полями. На первый взгляд могло показаться, что и то и другое приобретено на барахолке, но Амелия, которая сама одевалась в секонд-хендах, с ходу определила, что платье и шляпа куплены в дорогих магазинах.

— Вы приходили на встречу? — спросила Амелия.

— Да, — сказала женщина.

— Ну и как впечатления?

— Маэстро был в ударе.

— Это точно. — Амелия выжала губку в ведро. — Не могу сказать, что он оправдал мои ожидания.

— А чего вы ждали?

— Наверное, я представляла его себе более интеллигентным. Хотя нет, это снобизм. Скорее более мудрым.

Женщина кивнула:

— Да, мудрецом его не назовешь.

— Вот что значит завышенные ожидания! Знаете, я ведь работаю у его издателя. Читаю и продаю огромное количество книг. Но его книга понравилась мне больше всех.

— Чем же? — спросила женщина.

— Я… — Амелия посмотрела на женщину. Какие у нее добрые глаза. Амелию часто обманывали добрые глаза. — Незадолго до того, как я ее прочитала, у меня умер отец. Наверное, книга напомнила мне о нем. Она такая правдивая, такая настоящая.

Амелия принялась мести пол.

— Я вам не мешаю? — спросила женщина.

— Нет-нет, сидите спокойно.

— Неудобно как-то. Вы трудитесь, а я только смотрю.

— Я люблю подметать, а вы слишком хорошо одеты, чтобы заниматься грязной работой.

Амелия энергично сметала с пола мусор.

— Неужели уборкой после книжных вечеринок должны заниматься издатели? — спросила женщина.

— Нет, — засмеялась Амелия. — Я дружу с владельцем магазина и решила ему помочь.

Женщина кивнула.

— Должно быть, он большой поклонник этой книги, если вдруг пригласил сюда Леона Фридмана. Ведь она вышла уже несколько лет назад.

— Да. — Амелия перешла на шепот: — На самом деле он сделал это ради меня. Это была первая книга, которая понравилась нам обоим.

— Как мило. Что-то вроде ресторана, где у вас было первое свидание, или песни, под которую вы впервые танцевали.

— Именно.

— Может быть, он собирается предложить вам руку и сердце? — спросила женщина.

— У меня мелькала такая мысль.

Амелия высыпала содержимое совка в мусорную корзину.

— Как вы думаете, почему книга плохо продавалась? — немного помолчав, спросила женщина.

— «Цветок запоздалый»? Ну… На книжном рынке большая конкуренция. Бывает, книга очень хорошая, а вот не продается.

— Должно быть, пробиться и правда нелегко.

— А вы что, пишете книгу?

— Пыталась однажды.

Амелия присмотрелась к женщине внимательнее. Филигранно подстриженные и идеально уложенные длинные каштановые волосы… А за сумку она, похоже, заплатила больше, чем Амелия за свою машину. Амелия протянула женщине руку:

— Амелия Ломан.

— Леонора Феррис.

— Леонора. Как Леон, — раздался тонкий голосок. После порции молочного коктейля Майя полностью пришла в себя. — Я Майя Фикри.

— Вы с Элиса? — спросила у Леоноры Амелия.