Светская дурь - Бен Элтон

– Не говори ерунды. Я ей не завидую. Я не могу позволить себе завидовать ей. Она еще до тридцати станет премьер-министром, а я уже сейчас могу начинать подумывать, не взять ли ее на работу на следующий парламент. Но дело в том, что она, видимо, не понимает, насколько рискует, бросая вызов таким людям.

– Питер, это ты выставил нас на крылечке перед двадцатью камерами, а не Кэти. И именно ты хотел, чтобы мы стояли как куклы, чтобы ты мог выглядеть крепким, настоящим государственным мужем.

– Куклы! – запротестовал Питер. – Когда я сказал, что вы не будете отвечать на вопросы, я пытался защитить вас от вторжения прессы.

– И для того, чтобы защитить нас от вторжения прессы, организовал семейную фотосъемку!

– Анджела, это ужасно несправедливо. Мы же договорились!

– Да, мы договорились. Ты сказал, что мы должны это сделать, и мы согласились.

– Прекрати!

– Извини, Питер. Наверное, я немного устала, вот и всё.

– Ты устала?

– Да, я устала! Я знаю, что не мне приходится на своих плечах тащить общество к новому мышлению, но у меня есть работа, и у нас есть жизнь, и сейчас ею занимаюсь только я. Девочки беспокоятся насчет экзаменов. Холодильник сломан, продукты тают, в кухне воняет тухлой рыбой и потекшим мороженым. Сьюзи застукали с сигаретой, и я должна идти на чертову встречу в школе вместе с ней, черт побери. Меня так и подмывает там сказать, что даже я курила в школе. Твоя мать ненавидит твоего отца и почему-то считает, что мне это интересно; более того, они хотят приехать пожить у нас, потому что совсем не видят девочек, то есть мы не особо стараемся с ними видеться. В то же время, представь себе, твоя попытка подключить нас через Интернет к банковской системе отправилась к чертям собачьим, прихватив с собой все наши коммунальные платежи. Нам угрожают отключением телефона и электричества, и мне придется искать чековую книжку в этом бардаке в твоем кабинете, а это твоя задача, но тебя никогда нет рядом. Я знаю, что ты ничего не можешь с этим поделать, но тебе должно быть стыдно, что в первый свободный день за несколько месяцев ты организовываешь фотосессию. Я не против, Питер. Правда. Я знаю, что ты должен это делать, но мы – твоя семья, а не реквизит!

– Анджела! Это так несправедливо.

– Ты говоришь как Малолетка Кевин.[6]

После этого атмосфера немного разрядилась.

– Мы вместе договаривались об этом. Королевская тактика – позволить им сфотографировать нас, чтобы они отвалили.

– Да, и когда королевской семье это помогало?

– Я выступаю по вопросу жизненной важности для нации.

– Ты сейчас не в палате общин, Питер.

– Да, но я действительно говорю о…

– Да знаю я! Просто дай мне минутку, чтобы привыкнуть к факту, что я вдруг оказалась замужем за великим человеком!

– Анджела! Я невольно начинаю думать, что это ты завидуешь, а не я.

Саманта не обижалась на его новый жизненный статус. Так зачем ему мириться с подобным отношением, когда его так любит, просто обожает красивая и страстная молодая женщина? Женщина, которая не обижается на его грядущую славу, а приветствует ее. Женщина, чьи друзья (почти такие же красивые, страстные и молодые, как она) прислушиваются к каждому его слову. В этот момент Питеру захотелось рассказать Анджеле правду и показать ей, насколько честно с его стороны жить с сорокадвухлетней женой, которую он явно раздражает, и двумя дочерьми, которые явно отказываются прислушиваться к нему. Но разумеется, он знал, что вовсе не честен. Он бесчестен и эгоистичен, единственное, на что он может надеяться, – это что Анджела никогда ничего не узнает. Питер постарался сосредоточиться на разговоре с женой, а не на тайных мыслях о том, что его семейная жизнь стоит на краю пропасти.

– Нельзя игнорировать тот факт, что я человек семейный и к тому же отец двух дочерей, которые находятся прямо на передовой проблемы, которую я пытаюсь решить. Господи боже мой, когда я встретил ту бедную девушку в заведении на Кингз-Кросс – молоденькую наркоманку, о которой я тебе рассказывал, – я ни о чем не мог думать, кроме как о наших девочках. Все родители в стране должны проникнуться тем, что мы – родители подрастающих дочерей. Мне очень важно показать им, что я не просто чужой в этом деле, что моя собственная жизнь и жизнь моей семьи будет зависеть от принимаемых сегодня решений. Мне казалось, что в этом отношении ты со мной согласна.

– Я согласилась с тем, что, если ты будешь продвигать свой законопроект, мы не сможем удержать Кэти и Сьюзи в стороне.

– И ты хочешь сказать, что предпочла бы, чтобы я этого не делал? Потому что я всё брошу, если это так. Я не могу делать это без тебя и не буду делать этого без твоей искренней поддержки.

Он говорил правду. Он был обязан Анджеле далеко не только этим.

К его удивлению, она его поцеловала.

– Нет, нет, конечно я не хочу, чтобы ты всё бросил, Питер, и ты это знаешь… И мне очень жаль, что я сейчас такая придирчивая. На тебя столько всего давит. Неудивительно, что ты отдалился. Я не меньше тебя верю в то, что мы делаем. Ты поступаешь правильно, говоря о том, о чем все умалчивают, ты единственный человек, который делает это. И разумеется, Кэти и Сьюзи хотят тебя поддерживать. Это и их тема тоже. Я горжусь нашими девочками. Очень.

Питер поцеловал Анджелу в ответ. Маятник его страдающей души снова резко сместился. Как же ему повезло с такой благородной и умной женой.

– Я тоже ими горжусь, Анджела, и тобой я горжусь. И особенно я горд сегодня за Кэти, честное слово. Ну и задала она этой мерзкой Вулбридж. Да, наверное, я немного растерялся, что именно Кэти сыграла первую скрипку в нашем маленьком общественном событии, а не я, но это просто потому, что я абсолютно жалкий и презренный старый дурак.

– И это одна из твоих лучших речей.

– Что ж, даже если папочка идиот, я по-прежнему папочка, и мы – одна семья, а в семье все держатся друг за друга, так ведь?

– Да, именно для этого она и нужна.

В этот момент у Питера зазвонил телефон.

– Привет, секс-машина. Угадай, кто сейчас совсем без одежды?

Питер Педжет не зря провел всю жизнь в политике, он умел справляться с неожиданностями.

– Да, привет, Саманта. Нет, я не забыл об интервью в четыре тридцать. Кстати, спасибо, что ты так быстро организовала фотосессию с выступлением. Просто молодец. Статья Паулы Вулбридж – единственная отрицательная реакция в нашу сторону.

– Я трогаю себя там, где я бы хотела почувствовать твой большой член – прямо сейчас.

– Да, Кэти просто молодец, правда? Мы с Анджелой очень ею гордимся.