Как Сюй Саньгуань кровь продавал - Юй Хуа

– Мы где?

– Не знаем. До Хутоуцяо пока не доплыли.

Потом вышла луна. Они сварили в котелке ужин, поели дымящейся каши. Сюй Саньгуань потянулся:

– Наконец-то согрелся!

После ужина забрались в трюм. Сюй Саньгуань опять оказался между братьями. Они очень радовались: днем столько денег заработали. Зачем им теперь лодка? Вкалываешь-вкалываешь, а получаешь с гулькин нос. После работы в поле они будут сдавать кровь. Вот приплывут в Цилибао…

Сюй Саньгуань замахал руками:

– Вам в Цилибао кровь сдавать нельзя. Я, когда молодой был, думал, как вы: кровь – все равно что денежное дерево, понадобились деньги – потряс, и готово. А теперь я знаю: после каждого раза надо три месяца ждать. Я раньше сдавал кровь с двумя мужиками, А-Фаном и Гэньлуном. А-Фан пузырь надорвал, Гэньлун в больнице помер. Вы меня слушайте, я человек бывалый.

Сюй Саньгуань похлопал братьев по плечам и продолжил:

– Я сдал кровь в Линьпу, через три дня в Байли, а через четыре дня в Сунлине. Там я чуть ноги не протянул. Доктор сказал, у меня был шок – я сознание потерял. И в меня влили мою кровь, и еще чужую. И за кровь, и за лечение деньги содрали. Получается, я два раза впустую кровь сдавал… У меня-то нет выхода: сын в Шанхае, в больнице, надо лечить. У меня теперь кровь жидкая. Плошка вашей крови – все равно что две моей. Я хотел еще в двух местах кровь сдать, но теперь не буду – как бы не помереть. Я за два раза заработал семьдесят юаней. Сыну на лечение точно не хватит. В Шанхае еще что-нибудь придумаю. Место, правда, незнакомое…

Тут Лайси сказал:

– Говоришь, у нас кровь в два раза гуще, чем у тебя? Давай мы тебе плошку продадим, а ты перепродашь две?

Лайшунь согласился:

– Лучше мы ее тебе продадим, чем чужим. Мы ведь друзья!

– Надо силы беречь – вам еще грести надо.

– У нас силы не убавится. Слушай, а давай мы тебе две плошки продадим, а ты больнице четыре продашь.

Сюй Саньгуань рассмеялся:

– Больше двух за раз нельзя! Ради сына куплю у вас плошку крови. На две мне денег не хватит. А потом продам больнице две плошки и заработаю. Только как я у вас кровь возьму?

Потом они уснули. Братья во сне опять положили на Сюй Саньгуаня руки и ноги. У него кости заныли, и дышать было тяжело, зато согрелся. Снаружи поднялся ветер, поднял с палубы пыль и занес ее в трюм, прямо на лицо Сюй Саньгуаню. Он посмотрел через люк на небо: от лунного света оно казалось холодным. Сюй Саньгуань закрыл глаза, послушал, как совсем рядом волны бьются о борта, и уснул.

Через пять дней они приплыли в Цилибао. Шелковая фабрика была в трех милях от города, поэтому сначала они отправились в больницу. Сюй Саньгуань сказал:

– Лайси, попей воды.

– Я ведь тебе кровь продаю, не больнице.

Сюй Саньгуань постучал себя по лбу:

– Ах да, я забыл… Лайси, все-таки друзья друг на друге не выгадывают. Выпей несколько плошек.

Лайшунь возразил:

– Ты на нем не выгадываешь.

Лайси его поддержал:

– Ты бы на моем месте не пил.

Сюй Саньгуань подумал, что и правда, он бы тоже пить не стал, и ответил:

– Вас не перспоришь. Будь по-вашему.

В больнице кровяной староста спросил:

– Значит, ты кровь продаешь? А ты покупаешь?

Лайси с Сюй Саньгуанем кивнули. Кровяной староста рассмеялся:

– Тринадцать лет на этом стуле сижу, много народу перевидал, но чтобы один продавал, а другой покупал, в первый раз вижу.

Лайси заметил:

– Видишь, как тебе повезло.

Сюй Саньгуань поддакнул:

– Мы с ним из разных мест, случайно встретились. Такая удача раз в жизни бывает.

– Может, повезло. А может, нет. Чудеса бывают и не к добру: когда лягушки по улице строем прыгают, червяки с неба падают, курица кричит петухом. Вдруг год будет неурожайный?

Сюй Саньгуань с братьями битый час убеждали кровяного старосту, что все обойдется. В конце концов он разрешил Лайси продать кровь, а Сюй Саньгуаню ее купить.

Когда они вышли из больницы, Сюй Саньгуань сказал:

– Лайси, мы с Лайшунем посидим с тобой в ресторане.

Лайси замотал головой:

– Не буду я деньги тратить. Всего одну плошку продал.

– Нельзя, Лайси, ослабнешь.

– Не ослабну. Если каждый раз, как с бабы слезаешь, в ресторан ходить, никаких денег не напасешься.

– Это не то же самое, что баба.

Лайшунь вставил:

– То же самое.

– Много ты понимаешь.

– Ты сам говорил.

– Я неправильно говорил.

Так они дошли до лодки. Братья залезли в нее, отчалили. Лайси стал прощаться:

– Мы на фабрику. Дальше нам не по пути. Мы из восьмой бригады под Тунъюанем. Будешь в наших краях – заходи в гости!

Сюй Саньгуань кивнул:

– Лайшунь, береги Лайси. Это он с виду такой здоровый, а внутри у него пусто. Когда устанешь грести, ему весло не давай – причаль к берегу и отдохни.

– Понял.

– А ты, Лайси, раз не хочешь есть печенку, ляг поспи. Говорят: не наелся – пойди выспись.

Потом они долго махали друг другу, пока лодка не скрылась из виду.

Сюй Саньгуань доплыл на пароходе до Чаннина, там продал четыреста миллилитров крови, а в Шанхай поехал уже автобусом. Это было гораздо дороже, чем пароходом, но ему не терпелось увидеть сына и жену. Они пятнадцать дней назад туда уехали. Как там Первый? Лучше ли ему? Сердце у Сюй Саньгуаня ёкало в такт ухабам.

В Шанхае он разыскал нужную больницу только к вечеру. В палате из шести коек одна пустовала. Сюй Саньгуань спросил у пациентов:

– А где тут лежит больной Сюй?

Ему показали на пустую койку. Сюй Саньгуань вспомнил, что, когда Гэньлун умер, его койка тоже стояла пустая. Он зарыдал. Вдруг он услышал:

– Сюй Саньгуань, наконец-то ты приехал!

Он обернулся и увидел, как Сюй Юйлань вводит в палату Первого. Сюй Саньгуань мигом перестал лить слезы и заулыбался:

– Как хорошо! А я думал, он умер.

– Что ты несешь! Ему гораздо лучше.

Первый лег в койку, улыбнулся и сказал:

– Отец!

Сюй Саньгуань погладил его по плечу:

– Ты уже не желтый, и говоришь громко. Вот только плечи худые. Я тебя не нашел и решил, что ты помер…

И Сюй Саньгуань опять заплакал. Сюй Юйлань спросила:

– Что ты опять ревешь?