Каждый хочет любить... - Марк Леви

После того как колено Эмили было перевязано, а слезы забыты в обмен на обещание обеда, на котором все десерты будут позволены, Антуан поднялся к себе принять душ и одеться. Комната по другую сторону лестницы хранила молчание. Он зашел в ванную и присел на бортик, разглядывая свое отражение в зеркале. Дверные петли скрипнули, и в приотворившейся двери показалась рожица Луи.

– Это что за мордочка? – спросил Антуан.

– Я хотел задать тебе тот же вопрос, – ответил Луи.

– Только не говори мне, что ты пришел, потому что тебя вдруг потянуло принять душ, ладно?

– Я пришел сказать, что, если тебе грустно, ты можешь со мной поговорить, это не Матиас твой лучший друг, а я.

– Я не грустный, милый мой, просто немного устал.

– Мама тоже говорит, что устала, когда уезжает в путешествие.

Антуан взглянул на сына, который рассматривал его от двери.

– Заходи, садись поближе, – пробормотал Антуан.

Луи подошел, и отец прижал его к себе, качая на руке.

– Хочешь оказать своему отцу большую услугу? И когда Луи кивнул, Антуан прошептал ему на ухо:

– Не расти слишком быстро.

* * *

Чтобы завершить репортаж, Одри следовало проехать через весь город и оказаться в Портобелло. По инициативе Матиаса, который так и не нашел своего бумажника в кармане куртки, они решили сесть в автобус. В воскресенье рынок не работал, и только антиквары в дальнем конце улицы открыли свои лавочки. Одри не расставалась с камерой, Матиас следовал за ней по пятам, не упуская случая сфотографировать ее маленьким цифровым аппаратом, который позаимствовал из ее сумки с видеооборудованием. После полудня они устроились на террасе ресторана «Медитерранео».

* * *

Антуан пошел по Бьют-стрит пешком. Заглянул в магазинчик Софи и спросил, не хочет ли она провести с ними вторую половину дня. Молодая цветочница отклонила предложение: на улице было полно народу и ей предстояло еще сделать немало букетов. Ивонна металась между кассой и столиками на террасе, где уже почти не осталось свободных мест; некоторые клиенты уже начали проявлять нетерпение в ожидании, когда у них примут заказ.

– Все в порядке? – осведомился Антуан.

– Нет, совсем не в порядке, – отозвалась Ивонна. – Ты же видел эту кучу народа на террасе, а через полчаса яблоку некуда будет упасть. Я сегодня встала в шесть утра, чтобы пойти за свежим лососем – хотела сделать его дежурным блюдом, но до сих пор не могу ничего приготовить, потому что плита сломалась.

– А посудомоечная машина работает? – спросил Антуан.

Ивонна уставилась на него со странным выражением.

– Поверь мне, – продолжил Антуан, – через десять минут ты сможешь подать свое дежурное блюдо.

Когда он спросил, есть ли у нее пакетики с пряностями, она не стала задавать никаких вопросов, а просто открыла ящик и выдала ему все требуемое.

Антуан подошел к детям, которые ждали его у стойки, и склонился к ним посоветоваться; Эмили согласилась тотчас же, Луи потребовал компенсации в виде карманных денег. Антуан довел до его сведения, что тот еще слишком молод, чтобы заниматься шантажом; сын возразил, что речь идет о коммерции. Обещание хорошей трепки помогло прийти к соглашению. Дети устроились за столиком в зале, Антуан отправился на кухню, надел передник и тут же вышел обратно с блокнотом в руке, чтобы принять заказы на террасе. Когда Ивонна поинтересовалась, чем именно он занят, он посоветовал ее непререкаемым тоном отправиться на кухню и не терять времени, пока он сделает все остальное, и добавил, что свою порцию коммерческих переговоров он на сегодня исчерпал. Лосось будет готов через десять минут.

* * *

Он поставил цифровой фотоаппарат на стол и нажал на кнопку таймера затвора. Потом попросил Одри склониться к нему, чтобы они оба попали в кадр. Посмеявшись над их акробатическим этюдом, официант сказал, что может сам их сфотографировать. Матиас охотно согласился.

– Мы с тобой действительно похожи на двух туристов, – заметила Одри, поблагодарив гарсона.

– А разве мы не осматриваем город?

– Что ж, можно и так сказать, – согласилась она, наливая себе еще вина.

Матиас отнял у нее бутылку и сам налил ей.

– Галантный мужчина – это такая редкость. Ты еще ничего не рассказывал мне о своей дочери, – сказала Одри.

– И правда, не рассказывал, – признал Матиас, понижая голос.

Одри заметила, что у него изменилось лицо.

– Опеку поручили тебе?

– Она живет со мной.

– Эмили – очень красивое имя. А где она сейчас?

– С Антуаном, моим лучшим другом, вы с ним столкнулись в книжном магазине, но ты, наверно, его не запомнила. Это отчасти благодаря ему мы с тобой встретились в школьном дворе.

Официант принес десерт, который заказала Одри, и «просто чашечку кофе» для Матиаса. Она намазала на вафли каштановый крем.

– Ты еще одной вещи не знаешь, – продолжил Матиас, – но вначале я подумал, что ты – классная руководительница Луи.