Легенда Португалии - Наталия Полянская

Они сидели в уже знакомой комнате – той самой, с фотографиями преступников на стенах – и пили невероятно вкусный кофе.

– Все-таки он лучше итальянского, – говорила Софи, приткнувшаяся Женьке под бок.

– И лучше венского?

– Лучше!

Говорить можно было только о бессмысленном: полиция опросила уже всех по отдельности, мягко пожурила за самоуправство, но, к удивлению Жени, за решетку никого не упрятала. Видимо, подобные вещи были столь удивительны для полицейских Коимбры, привыкших исключительно к невинным шуткам студиозусов, что как поступить с героями, они не знали и на всякий случай решили отпустить. А потому опрошенные герои сидели, пили кофе из больших кружек с буквами GOE^[17] (подарок коллег, как объяснил Гонсалу) и ждали, когда явится сержант и все им объяснит.

Софи допрашивали отдельно от них, а потому ее истории Женька до сих пор не знал; она же юлила, отшучивалась и обещала все рассказать, когда придет Гонсалу. Вася и Люся сидели гордые и обсуждали, как они будут делиться этой историей с приятелями по даче, на которую упорно зазывали всех, кто попадался на пути. Молодой полицейский Луиш выслушал до конца ранее прерванный рассказ о мотыле и улыбался так отчаянно, словно хотел сбежать на край света, но приходилось сидеть и присматривать за свидетелями. Свидетели немного скучали и рассматривали стены. Фотографию Анатоля вместе с описанием уже сняли, а остальных преступников опознать не удалось.

– А то бы одним махом со всей преступностью в Португалии покончили! – мечтательно заметил Вася.

Наконец открылась дверь, и вошел сержант Гонсалу. За ним – крупный пожилой человек, явно выше по званию. В португальских нашивках Женя не разбирался, но предположение оказалось верным, сержант представил своего спутника как капитана Видигейра.

– Boa noite!^[18] – сказал капитан, улыбаясь, а затем, покосившись на окно, за которым недавно рассвело, со вздохом исправился: – Bom dia…^[19]

– Капитан Видигейра понимает английский язык, хотя почти не говорит, и мы будем говорить по-английски, – объяснил Гонсалу, усаживаясь рядом с капитаном во главе стола и кладя перед собой объемистую папку с документами. – Мы вызвали переводчика с русского и французского, и сегодня днем с вами вновь побеседуют. Вы расскажете еще раз, как все произошло.

– Придется задержаться в Коимбре? – уточнил Женя.

– Да, пожалуйста. До вечера этого дня, если вас не затруднит. Возможно, вам разрешат уехать раньше.

Ильясов кивнул. Он ожидал чего-то в этом роде, к тому же вряд ли кто-то из четверых путешественников способен вести машину после ночных приключений.

– Я спросил у капитана разрешения посвятить вас в дело, – сказал Гонсалу, – и капитан разрешение дал. – Видигейра солидно кивнул и сложил руки на животе. – Он считает, что вы нам очень помогли, хотя я и настаивал, что вы авантюристы.

– Одно другому не мешает, – захихикала Софи.

– О чем он говорит, Женюр, а?

– Я буду переводить, – успокоил зятя Ильясов. – Вы не против, господа? Я должен перевести все моим родственникам, они плохо знают английский.

Полицейские покивали, и Гонсалу начал, специально делая паузы, чтобы Женя успевал пересказывать:

– Человек, которого вы знаете как Анатоля Делорма, объявлен в международный розыск. Из Лиссабона по факсу прислали материалы на него по первому требованию. – Он открыл папку. – Этот человек действует в Португалии не впервые. Также он замечен, разумеется, во Франции, в Италии и на курортах Испании. У него несколько поддельных паспортов на разные имена – Поль Бертен, Рауль Болез, Дориан Кларико, Теодор Эскюд, Фабьен Леотар…

– Она же Анна де Бейль, она же леди Кларик, – присовокупил Женя для родственников; те ожидаемо захохотали. Переждав этот приступ веселья, Гонсалу продолжил:

– Всеми этими паспортами он пользовался довольно часто, так как действовал активно…

– Прошу прощения, сэр, – прервал его Ильясов. – Вы не сказали, за что его ловят. Он похититель? Маньяк? Просто вор?

– Нет, – сказал сержант, лучезарно улыбаясь, – он брачный аферист.

– Кто?! – У Ильясова отвисла челюсть.

– Я ведь говорила, что похищение было романтическим, – вмешалась Софи.

– Подожди, – сказал ей Женька, – но ты ведь его знала!

– Да, – ответил вместо нее сержант, – и именно благодаря сеньоре Ламарре нам удалось установить настоящую личность этого человека. Его действительно зовут Анатоль Делорм, но обычно он предпочитает использовать, гмм… псевдонимы.

– Но почему тогда нам он представился настоящим именем?

– Потому что его так представили там, где он познакомился с сеньорой Ламарре.

– Ничего не понимаю, – искренне сознался Ильясов, быстро пересказав все родственникам. – Так что же делал этот Делорм или как его там?

– О, биография сеньора Делорма весьма насыщенна. – Гонсалу перевернул несколько страничек в своей волшебной папке. – На заре своей деятельности он работал в модельном бизнесе и вступал в связи с женщинами, а они платили ему немалые суммы за эскорт и… различное обслуживание.

– Вот… – непечатно резюмировал Вася.

– Затем карьера стала завершаться. Популярной моделью сеньор Делорм никогда не был, годы уходили, и он решил, что пора изобрести другой способ добычи денег. Семь лет назад он познакомился с некоей Элен Мейстрел, дочерью управляющего «Женевьев-банка». Она влюбилась в него, и он предложил тайно пожениться, чтобы затем поставить родителей перед фактом и заполучить доступ к деньгам наследницы. К сожалению, ее отец, узнав о свершившемся браке, не вышвырнул Делорма за порог, а предложил ему крупную сумму, если тот разведется с его дочерью.

– И развелся? – с интересом спросил Женя.

– Конечно. Тогда Делорм понял, что нашел свою золотую жилу. Девушки всегда легко в него влюблялись, и, продумав схему, он… как это сказать… начал охотиться. Только он предпочитал не иметь дела с родителями, исключительно с самими жертвами. С первым отцом ему просто повезло, однако следующий раз мог обернуться вовсе не так удачно. Родители непредсказуемы, а жертвы контролируемы.