Легенда Португалии - Наталия Полянская

Неудивительно, что они так любили друг друга, когда сама земля помогает.

– Что мы теперь будем делать? – спросила Софи, разнеженно улыбаясь и прижимаясь к Женьке.

– Для начала – соберем вещи и выпишемся из отеля, – ехидно сказал он. – Check-out, между прочим, в двенадцать, а у тебя в комнате все вверх дном.

– Анатоль и Жорж искали брюки и куртку, чтобы удобнее было меня похищать, – сказала Софи. – Но ты прав. А дальше?

– А дальше закончим дела в Коимбре и поедем в Томар. Базиль и Люсиль нас в покое не оставят, если ты об этом. Я слышал, как Базиль говорил, что читал книжку о тамплиерах и все нам теперь расскажет.

Софи засмеялась.

– Надеюсь, они тебя не слишком утомили.

– Нет. Они милые. И хорошо, что ты их пригласил. Люсиль требовалось отвлечься, и теперь она немного отвлеклась, я надеюсь.

Ильясов замер.

– Ты-то что об этом знаешь?

– Мы с ней поговорили, – безмятежно объяснила Софи.

– Как вы поговорили? Она ведь языка не знает.

– Она просто стесняется говорить по-английски, а понимает неплохо. И женщины всегда найдут общий язык, мой дорогой.

– И что? Ты сказала, она отвлеклась.

– Она ведь недавно лежала в больнице, – сказала Софи. – Она потеряла ребенка. Ты не знал?

«М-да, – подумал Евгений Ильясов, знаток женских душ и чуткий родственник. – Вот вам и история. И мать тоже хороша – не могла сказать прямо!» Хотя как тут прямо расскажешь, на бывшем постсоветском пространстве, где до сих пор секса у многих как бы и нет.

– Я не знал. У нас иногда стесняются об этом говорить. Я понял, Софи. Хорошо, что ты мне сказала.

Женька встал, подал ей руку, и, обнявшись, они медленно пошли обратно к отелю.

– Слушай, – вспомнила Софи, – я только одного не понимаю. Вы просто вызвали полицию, и она приехала? Пока мы пили кофе, ты мне не объяснил, как вы нас нашли. Только насчет «Грифона». Это потому, что ты видел у Анатоля ключ?

Действительно, Женька рассказал ей лишь об этом.

– О нет, – произнес он, коварно улыбаясь и предвкушая, – это длинная и прекрасная история. Позволь, любовь моя, я поведаю тебе легенду о коварном Жорже, наивном спорщике Базиле и церкви Святого Креста…

За завтраком в кафе на главной площади Коимбры, естественно, обсуждали подлого Анатоля и его помощничка; Вася особенно гордился тем, что это ему выпало скрутить Жоржа, и кошелек вернули, со всеми деньгами и карточками, – вот как повезло! Вася чувствовал себя героем и надувался, словно индюк, но Женьку это больше не раздражало. Непокоренный собор Святого Креста высился неподалеку, при ярком утреннем свете статуи на его фасаде казались выпиленными из сахара.

– А почему вы сами полезли меня спасать? – весело поинтересовалась Софи.

Ильясов поморщился: тот же вопрос ехидно задали ему и полицейские, и он никак не мог придумать подходящий ответ. Полицейским он сочинил что-то, более-менее логичное, но сам-то знал: логикой там и не пахло.

Он отпил глоточек крепчайшего эспрессо и сознался:

– Не мог иначе. Я подумал, что не смогу ждать, пока приедет полиция. Так должен был поступить добропорядочный гражданин, я знаю, но… Ты сейчас скажешь, что русские сумасшедшие, да?

– Ничего подобного! – Софи щурилась от солнца, снова жарившего, как про запас. Лучики весело прыгали по минеральной воде в бокалах и по стальным приборам. – Это международное. Я поняла.

– Ты очень испугалась?

– Мой бог, нет. Я злилась. Я сразу поняла, что убивать они меня не станут, для этого у них духу не хватит. Они очень громко кричали, себя подбадривали, но я чувствовала, что они не решатся. Если бы в отеле поутру обнаружили труп, то Делорма искали бы гораздо интенсивнее. Особенно если бы это оказался мой труп.

– Давай не будем об этом. – Женя положил ладонь на ее тонкую руку.

– Давай, – легко согласилась Софи. – Да я и не переживала особо. Я так и думала, что сейчас кто-нибудь придет. Не полиция, так охрана отеля – очень уж громко кричали мои похитители. Но когда ты ворвался через окно, а Базиль через дверь… Я не поняла – он ее вышиб? – с интересом спросила Софи.

– Нет, вскрыл, – ухмыльнулся Женька. – Помнишь, я рассказывал историю о тыквах и говорил, что именно с Базилем хорошо бы ходить на дело? У него талант. Он умеет вскрывать замки, сейфы, его часто вызывают в офисы, если где-то замок заклинивает. Для него это – раз плюнуть, тем более что дверь в отеле снабжена обычным, а не электронным замком. Есть что-то хорошее в этих старых отелях, правда?

– Масса хорошего, – весело согласилась Софи и принялась благодарить «дорогого Базиля», и тот надулся еще больше.

«Все хорошо, – сказал себе Женька. – Я не знаю, что будет дальше, и еще меньше представляю – как. Я еще не начал над этим думать снова, но я обязательно придумаю, потому что теперь это легко. Теперь легко – у меня и у нее имеется самый главный ответ, которого до этого не имелось. А остальное вовсе неважно. Мы как-нибудь решим, что делать с нашими странами, работами и переездами, мы будем ссориться и мириться, мы будем не понимать друг друга и объяснять, и это, возможно, не так легко, как кажется сейчас, но это будет, мы все найдем, все сделаем и все решим, потому что мы есть друг у друга. Остальное приложится. Остальное – целый мир с его громадностью и уютными уголками, вот как это кафе на старой площади каменного города, здесь теплый хлеб в корзиночках, и оливковое масло в бутылке светится благородством янтаря. Сколько этих кафе еще случится, никто не знает. Сколько людей, с которыми придется быть рядом. Сколько дел, которые предстоит сделать. Но это длинная, хорошая и счастливая дорога, и она начинается сейчас. Сейчас».

Потом они добрались до полицейского отделения, куда уже прибыл запрошенный Гонсалу переводчик, и снова дали показания; все это было зафиксировано, подписано и должно было упрятать Анатоля надолго. Полицейские распрощались с русскими и французскими гостями даже с некоторой печалью.

Гостеприимная Коимбра осталась позади. Путешественники доехали до Томара, немного побродили по отлично сохранившемуся тамплиерскому замку, надолго там задерживаться не стали – жара. И хотя тяжелые каменные стены обычно хранили прохладу, к августу и они прогрелись так, что прохлады не видать. Но все равно Томар был хорош – могучий, величественный, спокойно принимающий то, что под его стенами теперь расставлены лотки с сувенирами и фруктами, и можно купить мороженое и бродить по замку, торопливо поедая сладкий брикет. Многие так и бродили: и культуры охота, и жарко.

Затем завернули в заповедник на Серра-де-Санту-Антониу, погуляли там и пообедали в крохотном, похожем на игрушечный, ресторанчике. Там имелась терраса, вымощенная цветной плиткой, два столика под белыми скатертями, затрепанное меню и виноградные лозы над головой. Вася приналег на овечий сыр и объелся так, что заснул на заднем сиденье, подложив под голову Женькин фоторюкзак.