Звезды в твоих глазах - Дженн Беннет

– Чего?

– Медвежьи сейфы можно взять напрокат в магазине главного корпуса, – быстро встреваю в разговор я, пока Бретт с Ленноном не подрались, – там же можно купить побольше продуктов для туристов.

– А нас туда пустят? – спрашивает Саммер. – Вход в главный корпус нам не запрещен?

Рейган встает с дивана:

– Да пошли они все! Нам дали время до полудня. Давайте пополним запасы. Бретт прав. Итак, планы меняются. Подумаешь! Переживем. Уйти в поход самим будет куда круче.

– Значит, вперед? – говорит Леннон. – Вы действительно хотите провести неделю в глубине территории?

– Почему бы и нет? – отвечает она. – Это лучше, чем ехать домой. Если Кэнди расскажет все родителям, меня в любом случае в наказание посадят под замок.

Все по очереди соглашаются. Даже Леннон, хотя мне не кажется, что он этому рад.

Новый план: без паники. Все будет отлично. То же самое, что и раньше, только пару лишних дней у водопада. Когда придет время уезжать, я точно так же смогу вернуться сюда и сесть в автобус до Кондор Пик. Правильно?

Рейган смотрит на меня и говорит:

– Зори, ты ведь с нами, правда? А то мне не надо, чтобы ты раньше времени вернулась домой и стала трепать языком. Чтобы все это дошло до моей мамы.

У меня возникает дикое желание надавать ей по буферам.

Буйным цветом расцветают тревожные мысли. О том, как разбить лагерь в лесу. О Рейган и Бретте, которые провели прошлую ночь, на пару прикладываясь к бутылке. О нашем с Ленноном утреннем разговоре. Все это сливается в один гигантский вопросительный знак, скачущий у меня в голове.

Но если хорошенько подумать, то я остаюсь один на один с неопровержимым фактом.

К счастью для Рейган, мне тоже не хочется раньше времени видеться с родителями.

– Да, с вами, – подтверждаю я.

Рейган улыбается мне – впервые с того момента, как мы вошли в палатку.

– Вот и отлично. Разобьем лагерь в глубине территории. Но сначала я собираюсь принять душ и позавтракать. Мне нужны жиры и закваска. У меня дикое похмелье.

11

– Куда нам, старина? – спрашивает Бретт Леннона, поправляя на перекрестке рюкзак. – Никаких знаков здесь нет.

– Это самое точное определение похода по нехоженым тропам, – отвечает Леннон.

– Ну да, верно, – смеется Бретт, – похоже, ты прав. Как тебе только удалось отыскать этот потайной водопад, если к нему не обозначена тропа?

– Я читал о нем. Этот водопад не упоминается в официальных бюллетенях парка, потому как есть другие – побольше и расположенные ближе к проторенным тропам, – объясняет Леннон. – Если человек собирается в поход на один день, без ночевки, то до этого ему добираться неудобно. Причем впервые я его нашел, двигаясь с противоположной стороны, поэтому дай мне секунду сообразить, где у нас тропа на юг.

Время далеко за полдень. Чтобы уйти, мы ждали до самой последней минуты, не забыв набрать в обеденном зале сэндвичей и наполнить водой бутылки для туристов и спортсменов. Потом нам пришлось пешком топать обратно до машины Рейган и пару часов ехать по жутким, извилистым горным дорогам, чтобы добраться до парковки заповедника. Оттуда мы двинулись по обозначенным тропам к водопаду.

И пошли, и пошли…

На данный момент прошагали уже три часа. Я еще в жизни так много не ходила. Но больше всего меня беспокоит не это. Теперь меня волнует, как позже на неделе я смогу вернуться одна, чтобы сесть на автобус и отправиться на звездную вечеринку.

– У этой тропы не должно быть ответвлений на восток, – бормочет под нос Леннон, вглядываясь в GPS-карту на телефоне.

– И откуда у тебя только сигнал берется? – спрашиваю я.

По пути я несколько раз проверяла телефон, убедиться, что мама получила мое сообщение с просьбой не волноваться, если несколько дней от меня не будет вестей. Увы, тишина. С таким же успехом можно было бы держать в руке кирпич – толку с него было бы не больше.

– GPS работает независимо от покрытия сотовой связи, – объясняет Леннон, – все цифровые карты я сохранил в телефоне, но эта оказалась глючная. Технологиям порой не стоит доверять. К счастью, у меня есть кое-что про запас.

Он прячет телефон и достает блокнот в черной, раздутой обложке. Если мои блокноты тоненькие и аккуратные, то у него… в общем, о нем такого не скажешь. Он снимает резинку, не позволяющую страницам разлететься в разные стороны, и я украдкой бросаю взгляд на хранящуюся внутри коллекцию: сложенные бумажные карты, брошюрки парка и страницы, заполненные отчетливым почерком Леннона, чуть ли не печатными буквами, а также небрежные наброски – деревья, дикорастущие цветы, указатели на туристических тропах, белки. Взгляд даже мимолетом скользит по черновому наброску Санни и Мак, выполненному в стиле аниме.

Я вспоминаю все карты, которые он рисовал, когда мы были детьми. И ту, что он сделал для меня, которая сейчас лежит дома на дне выдвижного ящичка. Меня тут же одолевает жестокий приступ ностальгии.

Он изменился в очень многих отношениях. Но только не в этом.

Это тот самый Леннон, которого я когда-то знала.

Заметив, что я смотрю в его блокнот, он быстро выхватывает сложенную бумажную карту и закрывает его с яростным хлопком.

Глупо считать это оскорблением. Что у него там – не мое дело. Раньше было мое, но теперь нет.

Он раскладывает карту на большом камне. Читает путаницу топографических знаков и прокладывает пальцем невидимый путь.

– Стой. Ага, я все понял. Влево. Нам надо взять влево.

– И как тебе только удается разобраться, где здесь орел, а где решка? – говорит Бретт. – Ты уверен?

– В той же степени, в какой был уверен ты, когда посчитал юрту писсуаром, мистер Мочусь-Где-Хочу, – говорит Леннон, складывая карту и пряча ее обратно в блокнот.

– Удар ниже пояса, чувачок, – отвечает на это Бретт.

– Я лишь говорю, что, если тебе вздумается отлить на мою палатку, я оторву тебе орган, которым ты это сделаешь.

– Ух, какой ты страшный, – ухмыляется Бретт, – мне даже нравится.

– Поворачиваем налево, – спокойным голосом говорит Леннон, но взгляд его тверже стали, – через час будем на месте.

– Отряд, поворачиваем влево, – весело кричит Бретт остальным членам группы, сложив рупором руки.

И уходит вперед с Рейган. За ними следуют Саммер и Кендрик, я тащусь за Ленноном в хвосте.

Даже с учетом правильно распределенного веса, мой рюкзак все равно тяжел и к тому же все больше соскальзывает вниз. Мои ноги и ступни считают его убийцей. Как же я рада, что не стала покупать туристические ботинки – в отличие от Рейган, которая уже жалуется, что натерла в новой обуви мозоли. К тому же я замечаю, что под его черными джинсами с дырками на коленях по-прежнему скрываются высокие черные кроссовки. Туристические ботинки, судя по всему, это перебор.