Серафима прекрасная - Каринэ Фолиянц

– Глупость, Сима. Ошибки исправлять никогда не поздно. А что же ваш муж, вот он за вами ухаживал и что, никогда не приглашал танцевать?

Сима помрачнела.

– Вы курочку ешьте, на Симиной ферме выращена! И комбикорм сами заготавливали – никакой химии… – хвалила Симу Мария Ивановна.

– Спасибо, обязательно… Ну что же, Симочка, неужели не вспомнили?

– Нет, не вспомнила. Потому что вспоминать нечего. Он за мной, Василий Аркадьевич, не ухаживал. Это я его на себе женила!

Мария Ивановна подавилась. И архитектор стал нежно стучать ее по спине…

– А что, разве не так? – в лоб спросила Сима.

Она мечтала о лошадях, а все это время сама была рабочей лошадью. Пока вся деревня пила и костерила времена и правительства, Сима работала. Ферму строила, дом строила, за поросятами и курами сама ухаживала. Ну и главное – за Ванькой. После операции мальчик и вовсе перестал болеть. Рос смышленым и послушным… Мать не нарадовалась на него…

Не было у нее времени на себя и на свою внешность.

Ну а Ирочка Долгова как жила бездельницей, так и продолжала жить.

От разных кавалеров получала подачки, ну и на том спасибо. Подачек тех хватало, чтобы не работать и за собой следить.

По выходным ее навещал любимый Витя. В будни случались и другие – надо же женщине как-то жить!

Вот так думала Ирочка, без зазрения совести и на всю катушку используя свою внешность… Пока женщина молода и хороша собой, внешность ее кормит! Этому правилу она неукоснительно следовала. А других правил для нее и вовсе не существовало…

Ира бушевала, раскидывая вещи в разные стороны. Кричала на Витьку:

– Кто я тебе? Ты об этом хоть раз думал? Приедешь – поваляешься со мной в кровати и отвалишь обратно в семью! Что, думаешь, не обидно? Вот я молчу, а меня такая злоба разрывает! Она – жена, а я… я…

Ира упала на подушки и заплакала.

– Да где уж ты молчишь. Каждые выходные эту песню слышу! – нахмурился Витя.

– А мне уже и слова нельзя сказать!

Она опять зарыдала. Витя опустил голову, крыть нечем.

По будням он дома, с Симой и сыном, как примерный семьянин работает и почти не пьет… Ну а в выходные! Ну, не может лишить он себя такой радости!

– Ну потерпи еще немного!

– Чего терпеть? Куда уже терпеть? Иди вон к своей Симе, к своим курам и навозу, к своему Ваньке сопливому, – кричала Ира.

Вдруг Виктор вскочил, замахнулся на любовницу.

– Ты Ваньку не трожь! Не трожь, поняла?

Ира испугалась. Даже плакать перестала.

– Ты… Ты чего!

– Сын он мне! Поняла – сын! Нет у меня никого его дороже!

С той поры совсем перестала Ирочка про семью Витину разговор заводить.

Просто принимала его у себя раза три-четыре в месяц. Радовалась ему, ласкам его…

Странные у них отношения были, у всех троих. Странные… ну а в какой семье в шкафу скелет не спрятан?

Вернулся Виктор от Иры домой.

Ужинали они во дворе, потому что было тепло. Сима принесла еду на стол, увидела, как играет с подросшим Ванькой отец.

– А вот еще чего тебе папа из города привез! Гляди, это самолет! Вот какой! Вот, гляди, как он работает…

Виктор развернул коробку, достал большую красивую игрушку. Ванька аж подскочил от радости:

– Вот это да, папочка, спасибо! Пап, а давай полетаем!

– Сначала, Вань, суп, потом котлеты с картошкой. А потом полетаем! – сказала Сима строго.

– Пап, а нельзя наоборот? – умолял мальчик.

– Это как мама скажет!

– Нет, нельзя. Садись и ешь! – Сима была неумолима. Хотя, конечно, самолет ее обрадовал больше, чем самого Ваньку. Значит, любит сына Витя. И в городе не забыл в детский магазин зайти. Не только об Ирочке думает, но и о них…

– Видишь, мама как сказала! – поддержал жену Зорин. – Садись и ешь, а потом уже самолет!

– Мама строгая, а ты добрый! Ну ты же разрешишь? Ты же папа, ты главнее мамы, правда? – улыбнулся мальчик.

Он обнял отца. Сима посмотрела на ребенка, потом на Виктора.

– Конечно, Ванечка, главнее. Папа самый главный. Как решит – так и будет.

– Сначала – суп. Потом – игры, – сказал Витя строго.

– Поем, а потом полетаем! – обрадовался Ваня. – И ты со мной, да?

– Ну конечно!

Сима подняла глаза на Виктора.

– Что в городе нового?

– Все по-старому.

– В субботу тоже поедешь?

– А что?

– Просто тебя хотела попросить… Мастера к субботе фундамент закончат. Василию Аркадьевичу я доверяю… А все ж таки… Лучше б ты сам посмотрел!

– Конечно гляну. Да я и сам хотел! – виновато засмеялся Витя. – Дома я останусь, обещаю!

– Я все съел! Летим! Летим! – потребовал Ванька.

Витя подхватил мальчика и закружил над собой… Ваня хохотал от счастья.

– Нет! На самолете летим!

А Сима глядела на них и думала: «Вот и первые выходные без тебя будут, Ирочка…»

Ирочка шла на свидание к Пал Палычу в кафе «Купидон», как и договаривались.

Ира с годами стала еще эффектней: туфли на высоких каблуках, платьице в облипку. Окрас личика, правда, очень яркий, но ей идет!

– Прямо любуюсь тобой! Здравствуй, красавица! – Пал Палыч просиял, увидев ее.

Ира забыла о своих сомнениях и волнениях: поначалу что-то недоброе почудилось ей в звонке любовника. А теперь вот комплимент с порога, значит, все отлично будет!

– Привет! Зачем звал, да еще на люди! – Она села за столик, закинула ногу на ногу.

– Красавица! Прямо вот жалко с тобой расставаться, – вздохнул мужчина.

– Что? – встревожилась Ира. – Как это расставаться, с чего это расставаться, я не поняла?

– Ха! А вот с того. Дорого ты мне стоишь, Ира! – посмотрел на нее в упор любовник. – Ты бы работать, что ли, пошла! Все было бы дело. И не тосковала всю неделю. И денег бы не просила столько.

– Да сколько я прошу? Господи боже мой, даже стыдно говорить про эти копейки! – искренне возмутилась Ирочка.

– Стыдно? А мне вот не стыдно стало. И знаешь почему? Не один я у тебя, Ирочка. И все эти годы я прекрасно об этом знаю. Каждые выходные у тебя пасется этот хмырь деревенский. Так пусть он, а не я, семейный человек, оплачивает все твои расходы.

– Какой хмырь, Паша?

– Хмырь по имени Витя Зорин. Я давно все справки навел. Это для меня не новость. А новость вот какая: мы расстаемся. Так что вряд ли, Ирочка, могу быть тебе теперь чем-то полезен!