Светская дурь - Бен Элтон

Широкая, высокомерная улыбка показалась на одутловатых щеках Милтона при виде коллеги. Паула была на десять лет его младше, намного привлекательней и успешнее, хотя формально он являлся ее начальником. И то, что сопливая девчонка Педжета публично ее унизила, доставляло ему огромное удовлетворение. Милтон не смел даже надеяться, что Паула настолько усугубит свое положение жалкой попыткой мести, которая в виде газетной статьи лежала сейчас перед ним. Когда она присела, Милтон аккуратно поставил свое пиво на ее имя и фотографию.

– Господи, Паула, твоя сегодняшняя колонка – просто дерьмо. Редактор в бешенстве, что я вообще разрешил это напечатать. Но ты же знаешь, я не смог удержаться.

– Что это значит – дерьмо?

– Дерьмо – это значит цепляться к Педжету, дорогуша, и, разумеется, к его милашке дочери.

– А почему бы, черт возьми, мне на них не нападать?

– На целую страницу, дорогая? Чтобы все поняли: «зелен виноград»?

– При чем здесь «зелен виноград»? На что он мне сдался?

Милтон просто рассмеялся ей в лицо. Паула повела себя совершенно неправильно. Только добродушное признание могло бы выручить ее в данных обстоятельствах. Сдайся, признай, что напортачила, и поклянись исправиться. А бросаться в атаку – это не выход в такой ситуации.

– На что он тебе сдался? Действительно, на что? Тебя ведь всего-навсего выставила полной дурой в национальных новостях малолетка. Она и правда молодчина, эта девица. Наверное, нужно предложить ей работу, голос молодого поколения и всё такое. Может быть, она бы могла вести твою страничку. Паула вздрогнула.

– Так ты употребляешь наркотики? Признайся, как будто нам это неизвестно. Она тебя здорово прижучила, а?

– Послушай, Милтон, я ни разу не вспомнила о Питере Педжете и его умной засранке дочери с тех пор, как мы общались с ними на пороге их дома. Я написала статью, потому что Педжет – сраный маленький карьерист и его нахальная дочурка – просто очередная элитная соплюшка, которая думает, что мир создан для ее развлечения.

– Не называй Педжетов элитой, Паула. Они и близко с элитой не стоят. Мы с тобой куда больше элита, чем они.

– Дело не в нас.

– Именно это ты сказала девочке, а? Это обыграли на всех каналах, и все увидели, какая это лажа.

– Послушай, если я сказала, что они элита, значит, они элита. Я обозреватель и могу называть их, как моя левая нога пожелает, понял, дорогуша?

– Паула, они – средний класс. В первом поколении. Отец Анджелы Педжет был шахтером.

– Они живут в доме за пол-лимона.

– Да, именно так ты и написала в своей жалкой писульке. С фотографией и всеми делами, – очень неэтично! Я думаю, он уже был в Совете по печати. Он ведь член парламента, знаешь ли, возможная мишень для террористов и все такое.

– Чушь собачья. Когда это ИРА взрывала рядового члена парламента?

– Ну, кто ж их теперь знает, этих ненормальных мусульман. В высшей степени непредсказуемые личности.

– Слушай, это просто ханжество. Он ведет себя, словно он один из нас, а сам…

– Один из кого!

– Один из того самого гребаного простого народа, который мы представляем, Милтон! А сам живет в роскошном элитном доме, как самый настоящий сноб! Именно это, по моему мнению, должно вызывать законный интерес общественности.

– Паула, даже читающие твою страницу недоумки знают, что дом ленточной застройки в Далстоне – это не роскошное элитное жилище, даже если в нем три этажа. Я видел, что отдел фотографий изо всех сил старался вырезать брошенные машины и муниципальные помойки, но всё равно он остался скромным типовым домишкой Северного Лондона. Очень прошу, сообщи мне, если найдешь большой дом в Лондоне, который можно купить меньше чем за пол-лимона. Я его куплю.

– Постой…

– Нет, это ты постой, Паула. И пока ты стоишь, еще и слушай, что я говорю. Слушай очень внимательно. Этот жалкий обзор настолько ниже тебя, что даже до твоей жопы не достает, и, если начистоту, он плохо отражается на всей газете. Тебя развела маленькая девочка, а ты пошла домой и попыталась отомстить, чем выставила себя еще большей идиотиной, чем раньше.

– Мы договорились высмеять Педжета за использование своей семьи для рекламы…

– Но не в тот день, когда эта самая семья так ловко обошлась с тобой, дорогуша. И не в том случае, когда у тебя на руках ничегошеньки нет, кроме одной красноречивой фотки и младенческого злопыхательства. Я тебе говорю, что ты выставила себя полной идиоткой.